Играть чтобы угорать - Сергей Уклеин

просто пошел вперед, все призванные существа, игнорируя меня кинулись на него. Ну… Не мешать так не мешать, видимо баба-призрак решила, что я нечто призванное и сразу нацелилась на главного. Я даже не шелохнулся когда воющая на все лады толпа пронеслась мимо меня. Их предводительница даже немного прищурилась в довольном предвкушении, ещё бы! Маги в рукопашной обычно не сильны, а уж призывателей может толпа крестьян затыкать вилами. У нашей оппонентки был интеллект, это точно. Плащ на Викторе вспыхнул и сгорел в черном пламени и он просто снял с пальца кольцо. Его аура фиолетовым всполохом смахнула все заклятья контроля с привидений, состарила ржавые ограды ещё больше, даже нехорошего вида лианы скукожились и пытались уползти. Все существа встали как вкопанные и стали медленно опускаться на колени, а у кого колен не было склонили верхнюю часть в поклоне. Баба попыталась скрыться, разъединив себя с телом, но Лич просто вытянул руку в её направлении и сжал ладонь. Раздался истошный визг, что-то лопнуло и бесформенные остатки засосало обратно в лежащее без чувств тело. Оно зашевелилось и медленно село, голова девушка поднялась и лицо стало принимать осмысленно выражение. Виктор дошел до неё и сел рядом на корточки и дружелюбно кивнул ей:

— Рассказывай мать, как ты до такой жизни воровской докатилась?

— Блин, голова раскалывается. А что тут произошло? — девушка рывком встала, покачнулась и стала недоуменно озираться — Виктор? Почему я не удивлена? Когда прихожу в сознание, ты сидишь рядом с загадочным видом. Это уже второй раз так! А ты кто? — уставилась она уже на меня.

— А я… — начал было я.

— Это Светка, смотритель кладбища — прервал меня Виктор — Как её тут зовут — не знаю. Но она уже три дня не выходит из онлайна.

— Три, сука, дня?! — Девушка сделала полукруг рукой в воздухе и ничего не произошло. — Да твою ж мать! — она махнула ещё два раза, её глаза расфокусировались на долю секунды — Игровое событие ещё идёт, что за хрень?

— Без понятия! — отрезал Виктор и демонстративно отвернулся, я тоже сделал вид, что мы просто случайно сюда пришли.

— Слышь! — Светка занервничала и вдруг начала орать на Виктора — Ну-ка немедленно сделай так, чтобы я смогла выйти!

— Пойдем, славный рыцарь смерти! У человеческой самки помутился рассудок в этом скорбном месте! — И мы с Виктором пошли в направлении старой части кладбища, Лич при этом стал напевать какой-то немецкий марш.

Мне ничего не осталось кроме как последовать за ним, глаза уловили движение слева. И моя нога молниеносно встретила прыгнувшего из-за склепа мертвеца, всё — таки рефлексы у этого тела — моё почтение. Цены бы ему в виртуальных соревнованиях не было, даже не понимаю почему так. Надо у Виктора спросить, а с чего вдруг мы такие имбовые? Неужели из-за того, что мы постоянно травим самих себя? Алкаши из ретрозоны давно бы уберхьюменами стали. Тот же неудачливый мертвец улетел на добрых двадцать метров куда-то за оградки и признаков нежизни больше не подавал. А у него-то иммунитет к физическому урону между прочим. Значит я бью не только кинетической энергией, а чем-то ещё. Лич даже не обратил внимание на этот короткий эпизод, а зачем-то вел счет. «5,4,3,2,1… Щас!»

— Вииииить! Блин! Вииитя! — девушка довольно неуклюже, видимо ещё не донца пришла в себя, бежала за нами, немного спотыкаясь.

— Чего тебе, о, хранительница кладбища? — Лич сложил руки в молитвенном жесте — у нас ещё много дел, рыцарь смерти не даст паутине лжи осквернить мои уста. Ну, зубы то есть, устов у меня нет.

— Кончай придуриваться! Я выйти не могу! — Светка поравнялась с нами и злобно зыркала на Виктора. Как и любая женщина в мире, её подсознание быстро определило того, кто во всём виноват. Даже если он и не виноват, но усилий для решения её проблем не прикладывает, значит виноват.

Я мысленно обратился к напарнику:

— «Мы её спасать будем? Мы тут вообще зачем?»

— «Нам нужны скелеты, чтобы дандж тому педику сделать, мы их тут накопаем. От неё формальное разрешение, но это не я сделал с ней. По ходу и проблема королевского кладбища из-за того, что кто-то взял под контроль хранительницу. Думал придется договариваться, но сейчас даже проще. Мы ей поможем в обмен на сотрудничество».

Светка тем временем, что-то кричала нам, но я поймал себя на мысли, что мой мозг автоматически убирает из её слов смысл. С бывшими было точно так же, стоило пару раз на меня наорать, то я больше не слушал их никогда. В целом всё сводилось к тому, что мы немедленно должны всё бросить и вытаскивать её отсюда, потому что ей надо срочно выйти. Виктор воткнул уже две лопаты в землю, и стал на них отжиматься как на брусьях, не сводя мерцающих красным глаз с всё больше распалявшейся Светки. Я решил включиться в разговор:

— А чего ты так в онлайн рвешься, работа ж у тебя тут, я так понял…

— Три дня прошло! Мой парень должен вернуться с командировки! А я там без сознания валяюсь! — орала хранительница кладбища, медленно, но верно приближаясь в полноценной истерике.

— А сколько он в командировке был? — надо было отвлечь её вопросами, с женщинами я общаться умел, а потом выйти на некий конструктив.

— Три недели! И вот сейчас приехал! А я валяюсь там как труп!

— Ну это его не обломает! — утешил я — ты же электронное согласие на секс подписывала, когда вы встречаться стали? А отозвать отсюда не сможешь.

— Так даже лучше, тебе бы тут переждать. Три недели эт не шутки — подал голос Лич не прекращая отжиматься.

До Светки несколько секунд доходило, что мы имеем ввиду. А потом она молча швырнула в меня зеленоватый мерцающий шар, я машинально отбил его ногой, которая в момент соприкосновения мигнула фиолетовым. Шар врезался в ближайший склеп, оставив в нем дырку с оплавленными как от кислоты краями. Наши развлечения прервал какой-то потусторонний вой от которого могли бы побежать мурашки. Если бы у нас были мурашки. Светка, забыв о разногласиях и о том, что она великая хранительница кладбища, а значит матерый маг, как-то оказалась за нашими спинами. У меня заныла интуиция, прямо как в жизни, когда ты видишь в баре пьяных чуваков, которые уже минут двадцать наблюдают за твоим столом. Где ты никому не мешаешь, спокойно пляшешь голый и поешь матерные частушки про их спутниц.

— Успокоилась? Давай уже, колись.