Газета Завтра 10 (1059 2014) - Газета Завтра Газета

А вот ещё Борис Юлин, именующий себя историком. Он уверяет, что в 1917 году против царя "Был заговор в Думе, заговор под руководством генерала Алексеева. Царя свергали все, чуть не расталкивая друг друга локтями". Если так, то ни в каком заговоре не было необходимости: всем осточертел батюшка, даже близким родственникам. Во-вторых, генерал М.В.Алексеев был на фронте, а Дума - в Петрограде. Но мобильного телефона у Михаила Васильевича не было. Как же он руководил заговором?

Архимандрит Тихон добавляет: "Практически все, кроме двух командующих фронтами, написали (царю, который запросил их мнение. - В.Б.), что надо отречься". Но тут же читаем: "Это было ужасно. Предательство было тотальным". Что такое "тотальный", я не знаю, но никакого предательства тут не было. Царь, как большой демократ, сам же запросил: "Сматываться мне или держаться зубами?" И генералы вполне демократически, честно ему ответили: "Сматывайся!"

А в дневнике, напоминает архимандрит, царь записал: "кругом измена, трусость, обман". А что ему оставалось написать? В свой час то же самое напишет и Чубайс. Но в чем и когда сам-то Николай выказал смелость, а не трусость, верность народу, а не измену ему? Не в день ли кровавой Ходынки с балом во французском посольстве? Не 9-го ли января 1905 года, когда сотни тысяч рабочих Петрограда с женами, детьми и стариками, с хоругвями и его портретами пришли к Зимнему дворцу с мольбой о защите против живодёров-фабрикантов, а он, царь, встретил их залпами. Тут и трусость, и измена своему народу, и предательство -всё.

А.Кондрашов заканчивает статью о фильме сожалением о том, что "далеко не о всех" предателях в нём рассказано. Я добавлю ещё вот что. Нельзя объять необъятное. И гораздо е, страшнее то, что покойного президента, срочно по телефону доложившего американскому о ликвидации Советского Союза, т.е. о своем предательстве родины, чтят до сих пор как национального героя. Писателя, который грозил родине: "Будет на вас Трумэн с атомной бомбой!", пожаловали тем же высшим орденом. И это только самые известные, почитаемые властью Иудовичи. А их, куда ни глянь, - сорок сороковхуж.

Константин Сёмин: «Молчать больше нельзя»

Андрей Фефелов

6 марта 2014 1

Политика Общество

Автор фильма «Биохимия предательства» отвечает на вопросы «Завтра»

Андрей ФЕФЕЛОВ. Константин, ваш фильм "Биохимия предательства" произвёл большое впечатление на наше общество. Первые несколько дней он был в топе интернетовских обсуждений. Расскажите немного о себе, о своем творческом пути.

Константин СЁМИН. Здесь все просто. Работаю на российском телевидении 14 лет. Был корреспондентом, собкором в США, ведущим ночного выпуска новостей, сейчас в большей степени занят документальными проектами. Благодарен судьбе и доброй воле начальства за возможность быть очевидцем многих событий, которые вошли или еще войдут в учебники истории. Моей стартовой журналистской специализацией была экономика, а первые шаги в профессии (еще до прихода в "Вести") совпали по времени с так называемым вторым переделом собственности в нашей стране. Мне довелось с очень близкого расстояния увидеть многих сегодняшних хозяев жизни - в момент, когда они вели друг против друга настоящие войны: делили горнообогатительные и металлургические комбинаты, НПЗ, штурмовали заводоуправления, переписывали реестры акционеров, покупали национальные телеканалы и создавали политические партии, давали первые интервью. Возможно, именно поэтому во всем происходящем я по инерции ищу экономический подтекст.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Как я уже сказал - на фильм отозвались многие. Мне кажется, что самая острая и парадоксальная реакция была у потенциальных героев этого фильма. То есть от людей, которые не мыслят себя как часть России, её истории, и фактически занимают предательскую позицию во всех политических коллегиях. Наверняка вы отслеживали всевозможные реакции, реплики о фильме, что это были за "отзывы"?

Константин СЁМИН. Конечно, резонанс в этом случае был достаточно важен. Он позволяет судить, в какой степени угрожающий диагноз, поставленный нами в фильме всему современному обществу, подтверждается на практике. Очень многие упрекали нас за то, что в фильме мы позволили мерзавцам открыто рассуждать, философствовать на тему гипотетического, а для кого-то - уже свершившегося - предательства. Однако в том и состоял замысел: нам важно было проверить защитные инстинкты аудитории, понять - вызывает ли предательство отторжение или для большинства сегодняшних телепотребителей уже не существует ни очевидного добра, ни очевидного зла. Как выяснилось, тема предательства - это воспаленный нерв нашего общества. Может быть, мы и не здоровы, зато, по крайней мере, живы. Второй важный момент: фильм был нацелен не только на широкую, массовую аудиторию. Прекрасно осознавая, что война мировоззрений продолжается и в нашей властной элите, что власовщина с начала 90-х проникла в саму управленческую вертикаль, мы хотели продемонстрировать и государству - как далеко зашла ситуация, чем все может закончиться, если не будут предприняты срочные меры. Этот фильм, вопреки тому, что о нем говорят, не был заказан государством для борьбы с оппозицией - либеральной или националистической. Это абсолютно авторская работа, наш собственный взгляд. И больше ничей.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Константин, почему "Биохимия предательства"? Речь идёт о какой-то психофизической предопределенности?

Константин СЁМИН. Самый важный тезис, который мы старались донести с помощью "Биохимии", - не связан с эволюцией предателя как личности. Это все-таки микроуровень, а он, на мой взгляд, вторичен. Мы хотели поговорить о преемственности предательской логики, которая из эпохи в эпоху остается одинаковой. В России предательство всегда начинается с утверждения о том, что интересы (а, следовательно - жизнь и благополучие) отдельной личности, индивидуума, важнее интересов коллектива, общества, государства. Эта гибельная для страны либеральная мифологема, ставшая для многих сегодня чем-то вроде персональной религии, позволяет оправдывать практически любой поступок. Поэтому "Биохимия предательства" - это передающаяся от предателя к предателю ненависть к государству как таковому, желание его расчленить, децентрализовать, прикрываясь интересами "маленького человека". В этой логике действовали Избранная Рада при Грозном и первый крупный предатель - Курбский. Точно так же вели себя высокопоставленные заговорщики в 1917-м, мечтавшие о децентрализации власти и англосаксонском парламентаризме. Кстати, в этом измерении Октябрьская революция и разгон Учредительного собрания смотрятся как своеобразный антифевраль, начало красной, пролетарской монархии, сборки уничтоженного буржуазией, пусть несовершенного и несправедливого, но все-таки унитарного государства. На мой взгляд, именно это и есть точка примирения дореволюционной и советской эпох. Неслучайно некоторые персонажи фильма говорили нам: вы - ордынцы, азиаты, имперцы, вы проповедуете карамзинско-советскую версию истории. А ведь так и есть! Точнее не скажешь! И с этой точки зрения легко понять, почему в самый сложный для Советского государства момент уже знакомые нам расчленительские, февральские принципы становятся основой оглашенного Власовым манифеста Комитета освобождения народов России. Становится понятен и 1991-й год, и уничтожение СССР - абсолютный триумф власовской идеологии. ефе. Вот какой смысл мы вкладывали в название фильма в первую очередь. Помните, после пожаров 2010 года выяснилось, что во многих деревнях у нас отсутствует колокол-рында? Нам хотелось, чтобы фильм прозвучал, как удар такой рынды. Потому что огонь уже совсем близко. Молчать больше нельзя.

Украина в проказе

Михаил Кильдяшов

6 марта 2014 0

Политика Культура Общество

Как бы ни пытались отдельные политологи и социологи уподобить события, происходящие сегодня на Украине, череде оранжевых революций по шарповской схеме, очевидно, что украинская трагедия - это адский сплав технологий, влекущий за собой небывалые апокалиптические последствия. Одним из главных "взрывателей" Майдана стала так называемая "виктимизация", при которой народу внушается мысль о его жертвенном статусе, постоянном притеснении и угнетении.

Это в свое время сработало и на Кавказе, и в Средней Азии, и в Прибалтике. Но виктимизация всегда казалась бессильной там, где присутствует мощная этническая скрепа, как в случае с восточными славянами, когда понятия "малоросс" и "великоросс" воспринимаются исключительно как географические. Однако вопреки исторической и генетической памяти на уровне украинского коллективного бессознательного архетип славянского братства был разрушен.