Право выбирать - Ольга Подпалова

И только сейчас пришла первая реакция на раздражитель: ей стало холодно. Взгляд приобрел осмысленность, а разум - возможность анализировать и делать выводы. Сначала Виктана попыталась вспомнить, что произошло - получилось, хотя лишь частично. Затем пришел приправленный страхом и надеждой интерес: как же она теперь выглядит? Но зеркал поблизости не наблюдалось и знакомство с новой собой пришлось отложить до тех пор, пока…

"А пока что, собственно?" - невесело усмехнулась своим мыслям девушка, понимая, что просто не знает, что делать дальше.

Опустившиеся на город сумерки застали танцовщицу бесцельно бредущей по узким улочкам старого района. Пронизывающий до костей холодный, злой ветер толкал в спину, заставляя поторопиться и хоть немного приводя в чувства снова ушедшую в себя девушку. Редкие прохожие, спешащие по своим делам, не поднимали глаз от мостовой, придерживая так и норовящие слететь шляпы и головные платки, а потому ей удалось избежать пристального внимания. Ноги сами принесли ее к дому у старого бульвара. Виктана поднялась по чуть поскрипывающей деревянной лесенке в свою квартирку, в которой все осталось нетронутым, словно и не простояла сутки незапертой. Бывшая ведьма чуточку зло усмехнулась. Еще бы, жильцы не рискнули прикоснуться к вещам проклятой, а хозяин доходного дома просто поостерегся выбрасывать ее вещи до окончания срока аренды. Ведь тогда по закону она могла бы подать на него в суд… Сообразительный малый этот мосье Пирс.

Собирать ей было практически нечего, все мало-мальски ценное уместилось в небольшую сумку. Набросив на плечи теплый палантин, Виктана все же не удержалась, подошла к зеркалу. Долго смотрела в чуть мутноватую посеребренную поверхность.

Что ж, когда-нибудь она научится с этим жить. Вот только отстроит свой мир из осколков, на которые он разлетелся в этой уютной квартирке под самой крышей. Когда-нибудь она привыкнет…

Виктана решительно захлопнула за собою входную дверь и повесила кольцо с ключами на ручку. Здесь ее больше ничего не держало.

Часть 2

Небольшая сцена тонула в полумраке, лишь ее центр освещался ярким лучом единственного прожектора с оранжево-красным светофильтром, да заполошно метались огоньки стоящих на краю рампы горящих свечей. Красноватые сумерки словно сгущались вокруг тоненькой фигуры танцующей девушки, скрадывая резковатые черты и придавая еще большую загадочность ее мрачному образу. Странная музыка рваным ритмом била по нервам, заставляя сердце учащено биться где-то у горла, не давая вздохнуть полной грудью. Все сидящие в зале замерли, стараясь ни пропустить ни одного движения…

Многочисленные ленты, заменяющие юбку, разлетались в стороны в такт резким ударам бедер. Под полосами черно-красной ткани быстро мелькали ножки. Маленькие ступни отбивали бешенный ритм, вторя бою барабанов. Резко вскрикнула флейта - и девушка вскинула руки, а по телу ее прошла волна.

Длинные, почти до талии, распущенные волосы плащом окутали обнаженные руки и плечи хозяйки. Она резко встряхнула головой - и пряди упали на лицо, закрывая его. Танцовщица отзывалась на музыку каждой клеточкой тела, каждой мышцей, создавая неповторимый узор танца не только из резких, как вскрики, движений, но из вздохов, из взглядов, из взмахов ресниц. Чуть красноватая кожа была расписана золотыми узорами, которые казались живыми.

Сидящие в зале мужчины даже пошевелиться боялись. Словно не то что свист, а даже чересчур громкий вздох вспугнет танцующую девушку, и она растает в вихре разноцветных лент, оставив после себя разве что чувство неудовлетворенности и нестерпимое желание снова подпасть под эту магию танца и диковатой музыки.

Сидящий за барной стойкой хозяин заведения и сам с удовольствием наблюдал за выступлением, хотя уже видел его на репетициях. Более того, он вынужден был выслушивать жалобы от музыкантов, которых основательно прессовала выступающая сейчас девушка, желавшая заставить их играть странную и непривычную мелодию. Хозяин тогда лишь посмеялся и порекомендовал выполнить каприз, раз уж женщина настаивает - и не прогадал. Результаты двухнедельного издевательства над небольшим оркестром того стоили. Ему вообще невероятно повезло с этой танцовщицей, она не просто чувствовала музыку, она ею жила. К тому же, новая работница оказалась неплохим хореографом и смогла поднатаскать других девиц из заведения, за что Папаша Рене без зазрения совести повысил ей жалование. Благодаря этой малышке его кабачок превращался из обычного притона в мужской клуб, куда и Судьи заглядывать не гнушались.

- Хороша, - резюмировал он, глядя, как высоко подпрыгнула девушка, вытянувшись струной, а затем упала на колени под последний глухой удар большого барабана. В зале воцарилась абсолютная тишина, затем взорвавшаяся аплодисментами. Рукоплескал даже бармен, а Рене усмехнулся, осознав, по какой причине его рюмка все еще оставалась пустой - парень тоже не мог отвести глаз от тяжело дышащей, но довольно улыбающейся нуары.

Девушка скрылась за кулисами, но вскоре уже вынырнула из небольшой дверцы для персонала и вопросительно уставилась на хозяина заведения своими странными, чуть раскосыми глазищами. Сейчас из-за густой косметики они казались еще больше, чем обычно.

- Ну как? - поинтересовалась она у Рене, присаживаясь на высокий табурет и парню за стойкой. Перед уставшей танцовщицей тут же оказался высокий стакан с холодным соком.

- Замечательно, - улыбнулся кабатчик, а про себя добавил: "Ты золотая жила, детка".

Измененная благодарно кивнула. Кончик длинного гибкого хвоста обвился вокруг стакана. Нуаре нравилось шокировать посетителей, непривычных к подобному зрелищу. Впрочем, Папашу Рене этим было давно не пронять. А бармен с интересом проводил взглядом необычную… конечность. - Как насчет поставить еще несколько номеров? Возможно, если ты будешь танцевать вместе с девочками…

- Нет, - темноволосая головка отрицательно качнулась. - Я могу разучить с ними новые танцы, но выступать буду только одна. Это было моим условием при приеме на работу, не забыл?

- Я понимаю, что остальные рядом с тобой выглядят… бледно, - не терял надежды мужчина. - Но ведь Лакси тоже измененная, и вместе… - она просто на него смотрела, и Рене замолчал, чувствуя себя неуютно под этим взглядом.

- Тебе проще меня уволить, - спокойно заметила танцовщица и провела пальчиком по запотевшему стакану, собирая капельку воды, тут же скатившуюся на подстаканник.

- Хорошо, закроем тему, - пошел на попятную хозяин.

Нуара благодарно кивнула, качнулись тяжелые серебряные серьги. Выпив свой сок, она вернулась за кулисы - сегодня предстояло еще одно выступление уже в несколько ином амплуа. Мужчины проводили девушку взглядом, каждый размышляя о чем-то своем.