Двое в стране любви - Шери Уайтфезер

– И я польщен больше, чем вы можете себе представить. Но у меня не было... – он пригладил волосы, – у меня не было романов более трех лет.

– У меня после развода тоже никого не было.

– Я знаю. Я хочу сказать, догадался. Вы уже говорили мне, что не назначали свиданий. – Он сунул руки в карманы и шумно выдохнул. – Но моя ситуация отличается от вашей. Спонтанный секс, да и любой другой секс для меня затруднителен. У меня ампутирована нога, большая часть левой ноги, а у того, что от нее осталось, не самый приятный вид.

Джулианн вдруг поймала себя на том, что не знает, куда девать глаза, что говорить и как реагировать. Ей еще никогда не приходилось сталкиваться с инвалидами.

– Я ношу протез, – добавил он. – Мне не требуется адаптивное оборудование для грузовика, потому что для педали тормоза и газа я могу пользоваться правой ногой так же, как это автоматически делает любой водитель, – объяснил он. – Но мне пришлось кое-что изменить в верховой езде.

– Например, садиться на лошадь с другой стороны? – спросила Джулианн и тут же осознала, что это первые слова, которые она произнесла.

Он вынул руки из карманов:

– Ага.

– Это не имеет значения.

Он нахмурился, а ей захотелось как следует себя пнуть.

– Я не то хотела сказать.

Он пожал плечами:

– Не стоит извиняться, я знаю, что из-за этого люди часто чувствуют себя неловко.

«Да», – подумала она, ей неловко. Но только потому, что она не знала, как сказать ему, что он – один из самых привлекательных мужчин, каких она когда-либо встречала.

– Когда это случилось? – спросила она.

– Три года назад, в автомобильной аварии.

Джулианн закрыла глаза, потом открыла:

– В ней погибла ваша жена?

– Да.

– Ох, Бобби! – Она начала пододвигаться к нему, но он выставил вперед руки.

– Не надо, не жалейте меня.

Она проглотила комок в горле:

– Это не жалость. Это сочувствие.

– Я пришел сюда не за сочувствием. И, конечно, не собираюсь рассказывать вам о жене. – Он посмотрел на ее кровать. – Вы имеете право знать, почему я вас отверг. И только поэтому я все рассказал.

– Так вы действительно хотели остаться со мной? – спросила она и придвинулась чуть ближе.

Он перевел взгляд на нее. Их глаза встретились.

– Да.

Она вздохнула, набираясь храбрости:

– Тогда оставайтесь.

У него на лице появилось смущение.

– Вы не понимаете? Мне неудобно раздеваться перед вами, Джулианн.

Но Джулианн решила не отступать:

– Ну, так и не раздевайтесь.

Он пошел к ней и не остановился, пока не оказался с ней лицом к лицу:

– И что же мне делать? Прижать вас к стене и расстегнуть молнию на джинсах?

Она понимала его сарказм, но ведь это не имело значения.

– Не надо меня никуда прижимать, я сама пойду.

Он взял ее руку и приложил к джинсам:

– И молнию тоже расстегнете?

Она зацепила пальцем молнию:

– Если вам угодно.

Он издал резкий, мучительный стон – стон мужчины. А потом поцеловал ее. Так крепко, что она чуть не задохнулась.

Она схватила его за плечи, он положил руки на ее ягодицы и крепко прижал к себе.

Глаза у него потемнели и стали глубокими.

– Я хочу видеть, что у тебя под халатом.

Внезапно всплыла ее неуверенность, ее опасения показаться недостаточно сексуальной.

– Есть некая вещица, которая была надета под платьем. Черный шелк.

– Покажи.

– Может, притушить свет?

– Нет.

– Бобби, не надо так.

– Почему нет? Ты же сама хотела.

Она вздернула подбородок и сбросила халат:

– Видишь? Черный шелк.

Он ухмыльнулся, и ухмылка вышла совершенно мальчишеской, чрезвычайно привлекательной ухмылкой для мужчины его лет.

– Я много фантазировал насчет этой тесноватой детали.

– Неправда.

– Да-да, фантазировал, еще с тех пор, как она зацепилась за мои каблуки. – Он перестал ухмыляться. – Ты невероятно выглядишь, еще более красивой, чем я себе представлял.

– Правда?

Вместо ответа он сдернул бюстгальтер и освободил груди. Потом его руки скользнули вниз, к ногам, отстегивая подвязки.

Джулианн схватилась за его рубашку и выдернула ее из джинсов. Обнажив его грудь, она скользнула пальцами вниз по животу, по полоске волос, спускавшихся к молнии.

Он гладил ее медленно, вкрадчиво, пока Джулианн не застонала и не впилась ему в губы жадным поцелуем.

Оба впали в легкое безумие.

Когда он стянул с нее трусики, она мельком вспомнила о презервативах, хранящихся в верхнем ящичке столика, но решила ничего не говорить – незачем беспокоиться о том, что не имело большого значения, но могло стать помехой.

Он немного приспустил джинсы, она чуть приподняла бедра, и оба потеряли голову.

Наконец что-то взорвалось перед глазами Джулианн. Звезды. Фейерверк. Ощущение столь сильное, что она впилась ногтями в плечи Бобби.

Прошла минута, потом другая. Они глядели друг на друга, не зная, что сказать.

Он отступил назад, застегнул джинсы. Она заметила на полу халат и подняла его.

– Ты все упаковала? – спросил он.

Она кивнула:

– Почти.

– В зеленый чемодан?

Ей удалось улыбнуться.

– Все же он меня не подвел.

Он тоже улыбнулся:

– Ну, если ты так говоришь...

Когда он подходил к ней, она уже знала, что он собирается поцеловать ее – вежливым поцелуем, прощальным.

Ей вдруг захотелось плакать. Его губы коснулись ее так же волшебно, как лунный свет, так же нежно, как лепестки розы, которую он ей подарил. Она никогда не забудет его.

– Будь счастлива.

– Ты тоже.

Он не предложил зайти к ней утром, чтобы проводить. Да она этого и не ждала.

Бобби протянул руку и пропустил пряди ее волос сквозь пальцы:

– Тебе лучше пойти спать.

– Хорошо.

Она покрутила в пальцах его рубашку. Если бы он попросил у нее номер телефона, это было бы в некотором роде обещанием...

Через секунду он снова поцеловал ее.

А потом ушел из комнаты и из ее жизни, не сказав больше ни слова.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Месяц спустя Джулианн мерила шагами свою квартиру в Клиервилле, штат Пенсильвания.

Она уже неделю страдала от изнурительного недомогания, и ей только что стало известно, что не какая-то инфекционная зараза и не вирус каждое утро расстраивает ее желудок.

Это ребенок!

Джулианн Маккензи, женщина, которая и подумать не могла о ребенке, была беременна.

– Врач уверен? – спросила Кей.

Джулианн перестала бегать по комнате.

– Да, врач уверен.

Она была у него два дня назад и еще поспорила, что диагноз ошибочен, что сестра перепутала анализы. Но тесты на кровь показали то же самое.