Договорились. Часть 2 - Ирина Воробей

Трунов глубоко вздохнул и опустил голову. Хвостик на макушке чуть качнулся. Пальцы надавили на глаза.

— Разумеется, не будешь.

— Разумеется.

Карий взгляд бегал по всей фигуре, мощной, но сжатой, как будто от холода или сухости. Парень поднял лицо и опять постарался улыбнуться.

— Прости меня, Кар. Искренне прошу.

Ладонь непроизвольно потянулась к ее лицу, но девушка отпрянула назад, как от опасности. Он безвольно опустил руку и сглотнул.

— Разумеется, не простишь.

— Разумеется, — она отвернулась. — Может быть… когда-нибудь… Тебе уже будет пофиг.

— Не будет. Никогда не будет, — Трунов шагнул коротко вперед в порыве, но тут же застыл, глазами разглаживал лицо, давил улыбку.

Карина не выдержала этого вязкого ощущения его тепла и закатила глаза.

— Радуйся, Трунов, тебе дали целый год, чтобы меня забыть.

— У меня уже был год…

— Теперь точно. С глаз долой — из сердца вон.

Она не знала, что еще сказать. Утешать его было глупо, еще глупее давать надежду и тем боле испытывать что-то большее, чем жалость. Впрочем, и жалость не сильно пробивалась сквозь равнодушие. Усталость клонила в сон. Ни физических, ни тем более моральных сил поддерживать с ним тусклый разговор не осталось. Зайкин ждал. Хотелось вернуться к нему скорее.

— Блядь! — вскрикнул Трунов и схватился за голову. — Как это больно!

— Переживешь, — усмехнулась девушка, отступив на шаг, подыскивать деликатные слова было лень. — Ну все, мы попрощались?

Он резко схватил ее за руку, чтобы не убежала. На лице проявилась гримаса отчаяния. Брови быстро поднялись и резко опустились. Лоб сморщился.

— Можно… поцеловать тебя… в последний раз?

Карина хотела треснуть себя ладонью по лбу от уровня драматизма, который он разыгрывал. Она обернулась посмотреть на Зайкина краем глаза. Тот уже сидел в машине, смотрел вниз, на смартфон или планшет, выглядел спокойным. Ее взбесило, что она его к Лине ревновала, а он ее к Трунову как будто нет. Только ему назло согласилась.

— Ладно, давай, в последний раз, по-быстрому.

Трунов озарился улыбкой и прильнул к ней вплотную. Сильная рука обхватила голову сзади. Влажные губы коснулись сначала щеки, затем носа и только потом ее губ. Поцелуй был долгим и нежным. Она ожидала привычной напористости и грубости, с которой он раньше всегда ее целовал, как будто хотел завладеть полностью. А теперь вел себя робко, продлевал каждое касание, наслаждался. Карина спокойно позволяла себя целовать, отвечала по привычке, но без эмоций. Внутри ничего не колыхалось. И это радовало. Она бы даже с ним переспала за просто так и легко забыла бы на утро, с кем и как провела ночь. В этом было ее торжество.

Зато к Зайкину теперь тянуло непреодолимой силой и любой его взгляд или легкое прикосновение впитывались с несвойственной жадностью. Душа превращалась в черную дыру, поглощала каждый произнесенный им звук, каждое движение, аромат и ни на толику не насыщалась, только разрасталась до масштабов вселенной. Это одновременно бесило и вдохновляло.

— Спасибо, — прошептал Трунов над губами и прижал ее к себе крепко. — Я буду скучать.

— Ой, перестань трагедию ломать, — Карина отпихнула его и фыркнула недовольно. — Надеюсь, теперь мы точно распрощались.

— Я же люблю тебя, Кар, — крепкие пальцы обхватили запястье.

Хвойные глаза глядели с отчаянием.

— И что, блядь, теперь?! — крикнула она на всю мощь низкого голоса и с силой отдернула руку до боли в связках.

Даже Зайкин в машине поднял глаза.

— Смирись, страдай, убейся, че хочешь, делай, мне похер!

Девушка сама от себя не ожидала взрыва. Просто устала. Хотела вернуться к Зайкину, под его сладкий аромат кокоса и добродушный взгляд, а не терпеть укор в слезливых глазах Трунова.

— Все, извини, мне пора. Удачи тебе, — отмахнулась она небрежно и побежала к пикапу.

Зайкин быстро опустил взгляд, сделал вид, будто увлеченно читал все это время, когда она села в салон. Карина громко хлопнула дверцей и еще долго с шумом устраивалась в кресле поудобней. Раздражение не давало ощутить комфорт. Парень спокойно смотрел на нее с легкой ухмылкой. Трунов глядел сквозь лобовое стекло.

Пропищал сигнал уведомления. Зайкин показал экран смартфона.

— Смотри, че пишет.

Девушка вчиталась в сообщение: «Не тупи, как я. Цени ее». Сверху мессенджер выдавал имя собеседника — «Влад Тр». Ей захотелось затылком пробить подголовник. Зайкин усмехнулся.

— Пафосный дебил, — заметила она с отвращением.

Парень уже печатал ответ. По тому, как искривилась рожа Трунова, Карина поняла, что Зайкин выслал что-то идиотское. Она глянула на экран и увидела: «Окей, а ты ее во сколько оценил? Ну, чтоб мне не продешевить».

— Зайкин, ты!..

Невинные синие глаза остановили девушку. В них мелькнул легкий испуг и быстро сменился усмешкой. Все-таки он не перестал ее бесить.

— Поехали уже, — процедила Карина, пристегиваясь.

Зайкин завел мотор и почти сразу двинулся с места, поглядывая на одинокую черную фигуру на парковке, которая провожала их взглядом.

Молчание никто долго не нарушал. Водитель прибавил громкости музыке. Играла его любимая «I wanna be yours». Девушка под нее в последний месяц часто мастурбировала, сама себе не могла объяснить, зачем. Ей мастурбации с лихвой хватало на работе, но перед сном в голову лезли мысли о Зайкине, и возбуждение накрывало следом, даже если она кончала несколько раз до этого во время стрима.

Только Карина хотела попросить переключить трек, как раздался рингтон. Парень ответил по громкой связи. На экране высветилось имя звонившего «Полина». Пассажирка притихла и вжалась в кресло, затаив даже дыхание.

— Привет, милаш, — отозвался Зайкин.

— Привет, — голос сестренки растворился в улыбке. — А ты уже освободился?

— Почти, а что?

— Может, заедешь, хотя бы на полчаса? А то со вторника не виделись, — в тоне Полины проскальзывали вперемешку кокетство и тоска. — Я тебе покажу как раз, что на конкурс приготовила.

— С удовольствием послушаю, — он взглянул на часы. — Минут через сорок буду.

— Отлично. Жду. Набери за пять минут, я выйду на проспект.

Карина представила, как сестра подпрыгнула на кровати от радости, слишком возбужденным показался голос.

Зайкин вытянул губы трубочкой и со звуком чмокнул воздух. Полина захихикала и бросила трубку. Сразу после пика парень громко выдохнул и, не поворачивая лица, произнес:

— Может, инсценируем мою смерть в ДТП? Как раз сегодня удачный момент. Поскорбит пару недель и успокоится.

Она возмущенно округлила глаза и не сразу подобрала слова. Воздуха перестало хватать от нелепости его предложения.

— Ты придурок? У нас уговор. Хватит придумывать ересь. Исполняй свои обязательства.

Девушка отвернулась к боковому окну. Парень, наоборот, к ней повернулся и хмыкнул.

— Как прикажете. А эти полчаса тоже считаются? Или только полноценные свидания?