Тупак Шакур. Я один против целого мира - Верена Вибек

хочет что-то изменить, и те, кто уже этого не хочет. Вторая категория, как и всегда, многочисленнее. Нет, это не законченные наркоманы или воры, которым нравится жить в нищете. Вовсе, нет. Это самые обычные люди, которые просто не представляют, как можно выбраться из гетто, как заработать, как изменить свою жизнь. В большинстве случаев семьи живут в социальном жилье по десять человек в квартире с одной спальней.

Многие мужчины до самой пенсии живут вместе со своими матерями. Кто-то мог бы назвать их неудачниками, но это будет не совсем верное определение. Неудачник – это человек, который попытался что-то сделать, но у него ничего не вышло. В данном случае люди просто не пытались. По большому счету их все устраивает, просто они ненавидят всех, кто хотя бы осмеливается мечтать о лучшей жизни.

Многие сдают своих родственников в социальные дома, живут на пособие, тратят деньги на наркотики и превращают свою жизнь в помойку. Это выбор большинства жителей гетто.

Ice Cube

Раз в этой жизни они так и не смогли что-то сделать, на это не способен никто. Если такие люди видят, что их друг или сосед в чем-то преуспел, они начинают их ненавидеть. Чем большего успеха ты добиваешься, тем сильнее тебя ненавидят те, кого ты обогнал на повороте. Тем сильнее и отчаяннее они тащат тебя вниз. Здесь, в гетто, у людей много времени, поэтому ненависть обычно выливается в нечто действительно зловещее, вроде поджогов и ограблений.

Очень скоро та малочисленная категория людей, мечтавших о большем, становится еще меньше и в конце концов растворяется в общем котле из бедности и ненависти.

Америка всегда была максимально сегрегированной страной. В 1970-х годах прошло уже больше десяти лет с тех пор, когда с лавочек сняли таблички «только для белых», но это вовсе не означало, что люди стали по-другому жить и мыслить. Все так же в метро люди садились на лавочки в соответствии с расовым разделением. Все так же здесь были районы, в которых жили только латиноамериканцы, пуэрториканцы или афроамериканцы. Именно сюда, в гетто, селились недавние эмигранты, а затем привозили сюда свои семьи. Незнание языка здесь не становилось большой проблемой. Все вокруг говорили на родном языке, а не на английском, знали традиции и нормы жизни страны, откуда приехали. Постепенно в таком квартале устанавливались свои законы и своя власть. Люди, которые так и не смогли чего-то добиться в большом городе, стремились отгородиться от этого города и создать свое маленькое государство со своими законами, лидерами и победителями. Человек, за пределами гетто считающийся абсолютным неудачником, вдруг получал уважение своих друзей и соседей, получал подобие власти. Какой смысл был таким людям покидать пределы гетто? Именно поэтому если недавний эмигрант в течение пары лет не находит способ покинуть гетто, он становится его вечным заложником.

Здесь, в маленьком государстве со своими законами и правилами, единогласно ненавидят только одну категорию людей – полицию. Эти люди приходят сюда, чтобы арестовывать и наказывать людей, нарушающих законы Конституции, но эти законы очень сильно разнятся с принятыми здесь нормами морали. Полиция наказывает тех, кто живет в соответствии с правилами гетто. Естественно, люди, создающие эти правила, ненавидят и боятся полиции, сеют эти ненависть и страх повсюду. Среди этой нищеты и безысходности, которые царят в гетто, людям как никогда нужны музыка и искусство, но даже это у них стремились отобрать.

Именно здесь, в Гарлеме, Бруклине, Квинсе и Южном Бронксе и родился хип-хоп. Гетто Нью-Йорка мало чем отличались от гетто любых других крупных городов Америки. Было лишь одно серьезное отличие: гетто Нью-Йорка находились слишком близко от Манхэттена, эпицентра мировой культуры и искусства ХХ века.

Раньше, в 1960—1970-х годах, в любой школе был оборудован музыкальный класс. У каждой школы должен был быть свой оркестр. Кризисы тех лет сильно пошатнули экономику страны. Правительство приняло решение экономить на тех, чье существование и так предпочитали не замечать. Вскоре отсюда исчезло техническое оснащение, спортивный инвентарь, парты, школьные доски и музыкальные инструменты.

Нью-Йорк. 2018 г. Фото – В. Вибек

Вы слышали о розе, которая выросла из бетона,

Следуя за мечтой и нарушая законы природы,

Она пришла из бетона

(2Pac «The Rose That Grew From Concrete»)

Людям во все времена нужна была музыка. Когда гетто окончательно лишились музыки, больше не оставалось другого выбора: пришлось создать свое собственное искусство.

И вот в середине 1970-х годов, когда весь Манхэттен танцует под зажигательные ритмы диско, в Бронкс переезжает семья Кемпбелл с Ямайки. Тринадцатилетний Клайв не знает, чем себя занять, и целыми днями слоняется по Южному Бронксу без дела. Неожиданно в его распоряжении оказывается пара магнитофонов, с которыми он начинает экспериментировать. Он включает на одном проигрывателе кусок записи и в этот момент подыскивает нужный отрывок уже на другой записи. Через пару лет Клайв уже превращается в модного диджея по имени Kool DJ Herc. Неподалеку отсюда, в подземных переходах Квинса периодически начинает выступать Джозеф Седлер, именующий себя Grandmaster Flash. Вскоре они оба становятся звездами дискотек. Через пару лет диджеи начинают разбавлять свои семплы живыми выступлениями. Рэп потихоньку проникает в окраины Нью-Йорка. Сначала это используют только для того, чтобы «разруливать» конфликты на улице. Подросток выходит в круг и оскорбляет оппонента, затем выходит второй и также начинает оскорблять. Когда кто-то начинает это делать в рифму и под бит, толпа ликует. Вскоре уже все делают из драки баттл. В половине случаев это уже даже не заканчивается дракой. Победителем выходит тот, кто лучше читает рэп, кого больше поддерживает толпа. Диджеи быстро подхватывают эту моду, и вот уже на дискотеках под новый бит зачитывают первый рэп. Grandmaster Flash собирает свою группу The Furious Five. В 1979 году появляется The Sugarhill Gang – группа, которая первой пробралась с дискотек в радиоэфир. Ну а еще через несколько лет, в 1983 году, появляются LL Cool J[14], MC Hammer[15], The Beastie Boys[16], Run DMC[17], Public Enemy[18]…

Впрочем, важно уже не это. Намного важнее, что для рэпа не нужны музыкальные инструменты. Достаточно делать семплы из Джеймса Брауна, Рэя Чарльза и Дженис Джоплин. Больше не нужны все эти громоздкие рояли и саксофоны, на которые у детей Бронкса и Квинса никогда не наберется достаточно денег. Просто находишь где-нибудь