Все его желания - Аля Кьют

Я закусила губу, чтобы не сказать лишнего.

Помалкивай, Кэти. Помалкивай. Пожалуй, этому совету Торнтона лучше следовать.

— Затейливые эротические фантазии, Алистер. Тебя заводит секс на людях или профессор?

Глоссер изменился в лице, поймав намек на нетрадиционную ориентацию.

— Ох уж эти школы, где нет девочек, — присвистнул Торнтон, заставляя багроветь блондина напротив.

— Господа, — снова вмешался Гарри. — Давайте уже обсудим планы клуба. Сексуальные предпочтения каждого — это же личное.

Я выдохнула. Вместе со всеми, когда Торнтон невозмутимо заговорил о том, что в клуб на днях пожелали вступить еще двое.

Меня показательно не замечали. Словно я была мебелью. Можно было списать подобное отношение на половой признак, но когда пришла подружка Торнтона, ее все бодро приветствовали и даже отчаянно флиртовали. Разговоры о клубе были прерваны, хотя я не жалела об этом. Лучше слушать комплименты для Рослин, чем бахвальство на грани с чушью от золотой молодежи.

Я все меньше понимала, что делаю в этой компании. Меня ведь даже не представили. Я все сильнее ощущала себя диковинной зверушкой Торнтона. Бунт во мне подогревала еще и абсолютно нелогичная ярость, потому что рука Бенингтона теперь ласкала колено подруги, а Рослин все время что-то шептала ему на ухо и, кажется, даже покусывала мочку.

Я снова вспомнила, как она отсасывала ему в библиотеке, и с трудом сдержала рвотный позыв.

— Кажется, твоя девочка заскучала, Бенингтон, — заметил мое состояние Алистер. — Кэти, ты совсем не пьешь? Хочешь чего-нибудь другого? Херес? Просекко? Шерри?

Я вздрогнула, и прежде, чем отказалась, за меня ответила Рослин, которая ради такого случая отклеила губы от шеи Торнтона и даже одарила меня мимолетным презрительным взглядом.

— Алистер, я тебя умоляю. Как будто такая простолюдинка разбирается в элитных винах. Купи ей пиво, и она отсосет тебе в туалете. Ах, хотя она и так отсосет только за то, что твой член на нее встанет.

— Рослин, — рыкнул Торнтон, отталкивая ее.

Я бы порадовалась, что он одернул свою пассию, но была слишком зла. Мои тормоза отказали.

— А по какому поводу ты отсасывала Бенингтону в библиотеке вчера утром? Я даже представить не могу, — выпалила я, вздернув нос. — Или же таков тернистый путь к статусу леди Торнтон?

Рослин побледнела, а потом сразу побагровела. Кажется, она побила все мои рекорды по этой части, потому что даже в полутьме ее лицо было как стоп-сигнал светофора. Вскочив, она уставилась на Бенингтона.

— Вчера утром? В библиотеке? Что она несет?

— Полагаю, правду, — развел руками Торнтон, каким-то чудесным образом не теряя лица и достоинства. — Виновен, Рос.

— Подонок, — взвизгнула Рослин и замахнулась.

Хорошо так замахнулась. Хлопок от пощечины, что она отвесила бойфренду, кажется, слышали все. На несколько бесконечных секунд зал замолчал.

Снова. Как в столовой сегодня днем.

Почему это происходит со мной?

— Что ты за свинья, Бенингтон?

— Не драматизируй, — процедил Торнтон.

— Пошел ты…

Рослин умчалась, всхлипывая и расталкивая народ локтями. А я с ужасом понимала, что это не ее рот ублажал лорда тем утром.

Проклятье.

— Потрясающе, Торнтон, — захохотал Алистер, а за ним стали посмеиваться и остальные.

Народ перестал глазеть и снова загудел интершумом.

Я встала, решив, что лучше мне тоже исчезнуть, но Торнтон дернул за рукав.

— Назад, — рыкнул он. — Сиди. Одной истерички мне на сегодня достаточно.

Я села, но молчать больше не могла.

— А зачем ты притащил меня сюда? Чтобы я сидела и слушала, как ручная собачка, и не гавкала? Прости, Торнтон, но у меня есть дела важнее и интереснее. Ваши аристократические задницы наверно, созданы, чтобы просиживать штаны на лавке в пабе, а я приехала сюда учиться.

Я снова встала, и на это раз Торнтон, тоже поднявшись, преградил мне путь, не давая пройти.

— Сядь, Морковка, и прекрати говорить глупости. А лучше вообще замолчи сейчас.

— С какой стати я буду молчать? Кто ты такой, чтобы указывать мне? Ах, ты же мой «папочка». Традиции и все такое… Засунь их в задницу. Или там уже твой выпускной проект?

— Рыжик, ты намекаешь, что Бенингтон тупой? — подбросил дров в огонь Алистер.

А меня несло.

— Намекаю? Да разве это новость? Если библиотеку он использует для минета, то о чем речь?

— Тебе не дает покоя это проклятый минет? Хотела бы сама опуститься передо мной на колени? — насмешливо отметил Торнтон, зля меня окончательно.

— Разумеется. Все же мечтают тебе отсосать. Особенно такая простолюдинка как я.

— Не слишком ты дерзкая для первокурсника?

— А ты не слишком бестолочь для выпускника?

Я выпятила грудь и с вызовом смотрела на него снизу вверх. Торнтон сжал челюсти, и я снова увидела, как ходят его желваки. Он был в ярости.

Одним молниеносным движением Бенингтон схватил меня за лицо и больно надавил на скулы.

— Торнтон, стоп, — вмешался Гарри, вставая между нами. — Не на людях, Бенингтон. Остыньте оба. Решим спор мирно.

— Каким факаным образом? — процедил Бенингтон.

Как бы он ни бесил меня сейчас, но я не могла не отметить, что даже факает этот мудак с проклятым аристократическим достоинством.

— Рыжик назвала тебя бестолочью, а себя, похоже, мнит всезнайкой. Здесь уместно сыграть в загадки.

— Загадки? — переспросила я.

— Вопросы и ответы, — пояснил Алистер. — Кто первый ошибется, тот…

Я перевела глаза на Глоссера, который не договорил.

— Что?

— Исполняет все желания победителя. До конца года, — ответил мне Бенингтон. — Еще одна старая традиция, Морковка. Кажется, ты о ней тоже не слышала. Удивительно.

— Исключая, конечно, те желания, которые могут привести к смерти или физическим повреждениям проигравшего, — подтвердил Гарри. — А еще они не должны мешать учебе. Мы все-таки в университете.

— Это называется рабство, — подсказал точное слово Алистер. — Было бы интересно взглянуть на Торнтона в кандалах проигрыша.

Усмехнувшись, Глоссер осушил стакан, причмокнув.

Мне нужно было сразу послать их всех к черту. Играть в их