Настоящая история магии - Марина Валентиновна Голубева

Магия плодородия у всех народов была наполнена эротизмом. Считалось, что проявление сексуальности стимулирует плодородие земли, увеличение приплода скота и сохранение рода. Последнее совершенно естественно. Эротизм языческой магии средневековой Европы проявлялся в широком распространении своеобразных театрализованных обрядов, имитирующих свадьбу духов растений, например короля и королевы Мая. Изображение свадьбы и нередко весьма откровенная имитация самого брака должны были пробудить силы природы, заставить посевы расти быстрее, цветы — распускаться, а луга — покрываться травой. Часто празднество, продолжавшееся и ночью, сопровождалось настоящими сексуальными игрищами, которые считались частью ритуала. Ведь сексуальная энергия, которая должна была пробудить силы природы, невозможна без реального эротизма.

С этим убеждением связана и вера в сакральную роль обнаженного тела. Первый посев в поле часто проводили ночью, вероятно, сопровождая особыми заклинаниями; и, что интересно, народная традиция предписывала быть при этом обнаженными.

Чтобы восстановить магию утратившего силу источника клути, его должна очистить обнаженная девушка, тем самым передавая ему часть своей природной сексуальной энергии. Другой магический ритуал, который совершался во время засухи в ряде районов Франции (Галлии), заключался в сборе белены. Ее должна была с корнем вырвать молодая обнаженная девушка. Затем она с подружками несла растение к реке, где его обрызгивали водой. Считалось, что этот обряд способен привлечь дождь. Здесь мы тоже видим соблюдение одного из основных законов магии: подобное порождает подобное.

Аграрные магические обряды отличались большим разнообразием. Например, на северо-востоке Италии в XV–XVII веках существовало целое общество защитников урожая и борцов с ведьмами, члены которого называли себя бенанданти — «идущие на благое дело». Своей целью они ставили защиту посевов от происков злобных ведьм, но защищали их с помощью весьма причудливых магических ритуалов.

По определенным четвергам ночью члены сообщества предавались коллективным танцам под звуки барабанов, в результате чего они впадали в транс и их посещали видения. Как свидетельствуют источники, духи бенанданти отделялись от тел, вселялись в разных животных и устремлялись на борьбу с ведьмами. Поэтому впоследствии бенанданти часто называли астральными оборотнями, а в народе — просто стригами, ведьмами, способными превращаться в сов. Каждый из этих добровольных воинов рисковал, так как вернуться в свое тело дух должен был до восхода солнца, иначе он мог остаться скитаться по земле без тела и не найти упокоения.

Рогатое божество с котла из Гундеструпа, Дания. Предположительно кельтский бог Кернунн/Кернуннос.

National Museum of Denmark / Wikimedia Commons

Несмотря на то что бенанданти считали себя воинами Господа, сражавшимися за благое дело, их ритуалы пугали односельчан и вызывали подозрение у инквизиции. В 1575 году инквизиция начала расследование и обвинила этих воинов в ереси. Ночные путешествия духов были приравнены к шабашам ведьм, и после активных действий инквизиции культ бенанданти исчез. Это один из примеров синкретизма — смешения языческих, христианских верований и обрядов народной магии.

ГОДОВОЕ КОЛЕСО

Символика магического круга и идея цикличности всего сущего воплотились в кельтской культуре в образе годового Колеса, спицы которого указывали на ключевые точки — священные праздники. Эти праздники в некоторых местах Европы, особенно в Шотландии и Ирландии, отмечают до сих пор. Но сейчас это просто национальные традиции, из праздничной обрядности ушла магическая составляющая. А в эпоху Средневековья каждый из праздников годового Колеса был посвящен особым сверхъестественным силам, в честь которых совершали магические ритуалы, приносили жертвы, возжигали костры и читали заклинания. Все это должно было обеспечить сытую и безопасную жизнь. И потомки древних кельтов в Бретани, Шотландии, Ирландии, Уэльсе на время праздника забывали, что они христиане, верша настоящее языческое колдовство. Так было и в VII веке, и в XI, и в XVII.

Годовое колесо кельтов.

The Wednesday Island / Wikimedia Commons / CC BY-SA 4.0

Кельты не делили год на месяцы и сезоны — части их годового Колеса определяли четыре основных праздника: Самхейн (Samhain), Бельтайн (Beltine), Имболк (Imbolc) и Лугнасад (Lugnasad), а между ними отмечали еще четыре важных праздника: Йоль (день зимнего солнцестояния), Остара (день весеннего равноденствия), Лита (день летнего солнцестояния) и Мабон (день осеннего равноденствия). И таким образом формировалось священное у многих народов колесо с восемью спицами, или восьмиконечная звезда, — магический символ плодородия и единства гармонии и хаоса.

Самхейн

Самхейн (Самайн), или, как его еще называют, кельтский Новый год, отмечался в ночь с 31 октября на 1 ноября. Этот на первый взгляд чисто земледельческий праздник окончания уборки урожая был наполнен настоящей темной магией. Большинство кельтских народов именно Самхейном завершали один сельскохозяйственный год и начинали другой. Потому многие обряды были связаны с обеспечением плодородия и благополучия в грядущем году. Так совершались жертвоприношения: вероятно, в дохристианские времена это были и человеческие жертвы, но точных данных о них не сохранилось. На этот праздник забивали скот, заготавливали мясо на всю зиму, варили пиво и устраивали обильное застолье, чтобы и следующий год был сытым. Подобные обычаи существуют у многих народов.

Однако Самхейн был по-настоящему магическим праздником, посвященным союзу бога — покровителя племени и богини подземного мира и мира призраков. У кельтов это чаще всего бог Дагда — Хороший бог и богиня Морриган — Королева призраков. Такой союз неслучаен. В ночь Самхейна стирается граница между миром живых и миром мертвых и реальность становится ареной разгула темных магических сил. В это время могли оживать мертвецы, а призраки — являться в мир живых. Из холмов и пещер выходили пообщаться со смертными волшебные существа: фейри, ситы, лепреконы и другие. И не всегда такое общение заканчивалось благополучно для людей: сверхъестественные сущности могли заманить человека в свою обитель, где не место живым.

Великий храм и роща друидов в Трэ’р Дрю, Англси (Уэльс). Гравюра. Около 1740.

National Library of Wales / Wikimedia Commons

Чтобы защититься от происков злых сил, люди надевали маски, наряжались в шкуры животных, а то и изображали эту самую нечисть. Важную защитную и очищающую функцию выполняли костры или огни Самхейна. Чтобы защититься от темных сущностей и очистить себя от зла, разжигали два больших костра. Между ними нужно было пройти, а в некоторых местностях через них требовалось перепрыгнуть. Этот магический ритуал в преддверии зимнего времени символизировал победу света и тепла над смертью и холодом.

Смерть властвовала над землей кельтов одну ночь в году, и ей требовалось отдать дань уважения. Многие обряды Самхейна связаны с этим. И после праздника запрещались любые работы по сбору урожая. Все, что осталось