Приручение строптивой - Аркадий Застырец

Не вам, а мне! Ведь я вам говорила!

Кому вы, папа, отдали меня?

Хлыщу с большой дороги, сумасброду,

Мерзавцу, негодяю, дураку!

Да он, должно быть, просто посмеялся,

Пари в пивной с дружками заключил —

Поставил золотой на Катарину,

На то, что клюнет, вцепится в него,

Как в карася мурена с голодухи,

И радостная в церковь прибежит.

Он так, поди, уж двести раз венчался!

Кто я теперь? Та самая жена

Петручио, что так и не женился?

Транио

Баптиста, Катарина, не спешите.

Петручио давно я раскусил:

Он без причин обманывать не станет.

Хотя он прям, тупого не тупее;

Хотя он шут, но честный человек.

Катарина

Хотя бы век его я не видала!

Уходит в слезах, в сопровождении Бьянки и др.

Баптиста

Поплачь, дитя. Тебя я не виню.

Тут и святой в истерике б забился!

А каково с характером твоим?

Входит Бьонделло.

Бьонделло

Хозяин, хозяин! Я принес новость! Старую, но совершенно неслыханную!

Баптиста

Старую и неслыханную? Как же это?

Бьонделло

Старую, потому что ни для кого не новость, что Петручио пребывает.

Баптиста

Он прибыл?

Бьонделло

Да нет же, сэр.

Баптиста

А что же?

Бьонделло

Он пребывает.

Баптиста

Когда же он прибудет?

Бьонделло

Когда встанет на то место, где вы теперь видите меня.

Гремио

И что же неслыханного в этой старой новости?

Бьонделло

Да то, что Петручио пребывает в неслыханной шляпе и старом камзоле, в старых трижды перелицованных бриджах и в башмаках, годных разве на то, чтобы в них свечи хранить, – один на шнурках, второй – на липучке. Ржавая дедовская шашка с поломанной рукояткой и наголо; измученная сапом лошадь под молью битым седлом с веревочными стременами, вместо спины у нее горный хребет, ухо порвано, глаз навыкате, губы навыворот, хромает на три ноги, хвост отрезан, зубы выпали, грива облезла, – пристрелить бы ее, чтоб не мучилась, – недоуздок из овечьей кожи порван и связан в трех местах, подпруга – из шести кусков, велюровый подхвостник с монограммой – от женской сбруи, тут и там все держится на соплях и шпагатиках.

Баптиста

А кто при нем?

Бьонделло

О, сэр, при нем лакей, одетый под стать лошади: одна нога – в чем-то полосатом, другая – в шерстяном чулке на красно-голубых резинках, тирольская шляпа, а к ней вместо пера пришпилен какой-то бред болезненный. Одним словом, чудище, чудище неземное, какой-то, ей-богу, Чужой-3!

Транио

Обычно с ним такого не бывает —

Наверное, от счастья одурел…

Баптиста

Пускай он будет хоть в одних кальсонах, —

Я рад тому, что близко наш жених.

Бьонделло

И вовсе он не близко, сэр.

Баптиста

Ты же сам сказал, что он прибывает!

Бьонделло

Кто прибывает? Петручио?

Баптиста

Ну, да, болван! Кто же еще?

Бьонделло

Не, сэр, вы не поняли. Это лошадь его прИбывает, а он прЕбывает у нее на хребте.

Баптиста

Ну, разве это не одно и то же?

Бьонделло

Даже с лошадиной рожей

Муж на лошади его —

Доложу вам, это все же —

Вовсе не одно и то же.

Это больше одного.

Входят Петручио и Грумио.

Петручио

Ну, где тут насчет жениться? Есть кто дома?

Баптиста

Добро пожаловать, сэр.

Петручио

Какое там добро! Добрался еле-еле.

Баптиста

Добро, что как угодно добрались!

Транио

Вот разве что в костюме не добротном.

Петручио

А что не так? Оделся второпях…

Но где же Кэт? Возлюбленная, где ты?

Да что тут, папа? Хмуришься, как сыч…

Друзья, вас точно чем-нибудь пришибло!

Глядите, словно я – метеорит,

Или, не знаю… Точно я – Бен Ладен!

Баптиста

А как вы думали? Мы ждали вас с утра!

И дождались… Хорошенькое дело!

Вы что же, в этих тряпках шутовских

Намерены в день вашей же женитьбы

Торчать бревном в глазу у торжества?!

Транио

Да уж, дружище. Кстати, расскажите,

Какой такой случился форс-мажор,

Из-за чего вы как бы… припозднились?

Петручио

Сказать по правде, если объясню

Вам, господа, причину опозданья…

Нет, ни за что! И так не в духе вы.

Бывают в жизни гадости, которых

Здоровым людям лучше и не знать.

Но где же Кэт? Измучен я разлукой!

В зените день – венчаться нам пора!

Транио

В таком отрепье явитесь невесте?

Зайдем ко мне, наденете мое.

Петручио

Спасибо, нет. Я к ней – пойду и в этом.

Баптиста

Пойдете в этом к ней… А под венец?

Петручио

И под венец. Она же, согласитесь,

Берет в мужья меня, а не костюм.

Эх, если бы любовь мою под старость,

Как мой пиджак, портной мог перешить!

Но – вот дурак! – я тут болтаю с вами,

А где-то там – в помаде и слезах —

Невеста, не целованная мною!

Петручио и Грумио уходят.

Транио

Ох, неспроста! Ох, что-то он задумал!

Нам надо бы его уговорить:

Пускай хотя бы шляпу поменяет.

Баптиста

Пойду за ним. Не вызвать ли врача?

Баптиста, Гремио и др. уходят.

Транио

Одной ее любовью сыт не будешь!

Старик уперся: вынь, мол, да положь

Ему из Пизы самого Винченцо…

Да ладно, я и в Падуе сыщу

Какого-нибудь старенького перца,

Способного талантливо сыграть

Здесь моего… нет, вашего папашу,

И смирным поручительством своим

Скрепить любые брачные посулы, —

И вы на Бьянке женитесь тогда.

Люченцо

Мне кажется, все это как-то… сложно.

Вот если бы Лисицкий не ходил —

Коллега мой – за нами как собака —

Давно бы обвенчались мы тайком

И плыли бы на белом пароходе…

Транио

Все будет по порядку, все путем,

Не лохи, чай, – профита не упустим

Лисицкого обставим по очкам

И Гремио, подагрика, надуем

И бьянкиного папу разведем —

Все ради вас, хозяин мой Люченцо.

(Возвращается Гремио.)

А, Гремио! Что новенького в церкви?

Гремио

Удрал я, как с урока ученик.

Транио

А как невеста с суженым? Готовы?

Гремио

Вы говорите «с суженым»? Увы!

Знать, некому судить его и сузить!

Транио

И даже ей слабо? Не может быть!

Гремио

Куда там! Дьявол! Бес почище бесов!

Транио

Кто бес? Кто дьявол? Он или она?

Гремио

Она пред ним – дитя, овечка, ангел!

Когда святой отец его спросил:

«Согласны в жены взять вы Катарину?»

«Да, мать твою!» – в ответ он рявкнул так,

Что уронил священник на пол книгу!

Да наклонился, чтобы подобрать…

Ну, чокнутый жених его и шлепнул,

Священник с книгой – кубарем в ногах,

А он орет: «Ты что это затеял?!»

Транио

И что невеста?

Гремио

Шок! Бледным-бледна,

Кусая губы, молча наблюдала

За безобразной сценой.

Транио

А потом?

Гремио

Потом, когда обряд свершился наспех,

Потребовал жених бокал вина,

«За тех, кто в море!» – выкрикнул и выпил,

И выплеснул в лицо пономарю

Остатки со словами: «Всем налейте!»

Потом невесту за щеки схватил

И смачный поцелуй такой отвесил,

Что эхо потрясло церковный свод.

Уж даже я – от сраму сделал ноги,

И остальные, кажется, за мной.

Вот это свадьба! Хлеще карнавала!

Однако чу! Уж слышен Мендельсон.

Под звуки свадебного марша возвращаются Петручио, Катарина, Бьянка, Баптиста, Гортензио, Грумио и др.

Петручио