Я стану твоей защитой (СИ) - Поллина Лена

Мама, как всегда драматизирует.

— А ты чего обижаешь моего? – подлетает Янка.

Начинается.

Эти двое если сцепятся, их не остановишь. Постоянно своими пререканиями до слез нас доводят. Конечно же плачем мы от смеха, потому что наблюдать за ними всегда забавно.

Наверное у Янки больше генов отца. Потому, что тот тоже вечно с мамой сцепляется. Но когда рядом папа-все молчат.

— Ты бы вот за своим следила… Она Киру по голове молотком зарядила.

Боже…Мама…

Я смеюсь. Я этого "молотка" даже не почувствовал.

— Ты серьезно? Это пластиковый молоток, мам… Что? Больно? Падай в обморок, че стоишь?

Подозреваю маме тоже прилетело молотком от Янки. Ну… В качестве примера.

Да реально, не больно. Мама передергивает. Как всегда.

— Ты сдурела?

— Девочки… Пожалуйста прекратите… — улыбаюсь и хриплым от смеха голосом привлекаю к себе внимание. – Верните мне мою сопливую девочку. Я ей готов простить даже выходку с «молотком». Соскучился…капец…

Пару секунд слышится какое-то шуршание.

— Я тебе покажу сейчас язык…-строго выговаривает мама.

Я вновь смеюсь.

Даринка у нас горячих татарских кровей…

Видимо мстит маме, за то, что та ее отчитала.

Ох задаст моя козявка Янке с Тимкой жару. Парням сердца будет разбивать по щелчку пальца…

А ревнивица какая растет...Яське целовать меня при ней нельзя. Там похлеще молотка выходка будет.

Вновь мелкая попка на моих коленях. Прижимаю ее к себе. Улыбаюсь.

— Ты мне расскажи, кстати, почему домой не хочешь? – спрашивает мама продолжая меня кормить.

Тяжело вздохнув решаю сказать правду.

Думаю, что она не обидится. Надеюсь на это по крайней мере.

— Потому, что ты меня там достанешь, мам – признаюсь, представляя ее реакцию.

Янка громко смеется.

Я улыбаюсь.

Мама цокает языком и я уверен, закатывает глаза, как ее подружка тетя Марина.

— Я тебя от нее защитю, мой любименький… — маленькие ладошки на моем лице.

Это правда счастье.

Улыбаюсь. Таю от нежности.

Конфета моя.

— Ох и подлиза… — фыркает мама. Наслаждаюсь моментом, вновь вдыхая сладкий аромат кудрявой головы.

Мы с Дашей договорились встретиться здесь. Я запретил ей лазить по окнам.

Поражаюсь ей. Боевушка.

Да кто она такая?... Вновь ругаю себя, за то, что не успеваю ничего спросить, потому что приходится выбирать поцелуи или вопросы.

Ведь Даша приходит максимум на двадцать минут.

Вот зашибись просто! В общей сложности я знаю ее чуть больше часа.

Это так-то вообще херня…

Знаю…

Да не хрена я о ней не знаю!

Мама с девчонками сидят со мной еще целый час.

Потом все по расписанию: процедуры, уколы. Сегодня даже система есть.

Я уже предвкушаю встречу. Меня долго ждать не надо, потому что в назначенное время, я на месте.

Втянув аромат цветущей яблони, замираю в ожидании своей девочки.

Еще днем заметил, как пахнет в этом сквере… Рано деревья в этом году проснулись.

Шуршание за спиной подсказывает мне, что Дашка уже здесь.

Пришла.

— Привет — шепот в ушко и легкий поцелуй в щеку.

Бля...Таю...

— Ой, халтуришь опять… — притягиваю ее к себе на колени и утыкаюсь носом в шею. – Я скучал… — шепчу ей на ухо. Поехавший идиот…

— Я в первую очередь целую свои любимые ямочки – ее шепот ползет к губам провоцируя мое тело на вольности.

Ее губы вновь на моих губах. Моя девочка сверху. На мне. Мои руки под ее футболкой.

Все идеально. Кроме мать вашу того, что я ее не вижу…

Хочу ее. И трахнуть и увидеть кого я трахаю.

Она взрывает мой мозг.

Не дает покоя моим мыслям.

Я не привык так.

Хотя… Яська же тоже мне вечно мозг парила, но там я хотя бы держал ситуацию под контролем. Здесь же-нет. Все в ее холодных руках.

Но сегодня, как и вчера они у нее на удивление теплые.

— Ты вновь ненадолго? – спрашиваю утыкаясь в тонкую шею. Сегодня вишневый аромат ненавязчивый. Словно уже немного испарился. Видимо она его наносила давно.

Боже… Если мне в понедельник не снимут повязку, я начну раскрывать преступления.

— Как всегда… — водит пальцами по моим ямочкам. Даша их видит каждую встречу, потому, что они у меня появляются только когда я улыбаюсь. А ей я улыбаюсь постоянно.

— Ты работаешь? – интересуюсь, пытаясь выяснить куда же она так спешит.

— Работаю – подтверждает тихим голосом не прекращая гладить мои щеки.

Из нее приходится все вытягивать.

Какая-то она не разговорчивая.

Внезапно Даша слезает с моих колен.

— Пойдем со мной… — Тянет меня на верх. –покажу кое что…

Я громко смеюсь над ее словами. Шутница какая!

— И чем мне смотреть? – иронизирую вытягивая ноги, не собираясь ей сдаваться.

— Сердцем – на ухо и…удаляется.

— Ну ты идешь?

Вот же…

— Иди на мой го-о-лос… — дразнит меня удаляясь.

Конечно же я встаю. У нас итак чертовски мало времени, еще ее эти приколы. Меня даже задевает, что она выбирает что-то другое, вместо наших аппетитных поцелуев.

Боится может, что не отпущу ее.

Ну…Так-то правильно делает. Потому что я и правда ведь не отпущу…

— Здесь нет никаких преград, Кирилл…Иди ко мне… — голос Даши звучит, как пение русалки. Завораживающе и…немного опасно. Может это от того, что я ни хера не вижу.

Я иду. Прямо иду и натыкаюсь на ее раскрытую ладонь.

— Ты молодец, Кир – наклоняет меня для поцелуя.

Она… Низкого роста. Я намеренно провожу над ее макушкой. Ниже меня на голову. Провожу по ее телу руками и даже присаживаюсь, «осматривая» ее ноги.

Я скоро начну так «разглядывать» все окружающее.

Но ее «разглядеть» мне хочется больше всего.

Смеется, поднимая меня вверх.

— Ты у моих но-ог… — поет хихикая…

Точно русалка. Голос у нее огонь… Как и фигура. Она немного худовата, но для меня это «вкусно». Я ее уже обожаю. И запах и голос и фигуру. Правда ведь у ног…

— Показывай, что хотела… — усмехаюсь, остужая ее власть.

Не так быстро, принцесса.

Вот начну видеть и получишь у меня еще. Сразу лифчик на свои мелкие сиськи натянешь, что бы кроме меня их никто не видел.

— Давай телефон, я тебе сфотографирую нас…

Я нервно сглатываю.

Если она это сделает, то после снятия повязки я первым делом полезу в телефон.

Слышу, как щелкает камера.

— Заебись, че…Ты красивая, я с повязкой… — ворчу, пытаясь понять где она сейчас.

— Прекрати ругаться… Это…Некрасиво.

Я громко смеюсь.

В нашей семье ей будет сложно, потому что у нас там матершинник на матершиннике.

В нашей семье…

Я ж правда ее уже до такой степени присвоил, что отдавать никому не хочу. Даже ей самой.

— Пойдем назад – говорит рассеянно и тянет меня обратно.

Возвращает мне телефон, аккуратно всунув аго в карман моих спортивных штанов.

— Эй, ты можешь там задержаться немного, я буду не против – заигрываю.

Уверен, что она тоже не против…

Долбит нас по-моему одинаково.

Прислушиваюсь к ее шагам.

— И со всеми гостями ты ведешь себя так развязно, а, Кирилл?

Что за поучения, детка? Ревнуешь?

— Только с теми, кому хочется затолкать язык в рот.

Меня тянут вниз и тихий смех щекочет мою щеку.

— Извращенец, какой, а… — целует.

Я об что-то спотыкаюсь, но меня удерживают хрупкие руки. Благо я не успеваю потерять равновесие. Иначе рухнули бы оба.

— Под ноги надо смотреть…-делает мне замечание.

— Умница какая! – фыркаю, наугад возвращая поцелуй. Попадаю в бровь.

Дашка взвизгивает и начинает громко смеяться, потому, что я зацеловываю ее лицо. Мои щеки уже болят от улыбки, но мне это по кайфу.Я давно не был так счастлив.

Я ж буду прокручивать этот момент… Потому, что во мне сейчас такая нежность расползается, как в том видео тик-точном, где цветы распускаются от удовольствия.

Дашка смеясь уворачивается от поцелуев и усаживает меня на кресло.