Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии - Холл Мэнли Палмер

Рене Декарт стоит у основания французской школы философии и разделяет вместе с сэром Фрэнсисом Бэконом честь основания систем современной науки и философии. Если Бэкон основывал свои заключения на наблюдении внешних вещей, то Декарт основывал свою метафизическую философию на наблюдении внутренних вещей. Картезианство (философия Декарта) сначала элиминировало все вещи и заменило их предпосылками, без которых существование невозможно. Декарт определил идею как то, что является содержанием ума, когда мы размышляем о вещи. Истинность идеи должна определяться критерием ясности и отчетливости. Отсюда Декарт заключает, что ясная и отчетливая идея должна быть истинной. Подход Декарта отличался также и тем, что в нем не было места апелляции к авторитету. Следовательно, его заключения строятся из простейших посылок и становятся все более сложными.

Позитивная философия Огюста Конта основана на теории, согласно которой человеческий интеллект развивается через три стадии мысли: первая и низшая стадия — это теология, вторая — метафизика и третья, высшая, — позитивизм. Таким образом, теология и метафизика являются слабыми интеллектуальными усилиями детского ума человечества. А позитивизм представляет собой взрослый интеллект. В своем «Курсе позитивной философии» Конт пишет: «В финальной стадии, позитивной, ум оставляет погоню за абсолютными понятиями, целью и назначением вселенной, причиной явлений и применяет себя к изучению их законов, то есть их неизменяемых отношений следования и сходства. Размышление и наблюдение, должным образом соединенные, являются средством этого познания». Теория Конта часто описывается как «чудовищная система материализма». Согласно Конту, раньше говорили, что небеса поют славу Богу, а теперь они поют славу Ньютону и Лапласу.

Среди французских философских школ следует назвать традиционализм (часто прилагаемый к христианству), где чтимые традиции являются достаточным основанием философии; социологическую школу, которая рассматривает все человечество как гигантский социальный организм; энциклопедистов, чьи усилия по классификации знания по системе Бэкона революционизировали европейскую мысль; вольтерианство, которое поставило перед божественной верой христианства много трудных вопросов и заняло чрезвычайно скептическую позицию по отношению к теологическим проблемам; и неокритицизм — французскую версию доктрин Канта.

Анри Бергсон, интуитивист, безусловно является величайшим из современных французских философов. Его теория является мистическим антиинтеллектуализмом, основанным на понятии творческой эволюции. Быстрый подъем его популярности обязан тому, что философ апеллировал к утонченным чувствам человека, которые восстают против безнадежности и беспомощности материалистической науки и реалистической философии. Бергсон рассматривает Бога как жизнь, постоянно борющуюся с ограничениями материи. Он даже предвидит возможную победу жизни над материей и, в свое время, уничтожение смерти.

Из книги Хоуна «Описанные древние мистерии»

ХРИСТИАНСКАЯ ТРОИЦА

Чтобы создать наиболее адекватную фигуру или схему христианской Троицы, необходимо изобрести образ, в котором три личности — Отец, Сын и Святой Дух — раздельны и в то же время едины. В различных частях Европы можно видеть фигуры, подобные приведенной, где три лица объединены одной головой. В символизме этот метод понятен, потому что способным осознать священный смысл головы с тремя ликами открывается великая тайна. Однако наряду с христианской традицией аналогичная символика присутствует и в других верах, например, в индуизме — трехликий Брахма, у римлян — двуликий Янус.

Применяя метод Бэкона к уму, Джон Локк, величайший английский философ, провозгласил, что все проходящее через ум является допустимым объектом ментальной философии, и что эти ментальные феномены столь же реальны и значимы, как и объекты любой другой науки. В своих исследованиях происхождения феноменов Локк отошел от требования Бэкона, согласно которому предварительно надо написать естественную историю фактов. Ум считается Локком чистой доской, на которую опыт наносит письмена. Таким образом, ум построен из воспринятых ощущений плюс размышление. По Локку, душа не способна к постижению божества, и осознание человеком Бога есть просто вывод в рамках размышления. Давид Юм был самым последовательным и способным из учеников Локка.

Атакуя сенсуализм Локка, епископ Джордж Беркли заменил его философией, основанной на локковских фундаментальных посылках, но развитой в виде идеалистической системы. Беркли полагал, что идеи являются реальными объектами познания. Он говорил, что невозможно привести доказательство того, что ощущения вызываются материальными объектами; он также пытался доказать несуществование материи.

Берклианство есть учение о том, что вселенная пронизана и управляется умом. Таким образом, вера в существование материальных тел есть просто некоторое умственное состояние, а сами объекты являются фабрикацией ума. В то же время Беркли считал, что сомнение в точности чувств хуже сумасшествия, потому что если будут поставлены под сомнение воспринимающие способности человека, то человек будет низведен до создания, неспособного к познанию, оценке или пониманию чего-либо вообще.

Ассоцианизм Хартли и Юма есть теория, по которой ассоциации идей являются фундаментальным принципом психологии и объяснением всех ментальных феноменов. Хартли полагал, что если ощущение повторяется несколько раз, то имеется тенденция к его спонтанному повторению, которое может быть разбужено ассоциацией с некоторой другой идеей, даже в отсутствие объекта, вызвавшего исходную реакцию. Утилитаризм Иеремии Бентама, архидиакона Пэли, и Джона Стюарта Милля утверждает, что благо заключается в наибольшей полезности для наибольшего числа людей. Милль полагал, что если возможно через ощущение прийти к знанию свойств вещей, то возможно через высшее состояние ума — интуицию или разум — получить знание и об истинной сути вещей.

Дарвинизм есть доктрина о естественном отборе и физической эволюции. О Чарльзе Роберте Дарвине говорят, что он решил убрать дух из вселенной вообще и сделать бесконечный и вездесущий ум синонимом вездесущих сил безличной природы. Агностицизм и неогегельянствота также достойны упоминания как продукты философской мысли этого периода. Первое есть вера в то, что природа вселенной непознаваема: второе есть английское и американское возрождение гегельянства.

Д-р Дюрант свидетельствует, что величайшая работа Герберта Спенсера «Первые принципы» сразу сделала его самым знаменитым философом своего времени. Спенсерианство есть философский позитивизм, который описывает эволюцию как возрастание сложности и наступление равновесия в качестве высшего состояния. По Спенсеру, жизнь есть непрерывный процесс перехода от однородного состояния к гетерогенному и обратно от гетерогенного к однородному. Жизнь есть непрерывное приспособление внутренних соотношений к внешним. Наиболее знаменитым из всех афоризмов Спенсера является его определение божества: «Бог есть бесконечный разум, бесконечно разнообразный в бесконечном времени и бесконечном пространстве, проявляющий себя через бесконечное число возникающих индивидуальностей». Спенсер утверждал универсальность законов эволюции, которые были применимы не только к формам, но и разуму, стоящему за формами. В каждом проявлении бытия он распознавал фундаментальные тенденции развертывания от простого к сложному, утверждая при этом, что после достижения точки равновесия всегда следует процесс распада. Однако, согласно Спенсеру, за распадом последует вновь интеграция на более высоком уровне бытия.

Первое место в итальянской философии должно быть отдано Джордано Бруно, с энтузиазмом встретившего теорию Коперника, по которой Солнце является центром солнечной системы, провозгласил Солнце звездой, а все звезды солнцами. Во времена Бруно Земля считалась центром всего творения. Следовательно, после того как он поместил мир и человека в забытый уголок пространства, эффект был подобен катаклизму. За ересь, заключавшуюся в том, что он утверждал множественность миров и считал космос столь большим, что никакое кредо не может охватить его, Бруно поплатился жизнью.