Литературная Газета 6557 ( № 25-26 2016) - Литературная Газета

Придёт ли вам в голову искать, например, информацию об условном селе Шопша Ярославского края в библиотеке города Норильска? Скорее всего, такая информация будет (или должна) быть в Шопшинской национальной библиотеке или, если там библиотеки нет, в районной или областной библиотеке. А если вдруг в библиотеке Норильска оказалась книга про село Шопша, которой нет дома, то именно Шопшинская библиотека и должна обеспечить доступ к ней: приобрести, сделать копию или дать ссылку.

А что мы имеем сейчас? Библиотеки почти не видят своего читателя и его реальные потребности. Продвигаются темы и продукты, рассчитанные на другие категории или не рассчитанные ни на кого. Не проводятся исследования спроса и интересов. Кто бы объяснил: почему дети должны интересоваться произведениями именно местных писателей? Библиотеки работают как культуртрегеры, несущие те знания, которые кажутся интересными им. В социальной сети группы района одного большого города провели соцопрос: что люди хотели бы знать о своём районе? Ничего из этого не было на сайте районной библиотеки. И такие примеры не единичны.

Обычно при слове «краеведение» применительно к библиотеке возникает понятийный сбой. Почему-то многие считают, что библиотекари теперь строем должны ходить в архив и в поте лица добывать оттуда сокровенную информацию о крае. Либо считается, что краеведение – это про архивы и музеи. Дело обстоит совсем не так.

Краеведение – инициативное общественное движение по изучению, описанию своей территории (малой родины) и продвижению информации о ней. Оно осуществляется широким кругом субъектов, от физических лиц до научных учреждений, представляет материалы о крае в разнообразных формах и форматах. Краеведением может заниматься кто угодно, у него нет центра и нет регламентов. Оно само по себе, чем среди прочего и ценно. Библиотекари как частные лица тоже могут пополнить ряды краеведов, но у библиотеки как института – иная функция.

Библиотечное краеведение (в узком значении «краеведческая библиография») – одно из ключевых направлений работы всех указанных выше типов библиотек. Библиотеки обеспечивают комплектование информационных ресурсов о территории и навигацию к ним, не подменяя своей работой собственно краеведение как исследовательскую работу. Вместе с тем библиотеки сами являются субъектами краеведческой деятельности; к тому же именно они обладают наиболее мощным потенциалом её осуществления.

С краеведением связана экспертная функция библиотек. Они, постоянно осуществляя аналитическую переработку информации о своих регионах, владеют ею лучше, чем любые другие учреждения, и создают действительно уникальные и общественно значимые информационные продукты. В области работы с краеведческой информацией библиотека не имеет конкурентов, так как никакой иной институт, даже если он участвует в создании и/или хранении краеведческой информации, не обеспечивает долгосрочной поддержки информационных ресурсов и её открытого предоставления пользователям.

Краеведческие ресурсы определяют уникальность любой библиотеки и вызывают наибольший интерес читателей. В сборе и продвижении краеведческой информации активно участвует местное сообщество, особенно молодёжь. Новой целевой аудиторией потребителей краеведческой информации становятся сами её составители.

Возможности российской сети библиотек уникальны: это единственная в стране сеть учреждений, доступных каждому человеку независимо от возраста, социального статуса, рода занятий и т.п. С её помощью можно решать практически любые задачи продвижения информации вниз и сбора и трансляции её наверх. Лишь в краеведении библиотеки не только потребляют и хранят информационные ресурсы, но и создают их, объединяя вокруг этой работы свои местные сообщества.

Знание о месте (память места; гений места / genius loci) выступает одним из наиболее мощных индивидуальных и социальных идентификаторов. Коллективные идентификаторы, в свою очередь, служат фундаментом для выстраивания доверия и – в идеале – институтов солидарности, взаимопомощи, сотрудничества, которые содействуют социальной и политической стабильности государства и общества. В этом смысле краеведение служит снижению трансакцизных издержек, а значит, способствует повышению эффективности в широком спектре социальной и экономической жизни общества.

Продолжение дискуссии читайте в следующих номерах.

Свободный доступ к сокровенному

Свободный доступ к сокровенному

Книжный ряд / Библиосфера / Литпрозектор

Теги: Василий Аксёнов , Ловите голубиную почту

Василий Аксёнов. Ловите голубиную почту… Письма (1940–1990 гг.) / Сост. В.М. Есипов. – М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2015. – 464 с.: ил. (Письма писателей). – 3000.

Имя составителя указано в выходных данных аннотации неслучайно: дело в том, что Виктор Есипов в данном издательском проекте является ключевой фигурой. Но об этом позднее.

В аннотации Василий Аксёнов назван самым популярным писателем шестидесятых, и хотя с этим можно поспорить, имя его действительно гремело; он оказался в эпицентре литературной жизни тех лет. Его сочинения имели и до сих пор имеют немалую читательскую аудиторию. Затем, однако, Аксёнов назван опальным писателем семидесятых, а вот с этим утверждением трудно согласиться. Впрочем, и об этом чуть позже.

Писательская переписка всегда привлекала к себе внимание публики. В эпистолярном наследии полюбившегося автора читатели находили интересные факты и нюансы, позволяющие глубже понять его творчество. Правда, Гончаров перед смертью написал статью «Нарушение воли», где протестовал против обнародования частных писем. По иронии судьбы в томе собрания его сочинений сразу же после этих протестов следует раздел… «Письма».

Многие из нас читали письма Толстого, Тургенева, Чехова и др. В них действительно множество тонких наблюдений, рассуждений, откровенных признаний. Они работают на позитивное восприятие классики. Подборка писем и иных частных документов Василия Аксёнова убеждает в правоте Гончарова.

В этом случае всё обстоит с точностью до наоборот. Представленные широкому читателю тексты не только не работают на авторитет некогда популярного беллетриста, но разрушают его и без того далеко не лучезарный облик. Особенно это бросается в глаза в разделе, где он переписывается со своей матерью, Е. Гинзбург. Письма сына и матери изобилуют меркантильными практическими материями: куда поехал, получил ли визу, дали ли денег, кого видел, где намерен печататься, какие книжки и публикации состоялись. Ни слова о духовности, творчестве, лирическом состоянии...

Причём такая же мелкотравчатость впоследствии наблюдается и в разборках эмигрантской среды. Казалось бы, раз уж вы обрели желанную свободу, так возьмитесь за руки, друзья! Так нет: постоянно идут грызня, столкновения уязвлённых самолюбий, ссоры по пустякам, и всё это ярко отражается в переписке. Как, впрочем, отражалось и в прозе: сравните сюжет романа «Остров Крым» с судьбой новейшего Крыма и, как говорится, почувствуйте разницу.

Вот, например, «повесть» о том, как поссорились Василий Павлович и Иосиф Александрович. Бродский дал для американского издательства отрицательный отзыв о романе «Ожог». И тогда разобиженный Аксёнов гневно пишет ему: «Любезнейший Иосиф!.. Вижу, что ты со времён нашей парижской переписки осенью 1977 мало в чём прибавил, разве что, прости, в наглости… Ты говоришь о вымышленных тобой предметах с какой-то априорной высоты – о каких-то идиотских «квотах» для русской литературы в Америке… Что за вздор ты несёшь о своих хлопотах за меня в Колумбийском университете? Я сам из-за нежелания жить в Нью-Йорке отказался от их предложения, которое они мне сделали не только без твоего попечительства, но и вопреки маленькому дерьмецу, которое ты им про меня подбросил. Среда, в которой мы находимся и в которой, увы, мне иногда приходится с тобой соприкасаться, довольно тесная – всё постепенно выясняется, а то, что ещё не выяснено, будет выяснено, будет выяснено позже, но мне на это в высшей степени наплевать» . Зацените стиль и лексику писательской разборки. Что это, диалог завзятых интеллектуалов, один из которых – будущий нобелевский лауреат, или торговки бранятся на Привозе?

В качестве приложения к письмам публикуются три эссе Аксёнова, в частности «Матушка-Русь и игривые сыночки» (помещено в первом номере русского «Плейбоя»), разбирать которые просто неловко...

Но это потом, а пока – публикации в престижных журналах что ни год. И постановки пьес. И фильмы. И книги…

Но уж совсем «опальным» прозаик становится после участия в альманахе «Метрополь», провоцируя свистополяску вокруг скандального сборника. Да, авторов «Метрополя» прорабатывали и ругали. Но о тогдашнем всплеске популярности можно было только мечтать!