Алиса в стране оплеух - Георгий Эсаул

Развернул - лапы дрожат, да и покалечены Красной Шапочкой, словно в кузне Вакулы, читаю:

"Чёрту - искушение"! - два слова, но мудрости в них больше, чем в материнском подвиге крольчихи.

Не догадываюсь - Цель ли моей жизни - искушение, или праведник Симеон намекал на другое - на длинные волосы рыцаря в башне из слоновой кости, но после записки меня потянуло, будто пружина растянута, и возвращает в точку ноль.

Поддался я чувству, расслабился - так расслабляется самурай в отхожем месте.

Понесло меня через время и расстояние, через горы и морды, богатыря с Черномором видел, мимо пролетел, да не ухватился за богатыря, заробел.

Богатырь, хоть и грешен - Принцессы, пиры с фиолетовым крепким, невоздержанность в словах и поступках, но - на то он и богатырь - не берёт его даже нечистая сила, одаренная, с техническими новинками Гонконгского производства.

Сюда прилетел, в зеркало, и понял - ИСКУШЕНИЕ - вы, графиня Алиса!

С вашим телом, с вашими достоинствами внештатной балерины Галактического Союза многих искусите, даже себе оставите бочку искушения, прирожденная любительница остроумных грудей, генерал в области обольщения.

ПоднимИте, несравненная брюнетка, ногу выше головы - каждая балерина умеет, приучена поднимать ногу, а для балерины поднятая выше головы нога и танцы на столе среди бутылок - хлеб!

Графиня Алиса послушала чёрта, не удивилась, убеждала себя, что проверяет возможности нового организма - так прачка щелкает рычажками новой стиральной машины.

Подняла ногу выше головы, повернулась боком, заметила, что отражение в зеркале ногу не подняло, не поворачивается, живёт своей жизнью закулисной графини Алисы, чистой, но до боли родной, оттого, что - вторая половинка.

- Изумительно, пять баллов по шкале засахарившегося мёда! - чёрт икнул, подпрыгнул мелким бесом, но затем закручинился, словно подрезанный в драке полковник. - Когда-нибудь я с горечью бетономешальщика вспомню печальный факт, что не узнал - Цель ли Жизни чёрта - искушение, но ваши два настроения - уважение к глазам чёрта, так колышутся, что нет силы не дотронуться, разлюбезнейшая сторонница методов Солохи. - Чёрт высунул из зеркала лапу (со следами пятерни Красной Шапочки), ухватил графиню Алису за левую грудь, будто взял расписку в благочинности, захохотал открыто и вольно - шляхтич в селе Сорочаны.

Графиня Алиса прислушалась к ряду эмоций в теле, облачно вздохнула, похвалила грудь за отзывчивость, а затем со смертельной обидой раненой лебедушки вскрикнула:

- Мерзавец! Сэр чёрт, вы не монах!

Ты не за грудь меня ухватил, похотник с блудливыми очами, а мировоззрение моё колышешь, нарушаешь целостность мышления, оскорбляешь, оттого, что не Принц на Белом Коне и не сулишь мне горы золотые!

Вспомнишь своё рукоблудство, назовёшь себя порочным безумцем, да поздно будет - везде опаздываешь, надругатель над нравственностью! - графиня Алиса закипела Тульским самоваром, бросила кулак в зеркало - ожгло кожу, но кулак провалился, как в ледяную воду, ухватила чёрта за рыло, дёрнула на себя с надеждой - так Емеля тянет из проруби щуку.

Рыло скользкое, угря напоминает, но свиной пятачок не дал руке соскользнуть; рука - не клоунесса под куполом цирка на шесте.

Графиня Алиса выдернула чёрта из Зазеркалья, охнула, не решилась воспользоваться случаем - истребить лукавого.

Чёрт увеличивался на дрожжах, рос, расширялся, матерел - за мгновение превратился из маленькой птички в гориллу, не меньше двухсот африканских бедных килограммов.

Жёлтые клыки оскалены, с рыла стекает зеленое зловонное, свиные уши торчком, ноги - кривые, но мощные, как у нефтяника украинца.

Торс - боксёр тяжеловес позавидует.

В правой руке чёрта - крестьянские вилы с кусочками коровьего навоза на пиках; не чёрт с вилами, а - свободный мститель мексиканских полей.

Графиня Алиса взглянула в зеркало - отражение без чёрта, и не двигалось, сурово смотрело с той стороны на себя тутошнюю; Ангел за плечом безмолвствовал, словно погрузился в облако с нектаром.

- Плоть и кровь!

Реки крови и горы плоти! - чёрт вводил себя в бойцовский раж, бил лапой в мохнатую горную грудь, подпрыгивал, плевался, будто булочник в мясной лавке. - Прощайся с жизнью, моё искушение - графиня Алиса!

Жить тебе осталось меньше, чем медсестре после вступительных экзаменов в медицинский институт.

Чёрт выбросил вилы вперед, целил в длинную, лебединую шею восхитительнейшей графини Алисы, похожей в минуту опасности на ледяную скалу в Австралии.

Графиня удивилась, даже показала словами, что чувствует сердце: "Руку на барышню поднял, чёрт прОклятый!

Не расцелую тебя, да и на свадьбу негож, протух, как селёдка в Ханое.

Всегда ли вы раздражительный, мнительный и злой, или только в сражении с приличными Тургеневскими девушками?" - графиня Алиса провела лоу-кик - ударила ногой по нижней лапе чёрта, не изумлялась, что тело умеет, а голова не знает о приёмах борьбы против чёрта, и, возможно, против остальных строгальщиков душ.

Боль вспыхнула в ноге - словно по бетонному столбу ударила, - но боль затихала, пряталась в уголки сознания, произошла первая в жизни Алисы маленькая физическая победа над чёртом.

Чёрт отпрыгнул, крутанул головой, с удивлением хрюкнул:

- Я не ипохондрик, называют меня флегматиком, оттого, что горяч и чувствителен, словно с меня шкуру содрали, а тело посыпали жгучим бразильским перцем.

Люблю долгие беседы, но только - чтобы я командовал, руководил, вёл события, и чем-то напоминаю в эти минуты торговца в лавке - бездушного, злого - чалдону стакан воды не подаст, да и ненадобно воды, если в аду воды нет.

Деремся - я за идею, потому что мужчина должен стоять выше барышни, а вы не выказываете мне уважение и признательность - неожиданно - смирилась бы, да мирком в котёл для грешников - ПЛЮХ; безгрешная жила, морально устойчивая, а до драки дошло - грехов нацепляла за одну минуту - морально эстетический кодекс рухнул дубом на голову богатыря Алёши Поповича.

Боюсь богатырей, сильные они и туголобные - ни одна лесть не берет, а хитрость рассыпается о лбы, как горох о машину "Мазда".

Но Алёша Попович - особенный, ещё и попович, а с попами у чертей - давние споры с конфузами, покраснением щек, обильным потовыделением и высунутыми лиловыми - будто мантия Короля - языками!

Чёрт словами захмурил - провёл джеб - прямой удар передней лапой, заохал, глумился взглядами и клоунскими прыжками.

Алису шатнуло, она вертела головой в нокдауне, а чёрт - потому что судей рядом нет - схватил барышню за волосы и тянул на себя, тянул, представлял, что находится в гостиничном номере и завёртывается в штору, как в индийское сари.

Графиня сжала зубы, восстанавливала дыхание и возвращала круговорот зрения с полосы препятствий на поле боя.

С осмысленным острым подъёмом провела - ай гаунинг - надавила на глаза чёрту, словно выдавливала косточки из фиников.

Затем - фиш-кукинг - засунула пальцы в рыльные дыры чёрта - трудно, но необходимо, и всё это время графиню Алису не покидало важное предчувствие неотвратимой победы - так засыпанный в траншее лейтенант запевает о победе над врагом.

Чёрт дернулся от боли в очах и свином рыле, отлетел, но в падении провел лоу-кик, вскочил и снова - джеб, не столь мощный, как первый, но графиня Алиса почувствовала себя честолюбивым мальчиком в саду опунций.

"Лапы чёрта длинные, главное - не дать наносить удары с дальней дистанции, - графиня Алиса прыгала, мотала головой, улыбалась - показывала сопернику, что пропущенный джеб для неё - ерунда, гречневая кашка с молоком. - Войти в клинч, поймать на гильотину - зажать рогатую голову под мышкой, предплечьем закрыть доступ кислорода и крови к мозгу - возможно, мой единственный шанс в борьбе с наглым, превосходящим, оттого, что с мужскими хромосомами, противником.

Огромное желание у меня сопротивляться злу, и выстоять морально и физически, пронести свою честь до свадьбы - так щука несёт зубы к карасю".

Чёрт торжествовал, графиня Алиса ходила кругами, искала случай поймать на гильотину, но и чёрт - не первый век сражается без правил, догадывался, не подпускал барышню на близкую дистанцию, а постоянно угрожал хуками, джебами и целился коленом в кирпичный живот, словно разделил себя на две враждующие группировки полицейских.

Обманул красавицу, ах, как коварно лукавый обманул - грязно и недостойно спортсмена и мужчину - конфуз ему и порицание в гей бане: нанёс серию коротких мощных ударов - в печень, в пресс, снова в печень и - град по прессу.

Графиня Алиса открыла рот, потеряла воздух, в беспамятстве безумной мухой билась о стекло торжествующего соперника - жизнь не ринг.

"На удушающий не поддастся, старый чёрт! - Графиня Алиса с трудом увернулась от бокового в печень, отпрыгнула пчелой от медведя. - Всё вижу в неверном свете: для этого ли изучала поэтику? подгоняла пальчики под клавиши рояля и под струны арфы - невольница брачных чужих чувств, пленница декабриста.