Кровавый орел - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

Империи. И очевидно, что это точно были не новости типа: «Глава разведки посадил дерево» или «Святослав Долгорукий помогает животным из местного зоопарка». Хах, нет. Скорее что-то вроде: «После покушения на нынешнего главу разведки нападавших так и не смогли опознать из-за полностью сгоревшей кожи».

Его считают весьма суровым и нелюдимым человеком. И весьма результативным, надо сказать. Разумеется, прямых сведений о его действиях не было. Но уже то, какие слухи ходят о нём в других странах, говорит о многом. Так что сомневаюсь, что такой человек может просто так позвать кого-то к себе на ужин.

— Хорошо, я буду, — всё же согласился я, дабы не заставлять девушку ждать.

— Спасибо, — улыбнулась она. — И не волнуйся. Папа не такой страшный, как о нём рассказывают. Он очень добрый…

«Только к своей семье…» — хотел добавить я, но благоразумно промолчал.

И вот, в назначенный день я уже подъезжал к нужному дому. Небольшой особнячок в пару этажей с обширным садом и даже прудом. На взгляд обывателя, ни одна деталь не говорила о том, кто тут живёт. Вот только я видел несколько больше. Огромное количество замаскированных камер по всему периметру. Несколько скрытых турелей под дёрном. Ну и сердцебиения охраны, что тоже не показывалась окружающим. И это только то, что я смог заметить. Профи в таком деле я себя не считаю, хоть Григор тщательно и обучал, так что мог что-то не заметить.

Ворота автоматически открылись, позволяя автомобилю заехать внутрь.

— Мужайтесь, господин. Даже если вы сгинете в схватке с превосходящим по силе врагом, мы вас не забудем! Сложим баллады в вашу честь, — когда мы остановились, произнесла Инга, повернувшись ко мне.

— Ха. Ха. Очень смешно, — укоряюще посмотрев на девушку, чётко произнёс я. — Не забывай, что кое-кому тоже через это позже придётся пройти.

Взяв себя в руки, я покинул машину. Разумеется, один. Всё же меня позвали на семейный ужин. Было бы не очень красиво брать с собой ещё и секретаря. Так что Инге придётся подождать тут.

На пороге меня уже встречала Лиза, одетая в лёгкое голубое платье. Настроение тут же рвануло вверх. Любовался бы ею вечно.

— Милашка, — сорвалось слово с моих губ.

— Дурак, — слегка смутилась она, сверкнув очками. — Тебе повезло. Папы ещё нет. Задержали на работе. Какой-то очередной форс-мажор. Идём, познакомлю тебя пока с мамой.

Войдя в холл, я сразу же столкнулся взглядом с женщ… нет, так её назвать у меня не поднимался язык. Девушкой. По крайней мере, на первый взгляд ей трудно было дать больше тридцати лет. Чёрные волосы, тёмно-синие глаза, смотревшие на меня с интересом, миловидные черты лица, очень похожие на Лизу. А ведь по моим данным, ей лишь чуть меньше сорока. Если Лиза в этом возрасте будет выглядеть так же, то её будущий муж — настоящий счастливчик. Вот что значит гены.

— Познакомьтесь. Это моя мама: Анна Ивановна Долгорукова. А это мой… — замялась ненадолго девушка, — Друг: Владислав Константинович Цепеш.

— Друг, да? Ну, пусть будет так, — усмехнулась она. — Приятно познакомиться.

— Мне тоже очень приятно, — тут же достал из кольца букет алых роз, подарив его Анне. — Рад с вами познакомиться. Если бы нас не представили, посчитал бы вас сёстрами.

И ещё один Лизе. Разумеется, я подготовился.

— Хо, хо, хо, — прикрыла она лицо ладошкой. — Смотри, дочка, не успел твой кавалер зайти в дом, как уже комплименты раздаёт. Да ещё и кому? Твоей матери. Неужели решил переключиться с дочки на маму? Ох, какая нынче молодёжь отважная пошла.

— Мама! — вскинулась девушка, сверкнув глазами.

— Шучу, шучу, успокойся, — заливисто рассмеялась она.

Если честно, я маму Лизы себе немного иначе представлял. Но, возможно, то влияние её девичьей фамилии. Казалось бы, Скуратовы-Бельские — не самый древний род. Хотя и поговаривают, что они ведут свою линию к Гедеминовичам, но это не доказано. Дело скорее в одном конкретном представителе их рода, что прославился на века. Малюта Скуратов — любимый опричник и ближайший сподручный Ивана Грозного. А также его личный палач. Пожалуй, он один из немногих, кто мог потягаться с моим знаменитым предком в страшных историях, которые о них ходили. Новгородцы так его до сих пор забыть не могут. Но, несмотря на всё это и опалу после гибели Рюриковичей, род выжил. Всё благодаря удачным бракам, заключённым Малютой при жизни. Старшая дочь была выдана за Ивана Глинского, двоюродного брата Грозного. Младшая — за Дмитрия, брата князя Василия Шуйского. Ну а средняя… за Бориса Годунова, став на какое-то время царицей. Пусть не все они выжили, но оставшихся родственников хватило, чтобы пережить смутное время и его последствия. И даже кое-какие земли сумели сохранить, понемногу восстанавливая своё влияние.

Малюта стал именем нарицательным для палачей и злодеев. Но не стоит судить людей по их предкам, уж кому, как не мне, об этом знать. А Анна совсем не кажется какой-то злодейкой.

— Прошу, пройдёмте в гостиную. Не стоять же на пороге. Не знаю точно, когда вернётся муж, но придётся немного подождать. Бывает. Враги государства и все дела. Кому-то же нужно их убивать, — легкомысленно махнула она рукой, двинувшись по коридору.

И то, как легко она это произнесла, сразу убедило, что она потомок того самого Малюты.

Дом мне понравился. Чувствовались в нём какой-то уют и женская рука. У меня, конечно, тоже работают служанки, но это совсем не то. Атмосфера совсем иная.

Вскоре мы добрались до небольшой гостиной, где уселись друг напротив друга на удобных диванчиках. Служанки тут же принесли чай и какие-то сладкие угощения, поставив на столик перед нами.

— Угощайтесь, — улыбнулась она.

— Спасибо, — пригубил я напиток. — Прекрасный чай.

— О, по глазам вижу, вы с ним знакомы. Неожиданно, я-то думала вас удивить, — одобрительно покачала головой Анна.

Ещё бы он был не прекрасный. Золотые чаинки сверкали в полупрозрачном напитке. Прокатившаяся по телу бодрость лишь сильнее