Куко́льня - Анна Игоревна Маркина

И сказал он: были варварские племена, и были мифы у них, и легенды были, и предания.

И сказал: и были племена эти многобожцами, язычниками, теми, кто сейчас нами отринут.

И сказал: и были племена разные, но лучше всех островные – ирландцы, исландцы, скандинавы, ибо жили на отшибе и не разграбили эпос их бушующие христиане.

И сказал: и были кельтские предания, пронесённые через время, – саги о жизни родовой и семейной.

И сказал: и были рассказчиками друиды, умевшие говорить с духами и богами, а потом барды, властители лиры и музыки, и ещё были филиды, творившие законы и предсказания и великое знавшие о светилах и их движении, о размере мира и Земли, о природе, и могуществе, и власти бессмертных богов.

И сказал: а друиды, по Плинию, происходили от дуба и знания.

И сказал: и божеств, которым служили, было множество, богов и богинь. Была Дану – матерь всего, богиня созидания. Был Луг – бог света, царственный воин. Был Таранис – бог грома. Был Огме – бог мудрости. Был Диан Кехт – бог врачевания с пиявкой и змеёй в руках. Был Дагда – хозяин котла изобилия. Был Гоибниу, изготовивший богам оружие. И была Боанд – богиня воды. И был Энгус – бог любви. И другие были. Сотни других. И имена разные имели.

И сказал: и были боги всего – деревьев и потоков, рек и земли, холмов и трав, скал и гор, рыб и зверей. И духи были повсюду.

И сказал: и деревья были священны – и дуб, и ясень, и боярышник, и тис, и остролист, и орех – знать леса.

И сказал: и ещё верили в фей, гномов, эльфов и прочих.

И сказал: и был уладский цикл – цикл ирландских героических саг, по названию племени уладов.

И сказал: и был герой – Кухулин, племянник Конхобара.

И сказал: а родился он величиной с трёхлетнего ребёнка от земной женщины и Луга, бога солнца, который проник в её тело в виде зверька, растворённого в питье.

И сказал: и семь зрачков было в глазах его – четыре в одном глазу и три в другом, и по семи пальцев на каждой руке и ноге.

И сказал: женщины Улада любили Кухулина. И многими дарами он обладал, и даром побеждать в разных играх на доске. И тремя недостатками обладал: слишком молод был, слишком смел и слишком прекрасен.

И сказал: и был он силою награждён великою, и в детстве задушил ужасного пса, охранявшего дом кузнеца Кулана, где пировали воины, и семь лет потом охранял дом этот и прозвался Кухулином – псом Кулана.

И сказал: и многие подвиги потом совершил, научился влезать на копьё, воткнутое в землю, и стоять одной ногой на острие.

И сказал: и обучился боевому искусству у богатырши Скатах: как метать дротики, как биться на мечах и прыжку лосося.

И сказал: и убил сына своего на поединке, не узнав.

И сказал: и сдерживал четыре дня и пять ночей целое войско королевы Медб, мечтавшей похитить великолепного быка, которого отказывались продавать, пока все мужчины Улада испытывали муки, подобные родовым.

И сказал: а погиб не от бессилия или старости, а от коварства врагов. Ведь три гейса наложил на себя: не есть собачьего мяса, не отказываться от пищи с любого очага, не отвергать просьб женщин и детей. Но злая Медб подослала к нему трёх старух. «Съешь, – сказали, – собачьего мяса с очага!» И не мог отказать, и ел Кухулин собачье мясо левой рукой, и клал его под левую ляжку. И стал уязвимым для врагов.

И сказал: и потому героем становится через смерть, совершённую во славу рода.

И сказал: а смерть была не та, что известна нам. Не было смерти у кельтов. Был переход души вечной.

И сказал: кельты, как и египтяне, хоронили своих с пищей и предметами, с оружием и драгоценностями. Потому что знали, что смерть не захватывает и не карает, а есть она только дорога в мир иной, мир загадочный и недоступный.

И сказал: но друиды и филиды ведали, как попасть в страну мёртвых.

И сказал: и умели они проходить через гробницы и пещеры на другую сторону.

И сказал: что умерло, то достижимо.

И сказал: знали друиды и филиды растения и еду, которые проясняли дорогу. И ели они ягоды рябины, и пили воду из красного ручья, куда падали ягоды, и вкушали лосося, заглотившего ягоды из ручья. И постигали вечное.

И сказал: и знали друиды, что смерть можно выкупить смертью. И потому приносили человеческие жертвы. Цезарь вспоминал так: «Некоторые племена употребляют для этой цели огромные чучела, сделанные из прутьев, члены которых они наполняют живыми людьми; они поджигают их снизу, и люди сгорают в пламени»[1].

И сказал: и ведали они, что умершего можно выманить с островов смерти, если ходить в место его захоронения, и аукать его, и говорить с ним ласково, и желательно ещё спать на его могиле…

Его густую, сосредоточенную на себе речь обрубил звонок.

7. Мёртвая Невеста

Тепло наползает, вперёд, комсомольцы, вся школа под лозунгом общего дела – ходи по подъездам, скреби по сусекам, выискивай залежи праха деревьев, бумагу неси!

Все на сбор макулатуры!

Когда зимний крейсер врезается в лето и солнце взрывается возле окна – весна. Я помню: огромный апрель, весь бежевый, словно на фотокарточках, запертых в стенке под пылью лоснящейся, этот апрель такой разудалый, весёлый такой, с летящими брызгами, ворохом света, соломкой его на столе.

К нам скоро приедет в Москву Элтон Джон, хоть мы-то, конечно, его не услышим: билетов к концерту никак не достать, и ехать нам не на что, бедным, в столицу.

Недавно корабль «Союз-33» пытался возлечь на орбиту планеты (увы, неудачно).

Ещё скоро два самолёта столкнутся, сто семьдесят восемь погибших, и сколько бессонных сограждан об этом прочтут, ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны целые футбольные команды, тогда Пахтакор вознесётся в рокочущий скрип и лазурь синевы.

Да, семьдесят девять на календаре советской пока ещё жизни.

И в рамках сего объявляем всегласно: сбор макулатуры.

А сколько мне, Коле Зелёнкину, было? Одиннадцать? Двенадцать? Иду по квартирам, динь-дон, у вас есть что-нибудь для общественных нужд? Динь-дон, собираем бумагу, газеты, коробки, быть может, найдёте, что там завалялось, а вдруг под диваном? Смотри-смотрите, не дремлем, товарищ! Вы пользу, вы пользу всем нам принесёте, а может, наш класс победит. Топ-топ по ступенькам подъездным ботинки, топ-топ по холодным апрельским ступенькам.