Феникс - Анастасия Ястребцова

моей жизни тебе понравилось? — по-прежнему легко улыбаясь, Кьяр снова перевёл взгляд на тоннель впереди.

А Асин даже не нашёлся, что ответить: впервые в жизни кто-то вот так просто и открыто позволил ему лазить у себя в голове и даже не испытывал при этом никакого дискомфорта.

— Ну…С женщинами у тебя это… Хорошо получается… — наконец, немного нерешительно произнёс он, на что Кьяр широко ухмыльнулся, окатив Асина в своем сознании волной гордости и удовлетворения.

«Странный парень», — оценил про себя Асин, но он начинал ему нравиться.

* * *

— Шиин, это Кьяр! Тот развратник, на которого ты пялился на празднике! — представил нового знакомого Асин.

Шиин подавился и закашлялся.

— Он теперь с нами! — добавил Асин, садясь за стол и жестом приглашая расхохотавшегося на всю таверну Кьяра присоединиться.

Теперь их было трое.

* * *

Аэн настоял на том, чтобы Ная хотя бы неделю спокойно пролежала. По его указанию мужчины сидели с ней по очереди, меняясь каждые шесть часов. Они следили, чтобы предводительница не вставала, лишний раз не дергалась и ни в чём не нуждалась. Ная же ворчала, тихо ругалась на свою беспомощность, но заботу принимала с благодарностью.

К концу недели Аэн позволил ей короткие прогулки в темпе «не быстрее, чем ползёт червяк» и разрешил осторожно двигать руками: самой есть и пить. Но всё равно требовал от отряда, чтобы её не оставляли одну.

— Никакого личного пространства! — наиграно шипела женщина.

— С тебя станется сбежать, если отвернёмся, — упрямился целитель, — будем месяц за тобой хвостом ходить! У Асина, вон, всё равно комнаты нет, будет с тобой жить.

— Ох, слышал бы кто из женщин, как ты со мной разговариваешь, — язвила в ответ предводительница.

Аэн язык прикусывал, но от своих слов не отказывался, бурча что-то про ценности и обоснованное беспокойство.

* * *

За это время Яра, как и обещала, обыскала весь город и тоннели в радиусе нескольких километров от города, и, как и думала, ни следа Ариена не нашла.

— Ничего? — переспросила Ная, когда женщина пришла сообщить ей результат поисков.

Когда разум немного прояснился, она и сама стала понимать, что если Ариена забрала Главная Жрица, то искать его было бессмысленно: пока та бы не захотела, если бы вообще когда-нибудь захотела, Нае Ариена было больше не увидеть. Но всё равно Ная должна была убедиться.

— Ничего. Единственное, что нам удалось узнать, это то, что Мать Ар'тремон всё ещё злится на тебя и спалила все вещи Ариена. Твой белый кинжал, говорят, особенно хорошо горел… — хмыкнула Яра.

— Очень надеюсь, что мой образ никогда не даст ей спокойно жить и спать, — рыкнула Ная, — пусть бесится подольше: больше нервов потратит — проще будет убить.

С тех пор как Ная вышла из храма, если она упоминала Мать Ар'тремон, все начинали беспокойно озираться по сторонам, потому что она ещё ни разу не сказала чего-то, за что её бы не наказали, если бы услышали. Но саму Наю это, похоже, вообще не заботило. Создавалось впечатление, будто Мать Ар'тремон больше была не в состоянии ей что-либо сделать, и Ная могла говорить и вытворять всё что душе угодно.

— Смотри сама на этом же не попадись… — не без недовольства предупредила Яра: ей поведение Наи тоже не слишком-то нравилось, — слишком много безрассудства проскальзывало в её словах.

— Ещё что-то? — демонстративно проигнорировала её совет Ная.

— Ещё матери Ариена тоже досталось за то, что она молчала: получила выговор и запрет на торговлю своими метательными ножами на год. В общем, ничего серьёзного: будет ковать, как обычно, а продаст потом. Поживет пока на доход своего мужчины: отцу Ариена Мать Ар’тремон, вроде, никаких претензий не высказала — тот ничего не знал.

— А мать Ариена всё знала? — в голосе Наи проскользнуло удивление: она не думала, что кто-то помимо её отряда знал об их с Ариеном отношениях.

— Да. А ты разве не знакома с ней? — подал голос, приглядывающий сегодня за предводительницей Асин.

— Нет, я не знаю его родителей, — покачала головой Ная, — мы посчитали это лишним риском. И о том, что он рассказал обо мне матери, я тоже не знала. Хотя, наверное, можно было догадаться, учитывая, что у него с ней очень хорошие и близкие отношения.

— Они с ней очень похожи… Если хочешь, могу вас познакомить… — Асин, как и другие мужчины в отряде, до сих пор не совсем понимал, стоило ли говорить об Ариене в прошедшем времени или настоящем, но Ная каждый раз подчеркнуто употребляла только настоящее, так что и остальным невольно уже начинало казаться, что именно так и было правильно, хотя наверняка сказать никто не мог.

— Не нужно, — отказалась предводительница, — я сейчас не самое лучшее знакомство для членов Дома Ар'тремон. Мать Ариена — замечательная женщина. Не стоит усложнять ей жизнь.

Ная немного помолчала, видимо что-то перебирая в памяти, а потом снова перевела взгляд на Яру:

— А что насчёт храма?

— Девочки из Хелен, занимающиеся там уборкой, предсказуемо отчеканили: «мужчин в храме нет». Одна из жриц сказала мне, что с того момента, как за Ариеном захлопнулась дверь во время суда, его никто больше не видел — комната пуста. Никто ничего не знает… — вздохнула Яра, понимая какого было Ная это слышать.

Ная же заскулила и выругалась: не то, чтобы она ожидала чего-то другого, но надежда всегда была той тварью, которая дохла хуже всего.

Глава 4. Подарки

— Угомонилась? — Мать Лияр плавным движением опустилась напротив Матери Ар'тремон в беседке её Дома. — Или всё ещё не можешь усмирить свой дрянной характер?

Мать Ар'тремон бросила на женщину острый взгляд, но ничего не сказала. Вместо этого она дала знак своей служанке, принести чай из кореньев и закуски, и задумчиво уставилась на люминесцентные лианы, свисающие с крыши беседки и создающие подобие занавеса.

— Ты знаешь, почему Жрица вмешалась? — наконец обратилась она к Матери Лияр.

Та в ответ отрицательно покачала головой:

— Знаю только,