Генерал Абакумов: Нарком СМЕРШа - Виктор Степаков

С этого происшествия началось стремительное восхождение Виктора Семеновича Абакумова по служебной лестнице.

5 декабря 1938 года он был назначен исполняющим обязанности начальника Управления НКВД по Ростовской области. Кроме того, Абакумов из лейтенантов, минуя звание старшего лейтенанта, стал капитаном госбезопасности. По словам чекиста Сергея Федосеева, свежеиспеченный капитан появился на Лубянке в новой форме с тремя прямоугольниками в петлицах и долгое время бесцельно слонялся по коридорам, приставая с пустопорожними разговорами к сотрудникам и даже уборщицам. «Наверное, хотел, чтобы как можно больше людей увидели его взлет», – пришел к заключению ветеран.

27 апреля 1939 года Абакумова утвердили в должности начальника УНКВД по Ростовской области. Вступая в должность, Виктор Семенович произнес на общем собрании ростовских сотрудников госбезопасности речь, где, в частности, были такие слова:

«В ходе дальнейшего победоносного движения нашей страны вперед по пути коммунизма на органы НКВД возлагаются весьма ответственные задачи, ибо наша страна живет и развивается в окружении враждебных капиталистических государств, засылающих к нам шпионов, диверсантов и убийц. Подлые враги народа и впредь с еще большей ожесточенностью будут пытаться вредить, пакостить нам, мешать в осуществлении дальнейшей программы строительства коммунизма.

Поэтому буду требовать от чекистов Ростовской области повышения пролетарской бдительности в деле разоблачения и разгрома антисоветского подполья и его пособников. Сорную траву с нашего советского поля – вон! Вон, без всякой жалости и сострадания! Однако при проведении этой ответственной работы ростовским чекистам следует опираться на наши советские законы и действовать так, как учит нас наш дорогой вождь товарищ Сталин и наш любимый нарком товарищ Берия!»

В стенограмме собрания записано, что речь Абакумова неоднократно прерывалась «бурными аплодисментами, переходящими в овацию».

На новой должности Виктор Семенович проявил себя требовательным и энергичным начальником. Впрочем, как вспоминал один из ростовских ветеранов УНКВД, в то время от территориальных управлений ничего особенного не требовалось – выполняй указания Москвы и вовремя отчитывайся о проделанной работе. «Приказывали пересматривать дела на арестованных и осужденных – мы пересматривали, многих освобождали. Приказывали очистить оборонные предприятия от поляков, потенциальных вражеских агентов, – мы очищали», – рассказывал бывший чекист.

В период советско-финляндской войны 1939–1940 годов ростовские чекисты проявили сверхбдительность, ликвидировав на территории области финскую шпионскую организацию. По этому делу было арестовано 16 человек, в большинстве финской или карельской национальности и, как исключение из правил, некий Гореликов, цыган по национальности. Все арестованные обвинялись в шпионаже, подготовке диверсий и распространении враждебных слухов.

Однако у Виктора Абакумова успех своих подчиненных вызвал явное недоверие. Под его личным контролем начался пересмотр дел, в результате которого было выявлено вопиющее нарушение соцзаконности. Особенно грубо нарушал закон оперуполномоченный по фамилии Чебрак, ведущий дело по обвинению гражданина Пюхавайнена в подготовке диверсий на железнодорожном перегоне Ростов – Батайск. Было установлено, как рьяный оперуполномоченный вел допросы арестованного.

– Ну, давай, гнида, рассказывай, как планировал сбрасывать с насыпи эшелоны с красноармейцами, – цедил Чебрак, тяжело глядя на арестованного.

– Вы не имеете права. Я «красный» финн. Меня лично знает товарищ Антикайнен![8] – возмущался гражданин Пюхавайнен.

– Жопа ты белогвардейская, а не «красный» финн. И не смей трепать своим грязным языком имя славного сына трудового народа, Тойво Антикайнена! – бешено орал оперуполномоченный и пускал в ход здоровенные кулаки и тяжелые сапожищи.

В итоге гражданин Пюхавайнен был вынужден сознаться в том, что «работает на белофинскую разведку с 1921 года», а диверсии на перегоне планировал устраивать посредством «развинчивания стыков рельсов, подкладывания на рельсы железнодорожных костылей и загромождения путей шпалами».

– Сволочь, – ознакомившись с результатом внутриведомственного расследования, пришел к заключению Абакумов и оставил на документе следующую резолюцию: «Бывшего оперуполномоченного Чебрака, опозорившего звание чекиста, арестовать и отдать под суд Ревтрибунала».

Другие дела по финским «шпионам» также были сляпаны по чебраковскому методу. Арестованных освободили. Все сотрудники, виновные в нарушениях закона, понесли заслуженное наказание. Не повезло, правда, цыгану Гореликову: его дело «о распространении злостных слухов и клеветы, порочащих Красную Армию», было направлено в суд, который отмерил чернявому клеветнику 10 лет заключения.

В Москве заметили старания Абакумова, благо кампания по чистке собственных рядов еще по инерции продолжалась, и незамедлительно поощрили. На одном из совещаний Лаврентий Берия поставил в пример действия начальника УНКВД по Ростовской области в деле «выявления вражеских элементов, проникших в ряды славных бойцов-дзержинцев». А весной 1940 года Абакумова наградили орденом Красного Знамени за № 4697 и повысили в чине, присвоив звание старшего майора госбезопасности.

Зимой 1941 года Виктора Семеновича назначили заместителем наркома НКВД, курировавшим Особые отделы (ОО) в армии, на флоте, а также в пограничных и внутренних войсках.

Стоит напомнить, что еще в марте 1937 года было объявлено временное положение о работе ОО ГУГБ НКВД, на который была возложена контрразведка по Красной армии, ВМФ, пограничным и внутренним войскам. Структура Особого отдела была следующей:

1-е отделение (штабное) обслуживало Генеральный штаб и Академию Генштаба;

2-е отделение (вооружение) обслуживало Главное управление вооружений РККА, Артиллерийское управление, Автобронетанковое управление, Химическое управление, Техническое управление, Управление связи, НИИ вооружений, приемку военных материалов на оборонном производстве;

3-е отделение (полевых войск);

4-е отделение (авиационное);

5-е отделение (морское);

6-е отделение (строительно-хозяйственное) обслуживало оборонительное строительство, инженерные войска, стройбаты;

7-е отделение (вузовское) обслуживало все военные академии и учебные заведения, за исключением Академии Генштаба;

8-е отделение (склады) обслуживало центральные, окружные и полевые склады РККА;