Сказки Королевства (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

полного имени, ни имени рода… настоящий дикарь. Приезд его вызвал небывалую суматоху — всем хотелось посмотреть на отродье, но были и понятные вопли возмущения: что если эта тварь, рожденная убивать, накинется на кого-нибудь? И это еще больше подстегивало любопытство.

Поэтому когда Айра с друзьями, наконец, увидели этого Ойхо, испытали что-то схожее с разочарованием. Неужели это и есть то опасное, — вот этот загорелый темноволосый парень в самом обычном дорожном костюме и сапогах? До тех пор, пока не посмотрели в его глаза. Дея, столкнувшаяся с отродьем как-то в коридоре, в ужасе рассказывала: «Он мне вежливо поклонился, а потом как глянет глазищами своими — и кажется, все-все про тебя знает, до донышка. А я перед ним как мышь перед змеей… жутко до чего».

Но и это не сразу охладило всеобщий интерес. Женское кокетство — штука очень живучая, особенно замешанная на любопытстве. И среди наиболее свободолюбивых девушек Университета то тут, то там слышались смешки и рассуждения на тему «интересно, а как там у этих тварей все устроено». А еще больший интерес (и в этом Айра была со своими однокашниками абсолютно солидарна) вызывало другое: вот бы посмотреть на отродье в его животном, чешуйчатом виде. Местные красотки даже заключили меж собой пари: кому первой удастся уговорить отродье «показать змея» (особенно им нравилась пошленькая двусмысленность фразы).

Ничего удивительного, что однажды днем Лирра взялась «охмурять» Ойхо. Дело происходило в столовой, и народу тогда тоже было порядочно. Златокудрая прелестница подсела за столик к отродью и начала игриво расспрашивать его о том, о сем, кокетничая напропалую. А когда решила, что ее старания достигли результата, покусывая алые губки и накручивая на палец тугой светлый локон мечтательно произнесла: «Я бы так хотела посмотреть на вас в змеином обличии».

Отродье смотрело на Лирру абсолютно спокойно, и когда та просительно закусила нижнюю губку и выжидательно уставилась на него, вдруг слегка повернуло голову влево-вправо, словно желая убедиться, что его ответ будет слышен всем:

— Знаете ли вы, как происходит оборот? — в полной тишине глуховатый голос его звучал словно хвост гремучей змеи.

— Как? — Лирра округлила ротик и совсем уж жеманно захлопала ресницами.

— Я расскажу.

Дикарь аккуратно взял пальцами из тарелки куриную ножку.

— Сначала выкручиваются суставы…

Легкое движение пальцев — и куриные кости, прорвав мясо и поджаристую кожицу, отлично проиллюстрировали сказанное

— …до предела натягиваются жилы. Затем кожу пронзает чешуя, — теперь он продемонстрировал Лирре свою руку, из костяшек которой выдвинулись стальные кинжалы, ладонь же с тыльной стороны стремительно покрывалась прорвавшими кожу серыми, похожими на лезвия, пластинками. Кровь струйками текла по руке, впитываясь, словно в губку, в серую броню. Все присутствующие замерли не дыша, Лирра с испугом и отвращением смотрела на предъявленную ей конечность.

— Это довольно неприятно, — все также ровно, чуть растягивая слова продолжало отродье. Пальцы страшной то ли руки, то ли лапы сжались-разжались, и чешуя с наростами втянулись обратно, оставляя на коже кровоточащие порезы.

— Так скажите, пожалуйста, ради чего мне стоило бы так напрягаться? — и вроде бы спокойно была произнесена фраза, без ядовитой усмешки, но как-то сразу стало ясно, что Лирра, что бы она не предложила, заинтересовать отродье не способна. Поняла это и сама признанная красавица. Сверкнула глазами, прошипела что-то злобное, фыркнула презрительно и, вскочив из-за стола, поспешила покинуть столовую. Отродье же невозмутимо промокнуло кровоточащую руку салфеткой и продолжило трапезу, словно ничего не произошло.

После этого случая все ученики стали его бояться. Не тем щекочущим видом страха, который лишь подстегивает любопытство, а настоящим, нутряным, впервые осознав Ойхо опасным, умным и абсолютно чуждым созданием.

И вот сейчас Айре предстояло к нему подойти.

«Так, Айра, спокойно. Считай это просто маленьким спектаклем. Подойдешь, предложишь, оно откажется (вряд ли И-Драйг Гох интересуют достижения целительской магии), и все — свобода, — подбадривала себя девушка, шагая к дальнему столику, за которым вполоборота ко всем присутствующим, как всегда невозмутимо, завтракало отродье.

Айра изо всех сил старалась сохранить видимость спокойствия, однако пальцы ее непроизвольно комкали подол строгого платья, смазывая все впечатление. Девушка замедлила шаг и остановилась напротив отродья.

— Хорошего дня! — произнесла она дрогнувшим, но достаточно звонким голосом. И дождавшись, когда отродье поднимет на нее несколько озадаченный взгляд и слегка наклонит голову в вежливом приветствии, нервно улыбнулась: — Разрешите составить вам компанию, я не отниму много времени.

Собеседник сделал лаконичный приглашающий жест, и Айра поспешила присесть на стул, на самый его краешек. Отродье слегка улыбнулось, похоже, вся эта возня его забавляла.

— Послезавтра в столице открывается ежегодная выставка достижений науки в целительской отрасли, — Айра старалась смотреть на мочку уха своего визави или на переносицу — куда угодно, лишь бы не в его страшные глазюки, — Я каждый год туда хожу, это очень интересно. И… — Айра не смогла-таки сдержать судорожного выдоха —…я хочу пригласить на нее вас.

Вот и все, самое страшное было позади. По-крайней мере девушка так думала. Зря, как оказалось. Отродье плавно наклонилось к ней через стол и спросило совсем тихо, слегка растягивая слова:

— Карточный долг или…?

— Или, — сразу призналась Айра также шепотом — Проигрыш в магическом споре. Но выставка, и вправду, замечательная.

Так-то так, вот только сама будущая целительница хотела бы попасть туда с друзьями, а не с этим… Ойхо. Но, возможно, так и будет, сейчас вот он откажется и…

— Хорошо, — уже громче произнесло отродье, и суховатый надтреснутый голос разнесся надо всем обеденным залом — я принимаю ваше предложение, леди..

— Мортиэль. Айрин Мортиэль. Тогда послезавтра я буду вас ждать в полдень у центрального входа.

На этом леди Мортиэль откланялась, посрамив своих учителей по этикету тем, что забыла попрощаться. Она шла быстро, на самом пределе приличий. Прочь отсюда, от этой ухмыляющейся толпы, от скабрезных шуточек. Лучше вернуться и перевести дух в своей комнате. И боги с ним, с завтраком, все равно есть не очень хочется. А досаднее всего, что этот не отказался, придется теперь целый день с ним таскаться. Ээх, зато осмотреть все стенды с новинками целительской магии никто ей не сможет запретить. Размышления были прерваны стуком в дверь. Вира и Дея с порога закидали вопросами вперемешку со словами утешения. Вира протянула Айре завернутые в салфетку пирожки и склянку с ягодным морсом. Боевая Дея, меж тем, сверкала глазами:

— Мы тебя не бросим, даже не думай. Мы тоже едем на выставку, вот! Эльден с нами. Не схарчит же нас этот чешуйчатый при всем честном народе!

Настроение у Айры сразу улучшилось, все-таки