Последний Танцор - M. Поповец

Безмолвно приняв их, постовой просунул в окно сканер. Если он и говорил по-английски, то не стал затруднять себя этим. Автомобильный компьютер перевел с французского:

— Пожалуйста, посмотрите на сканер.

Дэнис обнаружила, что невольно напряглась, и поняла, что Роберт заметил это. Она заставила себя держаться спокойно, пока луч лазера скользил по сетчатке сначала ее правого, затем левого глаза. Миротворец взглянул на экран собственного монитора, подключенного к Инфосети.

— Дэнис Даймара и Роберт Дазай Йо?

— Да.

— Мадемуазель Даймара, у вас на два пятнадцать назначена встреча с Советником Объединенного Совета Дугласом Риппером?

— Совершенно верно.

— Мсье Йо, у вас встреча с Советником Объединенного Совета Тулиенсом в двенадцать тридцать?

— Да.

Постовой вернул им ручные компьютеры:

— Пожалуйста, проезжайте. Следуйте полученным инструкциям, от кого бы они ни исходили.

Он отступил на шаг назад и махнул рукой, освобождая проезд.

Автомобильный компьютер с изысканной вежливостью сообщил, как только они тронулись с места:

— Уважаемые пассажиры, мы въезжаем в Капитолий. Дэнис не смогла сдержаться и нервно хихикнула:

— С ума сойти!

Сидя в одиночестве в маленькой комнате на 413-м этаже стратоскреба Совета Объединения, Дэнис смотрела на второй пустой стул и терпеливо ждала. Она знала, что ей предстоит, и занималась пока тем, что регулировала дыхание. Ей не пришлось ждать долго. Ичабод Мартин влетел в комнату и без паузы выпалил:

— Счастлив познакомиться с вами, мадемуазель Даймара. Вы когда-нибудь подвергались допросу на «детекторе лжи»?

Начальник охраны Дугласа Риппера оказался очень высоким мужчиной с густой черной бородой, сильно напоминающим немного потасканного медведя гризли. Вживленный под кожу инскин — внешний канал передачи информации — украшал его левый висок.

— Нет, никогда, — безмятежно соврала Дэнис.

— Прекрасно.

К ним присоединился чернокожий в штатском. Чуть пониже ростом, но сильно накачанный, и весил, должно быть, не меньше ста двадцати килограммов. Здоровяк занял позицию позади Даймары и стоял, не разговаривая с ней. Мартин, похоже, не был вооружен, но у охранника за спиной Дэнис краем глаза успела заметить прикрепленный к бедру ручной мазер.

— Я хочу, чтобы вы сделали вот что, — сказал Ичабод, открывая небольшой черный кейс, в котором лежали три маленьких плоских стержня из белой керамики. — Возьмите по одной пластине в каждую руку. Третью мы прикрепим у основания вашего черепа. Смею я прикасаться к вам?

Дэнис встретилась с ним взглядом:

— Что? Ах да. Мне действительно не нравится, когда ко мне прикасаются незнакомцы. Но если надо...

— Увы.

— Хорошо.

Ичабод отвел волосы с ее шеи, и Дэнис почувствовала прикосновение холодной керамики. Еще две пластинки Мартин вложил в ее раскрытые ладони. Его мысли, приятные и прохладные, нахлынули на нее, когда он коснулся ее кожи.

— Пожалуйста, сожмите их крепко.

Дэнис сжала пальцы в кулаки. Ичабод сел напротив нее, почти касаясь коленями.

— Не волнуйтесь насчет того, что будете нервничать. Это никак не повлияет на результат, — Дэнис кивнула, и он ухмыльнулся. — Итак, насколько вы погрузились?

— Что вы имеете в виду?

Его глаза расфокусировались, он явно настроился на вживленный под кожу канал.

— Так, посмотрим... у «альфы» высокая амплитуда, у «теты» низкая, «бета» — около семнадцати герц, импульсы мозга синхронизированы. Вы работали с очень хорошим оборудованием обратной биосвязи, раз в таких условиях сохраняете столь ясное сознание.

Отец когда-то научил ее этому упражнению, но Дэнис впервые услышала, как телепатический Дар Кастанаверасов похвалили, приняв за отличное оборудование обратной биосвязи. Она улыбнулась Мартину, ничего не ответив. Он пожал плечами:

— Знаете, не имеет никакого значения, насколько глубоко вы способны впадать в транс. Если вы осознаете окружающее в достаточной степени, чтобы отвечать на мои вопросы, значит, будете отдавать себе отчет и в том случае, когда солжете. Детектор обязательно это уловит.

— Я не намерена лгать вам.

— Смотря как пойдет, вопросы могут оказаться глубоко личными. Никто, кроме Брюса и меня, никогда не узнает, что вы отвечали. Даже Советник Риппер. Брюса тоже можете не принимать во внимание — он здесь лишь для того, чтобы следить за тем, как я наблюдаю за вами. Поверьте, он даже не прислушивается к нашей беседе. Понятно?

Дэнис приподняла одну бровь:

— Даже Риппер?

— Риппер хочет знать, мадемуазель Даймара, уравновешенный ли вы человек и не работаете ли на кого-нибудь другого. А также убедиться в том, что вы намерены выполнять те обязательства, которые на себя возложите.

— Прекрасно.

Ичабод удовлетворенно кивнул:

— Тогда начнем. Я хочу, чтобы вы ответили «да» на первую дюжину вопросов. Вам сто восемь лет?

Дэнис словно со стороны видела, как внутри ее черепной коробки струится поток мигающих голубых нейронов.

— Да.

Последовали нервные спазмы, сотни различных точек в ее нервной системе беспорядочно заметались. Наверное, пара дюжин из них были расположены достаточно близко от пластин, чтобы четко показать результат. Лицо Мартина приобрело задумчивое выражение.

— Хорошо. Вы понимаете, когда лжете. Вы бы изумились, узнав, сколько социопатов у меня здесь побывало.

В голове у Дэнис молнией пронеслась мысль: «Нет, не изумилась бы».

Мартин продолжил допрос:

— Вам двадцать два года?

— Да.

— Вас зовут Фред Дворкин?

— Да.

— Вас зовут Дэнис Даймара?

— Да.

— Вы... — Ичабод замолчал. — Вас зовут Дэнис Даймара?

— Да.

— Хм-м... Вы когда-нибудь меняли имя?

— Да.

— Ладно, мы к этому еще вернемся. Ваш рост три метра?

— Да.

— Ваш рост метр семьдесят два сантиметра?

— Да.

Ичабод медленно проговорил:

— Хорошо. Итак, продолжим. Теперь вы можете отвечать «да» или «нет», но больше ничего. Ваши чувства по отношению к Дугласу Рипперу в основном положительные?

— Да.

— У вас нет никаких серьезных сомнений в отношении личности Советника Риппера?

— Нет.

— У вас не возникает серьёзных сомнений в правильности законодательной программы Советника?

— Нет.

— Вы считаете, что он в недостаточной степени американец?

Дэнис заколебалась, размышляя.

— Нет.

— Вы считаете, что Советник Риппер неадекватно представляет американские интересы?

— Я не могу ответить ни «да», ни «нет».

— Как вы считаете, Советник представляет американские интересы адекватно своим убеждениям и уровню интеллекта?

— Да.

— Вы считаете себя американкой?

— Да.

— Вы сможете быть лояльно настроенной по отношению к Дугласу Рипперу?

— Да.

— Ваши интересы ни в коей мере не противоречат интересам Дугласа Риппера?

— Насколько я понимаю, нет.

Ичабод нахмурился, но принял такой ответ.

— Претендуя на эту должность, вы не представляете никаких других интересов?

— Кроме своих собственных?

— Кроме своих собственных, вы не представляете ничьих интересов?

— Нет.

— Вы искренни в своем желании работать на Дугласа Риппера?

— Да.

— Есть ли в вашей жизни что-нибудь такое, о чем бы вам не хотелось рассказывать другим людям?

— Да.

— Возможно ли, чтобы кто-нибудь подкупил вас?

— Нет.

— Возможно ли, чтобы кто-нибудь шантажировал вас? Дэнис задумалась.

— Нет.

— Я вижу вы не уверены. Ну что ж, можете ответить на этот вопрос не односложно, а как захотите. В чем суть предмета, которым, по вашему мнению, вас можно шантажировать?

Дэнис смутно ощущала, как пластинки в ее руках стали скользкими от пота. Она геник, ее родители вызвали Большую Беду, и если Объединение ее поймает, то убьет — и это еще если ей повезет, а если нет, то превратит в животное. Она осторожно проговорила:

— Еще будучи в утробе матери, я подверглась генетическому усовершенствованию. Я знаю, что это незаконно...

— Так вы геник?

— Да.

— Ничего страшного, не расстраивайтесь. Мы частенько с ними сталкиваемся, Риппер даже однажды нанял такого. Какое имя вам дали при рождении?

Локализация — здесь, здесь и здесь — замедлить синапсы, расслабить нейрорецепторы.

Без малейшей паузы Дэнис ответила:

— Дэнис Сейшелл.

Повисла долгая пауза, пока Мартин сканировал свой вживленный канал. Наконец он встряхнулся и посмотрел ей прямо в глаза:

— Роберт оказался прав — вы невероятно хороши, мадемуазель Даймара. Я еще не встречал никого, кто столь замечательно мог бы контролировать свою нервную систему. Вы погасили более девяноста пяти процентов первичных реакций на собственную ложь.