КГБ СССР 1954–1991. Тайны гибели Великой державы - Олег Хлобустов

Официальное же сообщение об аресте Берии и назначении новым министром МВД СССР С.Н. Круглова было опубликовано только 29 июня.

В приложение к протоколу заседания Президиума ЦК КПСС от 26 июня 1953 г. «К решению вопроса о Берия» присовокуплен проект доклада Г.М. Маленкова, в котором содержится целый ряд обвинений, в том числе и следующее: «Враги хотели поставить органы МВД над партией и правительством. Задача состоит в том, чтобы органы МВД поставить на службу партии и правительству, взять эти органы под контроль партии… Задача состоит в том, чтобы не допустить злоупотребления властью».

Однако документы свидетельствуют о том, что мы специально подчеркнули ранее, что высший партийный орган – ЦК КПСС, в начале 50-х годов не только был информирован о деятельности органов МГБ, но и принимал непосредственное участие в формировании их политики. Хотя реальный контроль за деятельностью МГБ СССР и был в значительной мере персонифицированным, то есть сосредоточенным в руках Генерального секретаря ЦК И.В. Сталина[34].

Позднее этот факт информированности руководителей ЦК партии о конкретных «делах» МГБ замалчивался высшим партийным руководством с целью вывести себя из-под возможной критики, что стало основой и причиной сокрытия многих фактов, что неизбежно вело к искажению исторической правды.

13 июля 1953 г. министр внутренних дел С.Н. Круглов представил предсовмина Г.М. Маленкову докладную записку о реакции населения на арест Берии и его заместителей.

В ней приводилось высказывание одного из современников: «…Я убежден, что будут следующие. Как ни сильна машина, а развал начался. Скандал большой и гнусный. Теперь будем ждать и наблюдать, что дальше, чей черед». Там же содержалась и следующая оценка происшедших событий: «От смены руководства режим у нас не меняется. Он был и есть, по существу, полицейский. Я не верю ни в какие идейные мотивы в поступках не только Берия, но и других. Это откровенная борьба за власть. По-моему, дележка власти только началась. Так или иначе, крах этой структуры рано или поздно неизбежен»[35].

Следует особо подчеркнуть, что сразу после сообщения об аресте Л.П. Берии как «врага народа», в органы прокуратуры и ЦК КПСС стали поступать многочисленные заявления и жалобы осужденных и их родственников по поводу пересмотра уголовных дел, и применения незаконных методов в процессе ведения следствия.

В записке в Президиум ЦК от 19 марта 1954 г. Прокурора СССР Р.А. Руденко и министра внутренних дел С.Н. Круглова отмечалось, что в лагерях, колониях и тюрьмах содержатся 467 946 осужденных за контрреволюционные преступления, немалую долю среди которых составляли предатели, каратели и пособники немецко-фашистских оккупантов, и еще находятся в ссылке после отбытия основного наказания за контрреволюционные преступления 62 462 человека.

Так, на основании совместной директивы Прокуратуры и МГБ СССР от 26 октября 1948 г. N 241/66сс из 45 048 человек, ранее осужденных за «контрреволюционные преступления», и освобожденных после отбытия наказания, 12 081 человек были арестованы органами МГБ и направлены в ссылку «в отдаленные районы Сибири и Крайнего Севера».

Отметим, однако, что эта директива была издана во исполнение Указа Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 г. о ссылке на поселение в отдаленные районы бывших шпионов, диверсантов, террористов, троцкистов, «правых», меньшевиков, эсеров, анархистов и националистов, освобожденных по отбытию наказания из лагерей и тюрем после окончания Великой Отечественной войны[36].

Разумеется, подобные действительно волюнтаристские решения являлись грубым нарушением принципов отправления правосудия и конституционных прав граждан, вследствие чего имелись бесспорные юридические основания для реабилитации лиц, ставших жертвами беззакония и правового произвола.

В указанной записке Р.А. Руденко и С.Н. Круглова также подчеркивалось, что с августа 1953 по 1 марта 1954 г. в органы прокуратуры поступило 78 982 обращения граждан с ходатайствами о реабилитации, в связи с чем предлагалось создать специальную комиссию по пересмотру дел осужденных[37].

Также ЦК КПСС информировался и о том, что во внесудебном порядке Особым совещанием при наркоме/министре внутренних дел и госбезопасности (ОСО) в 1934–1953 годах было осуждены 442 531 человек, большинство из них – по «политическим обвинениям» (эти лица были включены в ранее указанное общее число осужденных, но данное обстоятельство было специально выделено отдельно в связи с особыми обстоятельствами вынесения приговоров). В 1941–1944 годах ОСО также рассматривались дела на разоблаченных агентов германских спецслужб, фашистских карателей и пособников оккупантов.

Из этого общего числа осужденных ОСО за 19 лет его существования (оно было ликвидировано 1 сентября 1953 г.) к высшей мере наказания были приговорены 10 101 человек, к лишению свободы на различные сроки – 360 921, к ссылке и высылке – 67 539 человек[38].

На основании предложения Прокурора СССР Р.А. Руденко и министра внутренних дел С.Н. Круглова, изложенного в записке от 19 марта, в мае 1954 г. по решению Президиума ЦК КПСС была образована Центральная комиссия по рассмотрению жалоб и ходатайств граждан, осужденных за «контрреволюционные» преступления (статья 58 УК РСФСР 1926 г. Данная статья имела 10 частей – различных составов преступлений – от шпионажа, диверсии, вредительства, терроризма до антисоветской агитации и пропаганды – статья 58–10).

Эта комиссия была наделена правом пересмотра приговоров осужденным за контрреволюционные преступления Коллегией ОГПУ, а также Особым Совещанием (ОСО) НКВД – МГБ СССР.

О результатах работы Центральной комиссии Р.А. Руденко докладывал Президиуму ЦК КПСС 29 апреля 1955 г., что комиссией были пересмотрены уголовные дела на 237 412 человек, при этом было отказано в смягчении наказания 125 202 проходившим по ним лицам.

В то же время были отменены приговоры или прекращены уголовные дела в отношении 8 973 человек, что означало их частичную реабилитацию, были освобождены из мест лишения свободы 21 797 человек, отменена ссылка 1 371 осужденному. Помимо этого были сокращены сроки наказания 76 344 осужденным и в отношении 2 891 из них были переквалифицированы обвинения на менее тяжкие составы преступлений[39].

Помимо этого были образованы Выездные комиссии Президиума Верховного Совета СССР (всего их было образовано 97), наделенные правом объявления амнистии в отношении осужденных рядовых граждан и коммунистов, но не номенклатурных партийных работников.

На основании выявленных Центральной комиссией многочисленных фактов нарушения норм и принципов ведения следствия, в КГБ при СМ СССР, КГБ союзных и автономных республик Союза ССР, управлениях КГБ по краям и областям были созданы аналогичные комиссии для пересмотра следственных и уголовных дел с участием прокурорских работников, наделенные правом пересмотра решений внесудебных «двоек» и «троек», образовывавшихся при районных и краевых управлениях НКВД[40]. В результате работы этих комиссий вскрывались многочисленные факты нарушения законности в ходе следствия и необоснованного привлечения к уголовной ответственности граждан, что влекло пересмотр их дел, снятие обвинений либо смягчение формулировок обвинения с досрочным освобождением осужденных.

Но были примеры и иного рода, о чем свидетельствуют судьбы генералов П.А. Судоплатова, Н.М. Эйтингона и полковника Я.И. Серебрянского[41].

В связи с выявленными в процессе пересмотра уголовных дел многочисленными фактами нарушений социалистической законности, в конце 1955 г. в ЦК КПСС была образована специальная Комиссия во главе с секретарями ЦК П.Н. Поспеловым и А.Б. Аристовым для оценки деятельности органов НКВД-НКГБ-МГБ-МВД СССР в 30-е – 50-е годы[42].

Таким образом, процесс реабилитации необоснованно осужденных граждан начался задолго до ХХ съезда КПСС.

Подчеркнем и следующие важные обстоятельства.

По обстоятельствам, вскрывавшимся в процессе пересмотра уголовных дел в 1954-1957 годы, а также по результатам следствия в отношении высокопоставленных работников органов госбезопасности, началось выявление и привлечение к ответственности лиц, виновных в нарушениях социалистической законности.

Весной 1954 г. ЦК КПСС также образовал комиссию под председательством К.Е. Ворошилова для рассмотрения дел «спецпоселенцев», результатом работы которой стал Указ Президиума Верховного Совета СССР от 5 июля 1954 г. «О снятии некоторых ограничений в правовом положении со спецпоселенцев» – освободивший от режима спецпоселения семьи раскулаченных, российских немцев, греков.