Анархия. Неумолимое возвышение Ост-Индской компании - William Dalrymple

В октябре 1599 года в записях компании появились первые жалобы на "нерадивость многих жертвователей, которые записали свои имена", но "до сих пор не принесли ни копейки". Спустя несколько месяцев директора стали угрожать более серьезными санкциями тем, кто не выполнил свои обещания в Зале основателей. 11 января 1600 года они "приказали, чтобы любой брат этого сообщества, который... нарушит любой из ваших ордонансов... был отправлен в тюрьму, чтобы оставаться там в течение всего времени, пока это будет угодно вашему генералитету". Затем был выдан ордер на заключение четырех человек в Маршалси, если они не заплатят в течение четырех дней.

Результатом такого недостаточного финансирования стала маленькая компания с небольшим флотом и без собственного постоянного капитала, а лишь индивидуальные подписки на отдельные плавания. На этом этапе у англичан просто не было таких глубоких финансовых карманов, как у голландцев. Кроме того, Виргиния и Новый Свет все больше захватывали воображение богатых английских дворян, не в последнюю очередь потому, что казались более доступным и менее рискованным вариантом: предложение десяти шиллингов за участок в 100 плодородных акров в Виргинии было гораздо более привлекательным вариантом, чем 120 фунтов стерлингов.** за десять волатильных акций Ост-Индской биржи. На данный момент ИИК могла надеяться на не больше, чем на то, что станет очень незначительным игроком на одном из самых богатых, сложных и конкурентных рынков в мире.

Кроме того, несмотря на серьезный риск, компания привлекала кандидатов того уровня, который был ей необходим для успешного осуществления своего непростого предприятия. "Нередко они выходят из Ньюгейта (тюрьмы), как признались несколько человек", - говорится в одном из ранних писем компании, в котором она жалуется на качество своих рекрутов, - "однако тех, кого мы можем держать в полном порядке. Но в последнее время у нас появились некоторые из [сумасшедшего приюта] Бедлама". Уже поступали сообщения о том, что слуги Компании "опасно распутничают с выпивкой и шлюхами", а в другом письме директора просят набирать "гражданских, трезвых людей", а "нерадивых, развратных или обычных пьяниц следует отбраковывать".

В начале семнадцатого века было совершено еще много плаваний, которые в основном приносили скромную прибыль, но с самого начала ОИК не смогла одержать верх над лучше вооруженными, лучше финансируемыми и более умело управляемыми флотами голландских Ост-Индских людей. "Эти [голландские] баттербоксы так наглы, - жаловался один ост-индский капитан, - что если их потерпеть еще немного, они предъявят претензии на всю Индию, так что никто не сможет торговать, кроме них самих или по их разрешению; но я надеюсь увидеть, как их гордость пойдет прахом". Однако не голландцам предстояло уязвить свою гордость. В 1623 году английская фабрика (торговая станция) в Амбойне на Молуккских островах была атакована голландскими войсками VOC, и десять англичан были замучены и убиты. Это положило начало нескольким десятилетиям конфликта между Англией и Голландией, в котором, несмотря на отдельные успехи, англичане неизменно оказывались в худшем положении. В какой-то момент голландский флот даже поднялся вверх по Темзе и атаковал Шернесс, уничтожив корабли на верфях Чатема и Рочестера.

После еще нескольких тяжелых столкновений руководители EIC решили, что у них нет другого выхода, кроме как оставить прибыльные Острова пряностей и их торговлю ароматными специями голландцам и сосредоточиться на менее конкурентоспособных, но потенциально более перспективных секторах торговли Азии: тонком хлопковом текстиле, индиго и ситцах.

Источником всех трех этих предметов роскоши была Индия.

28 августа 1608 года капитан Уильям Хокинс (William Hawkins), отвесный морской капитан Третьего рейса, поставил свой корабль "Гектор" на якорь у берегов Сурата и стал первым командиром судна ИИК, ступившим на землю Индии.

В то время население Индии составляло 150 миллионов человек - около пятой части мирового населения - и она производила около четверти мировой продукции; действительно, во многих отношениях она была мировой промышленной державой и мировым лидером в производстве текстиля . Не зря многие английские слова , связанные с ткачеством - ситец, бязь, шаль, пижама, хаки, дунгарес, куммербанд, тафты - имеют индийское происхождение.44 Безусловно, на нее приходилась гораздо большая доля мировой торговли, чем на любую другую сопоставимую зону, и вес ее экономической мощи доходил даже до Мексики, чье текстильное производство переживало кризис "деиндустриализации" из-за импорта индийских тканей.45 Для сравнения: в Англии в то время проживало всего 5 процентов населения Индии, а производилось чуть менее 3 процентов мировых промышленных товаров.46 Значительная часть прибыли от этого поступала в казну Великих Моголов в Агре , благодаря чему доход императора Великих Моголов составлял около 100 миллионов фунтов стерлингов,* самым богатым монархом в мире.

Столицы Великих Моголов были мегаполисами своего времени: "Они не имеют себе равных ни в Азии, ни в Европе, - считал иезуит о. Антонио Монсеррат, - ни по размерам, ни по населению, ни по богатству. Их города переполнены купцами, которые съезжаются со всей Азии. Нет ни одного искусства или ремесла, которым бы там не занимались". В период с 1586 по 1605 год европейское серебро поступало в страну Великих Моголов с удивительной скоростью - 18 метрических тонн в год, поскольку, как заметил Уильям Хокинс, "все народы привозят койны и увозят товары для них". Для своих захудалых современников на Западе, щеголявших в своих гульфиках, Моголы, одетые в шелка и усыпанные драгоценностями, были живым воплощением богатства и власти - значение, которое с тех пор впиталось в слово "магнат".

К началу семнадцатого века европейцы привыкли к легким военным победам над другими народами мира. В 1520-х годах испанцы в считанные месяцы разгромили огромные армии могущественной империи ацтеков. На Молуккских островах пряностей голландцы недавно начали направлять свои пушки на тех же правителей, с которыми они раньше торговали, вырезая тех островитян, которые выплывали на каноэ , чтобы приветствовать их, сжигая их города и захватывая их порты. Только на одном острове, Лонтор , 800 жителей были обращены в рабство и насильно депортированы для работы на новых голландских плантациях специй на Яве ; сорок семь вождей были подвергнуты пыткам и казнены.

Но, как вскоре понял капитан Хокинс, ни одно европейское государство не могло попытаться сделать это с Великими Моголами , и не в последнюю очередь потому, что Моголы держали под ружьем ошеломляющее количество людей - 4 миллиона. Когда в 1632 году император обнаружил, что португальцы несанкционированно строят укрепления и "жилища величайшей пышности и прочности " в Хьюгли в Бенгалии, а также нарушают правила Моголов, насильно обращаясь