Талисман мага - Камли Брайт

Смотреть на противника было не обязательно: все равно любое его движение Алекс почувствует на мгновение раньше… Тело! Противника всегда выдает его же собственное тело: можно спрятаться за ментальным барьером, можно даже остановить мысли совсем, но остановить едва уловимые вибрации — трепет живого тела — не удавалось еще никому…

Внезапно десантник точно споткнулся — одновременно произошел сбой в его мыслях, поэтому Ральф поторопился покинуть чужое сознание. Глаза его расширились — то ли от удивления, то ли от страха, — а когда Алекс, наконец, снова обрел способность говорить, можно было подумать, он забыл, ради чего мчался ночью через лес.

— Где это?

— Там, — сразу догадавшись, о чем идет речь, кивнул в сторону «ворот» Ральф.

Дрожащая рука десантника потянулась к заветной фляге.

— Проклятая страна… — Глоток — и пальцы уже привычно завинчивали пробку.

— Надо же! А я-то ведь пригласил тебя сюда развлечься, — усмехнулся разведчик.

— Тронут. Боюсь только, ты не очень оригинален: последние пятнадцать лет почему-то слишком многие заботятся о том, как бы я вдруг не заскучал.

То ли он был пьян, то ли… Ральф заставил себя опять войти в сознание Алекса — чтобы не гадать, а знать точно. И разведчика чуть не вывернуло от всех этих хитросплетений, которые роились в голове десантника.

— Да и ты, я смотрю, не остаешься в долгу.

Алекс почувствовал: сейчас Ральф ударит — не просто почувствовал, а даже успел закрыться. И все равно с трудом удержался на ногах. Дальше, единственное что оставалось — по возможности прикрывать голову и живот…

— Запомни, если мне понадобится оправдаться, я обойдусь без тебя — это во-первых. Во-вторых, ты обязан мне подчиняться по уставу, и ты подчинишься. Не захочешь добровольно — заставлю. Всего десять минут — и ты будешь смотреть мне в рот. В-третьих…

Ральф понимал, что с каждым словом пропасть между ним и Майером все увеличивалась. И хотя разведчик и не собирался когда-нибудь наладить отношения со своим бывшим однокурсником, знать, что тебя кто-то боится и ненавидит, было неприятно. Странно, Ральф никогда прежде об этом не задумывался, но похоже, он совершенно не переносил, когда его не любили, и оттого всегда инстинктивно старался понравиться. Однако, как известно, правил без исключений не бывает: Алекса он с удовольствием отделал бы так, что тот несколько дней бы не смог подняться. Только многолетний опыт карателя да его уникальная способность считывать информацию заставили Ральфа остановиться. И сейчас он, превозмогая отвращение, выговаривал все эти условия, угрозы…

— Встать!

Почерневший от времени дом на фоне мрачного осеннего неба и заметно увядшей травы «крутанулся» перед глазами, и десантник покачнулся. Осторожно ощупал челюсть: не сломана, зубы — на месте. Видать, он пока нужен, если Ральф решил особенно не усердствовать. Точно: и ребра целы — значит, действительно, нужен. Впрочем, стоящий рядом разведчик напоминал готовую в любой момент распрямиться пружину. М-да, заманчивая перспектива — провести энное количество времени в обществе…

Если бы Алекс говорил, он бы, что называется, прикусил язык, но остановить мысль было невозможно, и Ральф, конечно, прочитал ее до конца — вон какая у него появилась «милая улыбочка». Впрочем, скрывать-то здесь, собственно, нечего: они друг друга ненавидят, и оба прекрасно это знают. Михаэль Хюттнер опять оказался сильнее. Опять или, вернее, как всегда. Подчиняться ему — что могло быть унизительнее? Хотя еще ужаснее, если придется исполнять его приказы неосознанно. Он ведь запросто может превратить в зомби — разве он не на это намекал, говоря: «всего десять минут, и ты будешь смотреть мне в рот»? Пожалуй, ничего Алекс так не боялся, как насильственного изменения сознания — того, в чем преуспели за последние тридцать лет темные братья Канды. Ральф же, то бишь Михаэль Хюттнер, был сыном едва ли не самого опасного из них. Затем еще этот Дэвид… Что за дела у разведчика «Sunrise» с главой Темного Братства?

— Я могу задать вопрос? — спросил десантник, вытирая кровь, продолжавшую струиться из носа на верхнюю губу.

— Можешь.

— Человек, что удерживает сейчас моих парней, и есть сам Нечистый?

— Да. И пока что в наших интересах помогать ему, а не пытаться уничтожить. Кстати, твоим ребятам не обязательно знать подробности.

— Пока? — Кивком головы дав понять, что по поводу осведомленности «ребят» спорить не собирается, переспросил Алекс. — А потом…

— А вот потом и посмотрим.

— Значит, рискуешь, командир? — Глаза десантника мгновенно стали хитрыми, а губы задергались, готовясь изобразить улыбку.

— Рискую, — спокойно согласился Ральф.

— И, конечно же, берешь всю ответственность на себя? — даже не скрывая ехидства, продолжил Алекс.

— Естественно.

— Я согласен.

Алекс поспешил опустить глаза, и Ральф, который уже покинул его сознание, готов был поклясться, что в голове десантника, наверняка, начал созревать очередной коварный план.

«Сначала я использовал в своих интересах Тэна, потом мне самому пришлось подчиниться Дэвиду, теперь точно в такой же ситуации оказался Алекс…» Нынешняя командировка явно складывалась в какую-то порочную систему, где каждый из проигравших рассматривал свое поражение лишь как временное отступление и лелеял в душе надежду на всякие там непредвиденные обстоятельства…

— Вот и договорились, — примирительно произнес Ральф вслух. — А теперь скажи, что ты думаешь о… — показал он в сторону «ворот».

Алекс сразу даже переменился в лице.

— Я не знаю.

— И все-таки?

— Там что-то происходит со временем. Что-то непонятное… — Алекс отхлебнул из своей драгоценной фляги.

«За последние полчаса уже в третий раз…» — машинально отметил про себя Ральф.

— Да. И последнее. Объясни своим ребятам: тот, кто ходит по Тайгу с раскрытым сознанием, долго не живет.

Вскоре группа из десяти человек вышла из-за ограды и вступила под сень Тайга, однако единственная чудом сохранившаяся створка ворот еще долго провожала их угрожающе-печальным скрипом, и у всех без исключения стало легче на душе, когда и этот скрип, и тягостное ощущение, царившее вблизи покинутого поселка, наконец, осталось позади.

Десантники, которые обрели способность двигаться так же неожиданно, как и некоторое время назад ее лишились, ничем не выказали даже малейшего намека на удивление, когда Майер объявил им об изменении планов. Похоже, распоряжения командира здесь не обсуждались.