Безвозвратно (ЛП) - Сноу Тиффани А.

Мои губы поджались. В происходившем ажиотаже я не видела его среди толпы, но, очевидно, он был там, и этот ужин являлся результатом иска, который я, вполне возможно, могла предъявить фирме.

Мой желудок сжался от едкого спазма. Я и не осознавала до этого момента, что надеялась — пусть и совсем немного — что происходившее могло оказаться чем-то совсем другим. Я осушила остаток жгучего коктейля, заметив, как сузились глаза Блейна.

В этот момент Грег принес наш заказ, и я была крайне рада тому, что нас прервали. Моя пиала с супом выглядела очень жалко по сравнению с тарелкой сочного бифштекса, которую поставили перед Блейном. С тоскливым взглядом я некоторое время нерешительно разглядывала суп, который обладал светло-зеленым оттенком, странным образом, напоминавшим мне цвет глаз Блейна. Это нереально действовало на нервы.

Взяв ложку, я, наконец, попробовала густую жидкость в надежде, что бекон трансформирует вкус супа в нечто более приятное, чем казалось на вид. И, надо признаться, я была удивлена. Суп оказался совсем неплохим. До начала трапезы я даже не подозревала, насколько сильно проголодалась. Неудивительно, если учесть, что я почти не завтракала и пропустила ланч.

Собственно, в виду всего выше упомянутого, суп в моей пиале закончился очень быстро. Возможно, опустошать тарелку до самого дна было поступком не самым достойным леди, но Блейн, похоже, не слишком интересовался мною в этом плане, поэтому я решила на этом не зацикливаться.

Закончив с супом, я обнаружила перед собой еще один «Манхеттен». Чувство голода все еще не отпускало меня, но суп все же немного притупил его остроту.

Сделав глоток жгучего спиртного, я наблюдала, как Блейн ел стейк, в то время как Грег, снова материализовавшись за моим плечом, убрал пиалу и вежливо уточнил:

— Будете еще что-нибудь заказывать, мадам?

Я покачала головой, и Грег на этом удалился.

— Зачем ты приехала в Индианаполис?

Вопрос казался достаточно прямолинейным. Мне не слишком хотелось распространяться в его обществе о личном, но и проявлять грубость тоже казалось неуместным. Чтобы выиграть немного времени, я откашлялась.

— Захотелось перемен, — наконец, уклончиво произнесла я.

Не было никакой необходимости посвящать Блейна в подробности своих стремлений стать когда-нибудь юристом. «Знаешь, я бы хотела со временем стать такой же, как ты» в сложившейся ситуации прозвучало бы, как минимум, нелепо.

— И что случилось с тем… расхитителем имущества? — постаралась перевести стрелки я, сделав очередной глоток. Закончив со стейком, Блейн прижал белоснежную льняную салфетку к губам, после чего ответил.

— С ним все будет в порядке. Как только он придет в себя, мы потребуем провести психиатрическую экспертизу.

— То есть… припишите ему психическую невменяемость, — пробормотала я, смутившись. — Прямо-таки клише. — Возможно, я могла бы оценить подобное развитие событий с гораздо большим энтузиазмом, если бы сама при этом не оказалась мишенью, которой воспользовались, чтобы доказать невменяемость клиента.

— Я, разумеется, не поощрял его на подобные действия, — осторожно заметил Блейн.

В этот момент мне показалось, что стоило сразу прояснить сложившуюся ситуацию, потому что никогда не умела играть в игры.

— Если вы опасаетесь, что я подам иск на вашу фирму, то не стоит, — сообщила я, продемонстрировав, что понимала, к чему все это велось. Стресс и алкоголь подхлестывали мое сознание. В конце концов, он был более чем прав — сегодняшний день являлся для меня далеко не типичным. Мне не терпелось оказаться дома, принять горячий душ и забраться в постель.

— Я и не думал, что ты собираешься подавать иск, — произнес Блейн, заставив меня посмотреть на него недоверчивым взглядом. Неужели он держал меня не только за провинциалку, но еще и за идиотку?

— Серьезно? — съязвила я со смешком, который вряд ли подобал леди.

Он слегка подался вперед, и его глаза сузились так, что мне пришлось снова потянуться за спиртным, чтобы хоть как-то подавить досадную дрожь.

— Это хорошо, что ты не планируешь судиться с фирмой, — вкрадчиво произнес он, — и мы благодарны за проявленную тобой лояльность и хотели бы предложить компенсацию за случившееся.

Я медленно моргнула, пытаясь понять смысл сказанного:

— Вы пытаетесь от меня откупиться? — В моем тоне слышалось удивление.

— Конечно, нет, — пожал плечами он. — Это именно то,что я сказал. Компенсация за ущерб, понесенный тобой во время работы в качестве сотрудника нашей фирмы.

Значит, все-таки откупались.

— И как много? — вскинула я бровь, теперь уже испытывая злость. Мне показалось, что в его глазах промелькнула тень разочарования, когда он откинулся на спинку своего стула.

— Пять тысяч, — произнес Блейн, наблюдая за моей реакцией. Мои глаза расширились. Вот черт. Сумма была приличной.

— Пять тысяч? — повторила я несколько завышенным голосом.

— Или десять, — пожал плечами он, — если тебе кажется это более приемлемым.

Десять тысяч долларов.

Этой суммы с лихвой хватило бы, чтобы оплатить долг, оставшийся после лечения мамы. Я даже немного потерялась в мыслях, представляя, как было бы замечательно освободиться от долгов. Я смогла бы оставить вторую работу и найти более приличное место для проживания. Могла бы возобновить обучение.

На этой мысли мне пришлось себя одернуть. Этого просто не могло случиться. Я не могла взять их деньги. Казалось неправильным принимать такую сумму, даже несмотря на то, что тем самым фирма покупала мое молчание и потенциальное сотрудничество. Одно дело, позволить Блейну привести себя в ресторан, другое дело — принимать от него тысячи долларов.

Я покачала головой.

— Забудьте об этом. Мне не нужны ваши деньги.

Теперь я, похоже, его удивила.

— Что ты имеешь в виду под тем, что тебе не нужны деньги? — его тон был резким.

— Мне не нужны деньги, — повторила я, пожав плечами. Мне не хотелось, чтобы он или его фирма получили надо мной власть, которая, без сомнения, следовала за деньгами подобного масштаба. Но этого, разумеется, я ему не сказала.

Грег вернулся с чеком, и я не без облегчения наблюдала, как Блейн бросил на стол несколько купюр и поднялся. Понимание того, что мне следовало в его присутствии следить за каждым своим словом, отложило значительный отпечаток на моем настроении. Блейн протянул руку, чтобы помочь мне спуститься со стула, и я с неохотой приняла его помощь. Последнее, что мне хотелось — это касаться его, но… падение со стула казалось еще менее привлекательной перспективой. Мне не терпелось снова вернуться к схеме наших прежних отношений: работодатель/служащая (причем, как можно более отдаленная служащая).

Его ладонь, в которой утонули мои пальцы, оказалась на удивление шершавой, что не слишком соответствовало имиджу белого воротничка. Когда я достигла пола, он поддержал меня за локоть и повел к своей машине, где снова придержал дверь, ожидая, пока я заберусь в салон. Что ж, его мать трудно было упрекнуть в том, что она не обучила его манерам.

— Куда едем? — поинтересовался он, когда завел машину. Я назвала адрес своего проживания, и мы поехали по указанному маршруту. Бурбон успокаивающей волной окутывал мое сознание, и я расслабилась на теплом сидении, устало закрыв глаза.

Следующее, что зарегистрировало мое сознание — это касание теплой руки к моему лицу. Медленно открыв глаза, я непонимающе моргнула. Лицо Блейна находилось в сантиметрах от моего, и его рука прижималась к моей щеке.

Сразу же проснувшись, я подорвалась в вертикальное положение. Его ладонь опустилась, но сам он не отстранился. Взглянув в окно, я увидела, что мы находились на стоянке напротив моего дома.

— Извините… похоже, я заснула, — мое дыхание было сбивчивым. — Спасибо за то, что доставили домой. — Открыв дверь, я увидела, что Блейн тоже выходил из машины.

— Я провожу тебя, — произнес он, заставив меня поморщиться. Не то, чтобы я стеснялась места своего жительства, но… это был не самый престижный район в округе, а мне не очень хотелось лишний раз вспоминать о пролегавшей между мной и Блейном пропасти.