Она – моя, и Ты тоже! (СИ) - Мария Мендес

Никто ничего не говорил ровно до тех пор, пока к нам не вышла Аниса Максудовна.

— Что с моей дочерью?

— Что с девушкой?

Мы одновременно с отцом девушки спросили у врача. За ней следом вышла мама.

— С девушкой всё в порядке. Скорее всего она перенервничала сильно, поэтому и потеряла сознание. Я не стала её приводить в сознание, ей необходимо немного отдохнуть. Единственное, меня смутило, что у неё на лице небольшой синяк. Я выпишу мазь, надо будет её купить, два-три дня, и он быстро сойдёт.

— Откуда у неё синяк? — тут же я задал прямой вопрос, обратившись к отцу девушки.

— Сынок, тебе не кажется, что ты слишком перебарщиваешь с заботой?

— Да, брат, с каких пор в тебе проснулось благородство? — не упускает возможность подколоть Рамиль.

— Не неси чушь, лучше позови ко мне охрану, надо разобраться, что тут случилось.

— Госпожа Аниса, спасибо, что посмотрели мою дочь, но я всё же вынужден Вас попросить привести её в сознание. Я заберу её домой, и она сможет спокойно отдохнуть. Ну, не оставлю же я её тут, в конце концов? Нас и так тут оскорбили. Я буду жаловаться старейшинам. Нечего нам тут ещё больше задерживаться.

Вот же противный старик. Всё никак не угомонится. Оскорбил я их, видите ли.

— Уважаемый, как вас там, Рашид? А не преувеличиваете ли Вы со своими словами? Я, между прочим, ещё ничего не успел сделать с Вашей дочерью!

— Чтооо? Что значит не успел? О чём говорит Ваш сын, госпожа Патимат? — повышает голос, и одновременно вижу, как его глаза чуть не выходят из орбит.

— Рома! — для мамы мой характер и моя манера общения не в новинку, но сейчас она явно нервничает по этому поводу. — Господин Рашид, я прошу прощения за своего сына, он у нас немного городской парень, много лет за границей жил, потому и забывается часто. Вы на него не обижайтесь, он у нас немного не похож на остальных наших детей, но уверяю Вас, что он безобидный и не имел ничего дурного в виду.

Матушка старается успокоить отца девушки, как всегда, ей приходится оправдываться за меня, но это её выбор. Я не собираюсь улыбаться или угождать тем людям, которые мне не нравятся, потому и разговариваю с ними открыто, даже несмотря на то, что это доставляет проблемы моей семье.

Мне, конечно, предстоит поучительный разговор с отцом после того, как матушка нажалуется на меня, но я и это как-нибудь переживу.

Мама увела этого Рашида в гостиную, чтобы поговорить, а я в это время узнал, что моя охрана, оказывается, припугнула семью девушки и обвинила её в воровстве, из-за чего она получила от отца.

Ну, теперь-то понятно, откуда появился у неё этот синяк.

Сссука, я сам, конечно, неидеальный, но руку никогда не поднимал на девушек, разве что только в постели, но это не считается.

Пока внизу Рамиль с матушкой беседовали с отцом девушки, я вернулся в свою комнату. Медленно открыл дверь, и тихо зашел, чтобы резкими звуками не разбудить и не напугать её.

Она выглядела, как маленький котёнок в моей большой кровати. Не сдержался и подошел к ней. Она совсем обычная, ничем не отличается от тех, с кем я имею особые дела ночами в клубах или в отелях, за исключением того, что эту малышку нельзя трогать.

Меня бесило всё это. Девчонка не красавица и даже одета как-то странно. Самая обычная, но зацепила чем-то. Сам не могу понять, чем, но рука так и тянется к её нежной щеке. Не сдержавшись, касаюсь её и глажу почти невесомо. И понимаю, что хочу большего. Возможно, это из-за того, что на ней стоит запрет.

Я улыбнулся своим мыслям и именно в тот момент решил, что она станет моей.

Я получу её первым.

Глава 8

Когда я открыла глаза, не сразу поняла, где нахожусь. Я лежала на большой кровати в огромной комнате, красоту которой словами не описать с первого раза. Но спустя ещё секунду, я её узнала. Ужаснувшись, быстро подскочила и встала на ноги, озираясь вокруг. Но рядом никого не оказалось. Я была напугана и не понимала, что происходит. Последнее, что я помню перед обмороком, это то, что меня поймал Роман.

— О, Аллах, это его комната! — тихие слова шепотом вырвались из уст, и я поспешила закрыть губы ладошками, боясь быть услышанной.

Сердце быстрее начало биться, и я быстро поспешила отсюда выйти.

Неужели он меня сам сюда принес? Что сказал отец? Ох, что же теперь будет?

Я вышла из его комнаты и быстрыми шагами направилась в сторону выхода, но в какой-то момент услышала голос отца. Он на повышенных тонах с кем-то разговаривал внизу, на первом этаже. Голос явно оттуда шел.

— Ваше особое положение в обществе не даёт право Вашему сыну переходить границы дозволенного! Я не позволю очернить своё имя, и тем более бросить тень на честь моей дочери.

— Господин Рашид, не будем зря тратить наше с Вами драгоценное время, скажите прямо, чего Вы хотите? Ну или сколько Вы хотите за то, чтобы забыть о маленьком недоразумении, что произошло сегодня вечером?

Я, кажется, по новой начала нервничать. Не знаю, с кем так эмоционально разговаривал отец, но по разговору поняла, что это очень властный человек, потому как голос у говорящего с отцом был стальным и уверенным. Он говорил лениво и создавалось ощущение, что ему даже скучно.

— Хорошо. Вы правы.

Ох, как хорошо, что разговор не перерос в конфликт, и раз это так, то скорее всего мы скоро уйдём отсюда. Я выдохнула и медленно продолжила свои шаги. Очень не хочется показываться, но боюсь, что по-другому не получится отсюда уйти.

— За моральный ущерб, причиненный моей дочери, я хочу, чтобы Вы её трудоустроили на хорошо оплачиваемую работу. Взамен я закрою глаза на случившееся сегодня вечером.

Я застыла на самых последних ступеньках и даже, кажется, перестала дышать на мгновение. Не могу поверить, он что, обменял только что мою честь на деньги, которые я ещё буду вынуждена заработать?!

Как же так? Папа, ты что такое говоришь?! Напрямую денег попросить гордость не позволила, да?!

Слова отца меня так сильно потрясли и ранили, что я не смогла скрыть свою боль. Слёзы покатились вниз, прокладывая дорожку до самого подбородка.

Меня никто не видел, все стояли спиной ко мне, кроме отца. Но он так сильно был занят идеей заработать на мне,