Нелюбимый - Даниил Сергеевич Гарбушев

спросил Саша с понимающим взглядом. «За вас, не хочу, чтобы то, что случилось практически со сторонним человеком, случилось бы с кем-то из друзей, это страшнее даже собственной гибели, кому как, а для меня уж точно», — ответил ему Олег. «Понимаю, понимаю, — сказал Саша, — но ты держись, а мы за тебя, ведь в слабостях сила, именно в них становится ясно, кто настоящий друг, настоящая любовь, преданность и многое другое». «Да, конечно, именно так», — подтвердил Олег, и они пошли к поляне с ребятами.

Под вечер уже более жизнерадостный Олег приехал домой. Попрощавшись с теми, кто ещё был в машине, Олег зашел в дом. «Опять он за своё, снова напился», — услышал Олег голос отца, доносившийся с кухни, «А ты что лучше что ли? — ответила ему мама Олега, — также напьется и пол ночи спать не даёт, почему я, почему Аня, почему мы должны страдать, от этой вашей дурацкой прихоти, почему нельзя по нормальному себя вести, а не наоборот как вам надо, как свиньям, а нам этого не надо, мы этого не заслужили». «Что случилось?», — спросил Олег, зайдя на кухню, «Да ничего», — махнув рукой, ответил его папа, и быстро ушел в зал. «Да Вася опять напился, как отец твой постоянно, и Анечка не знает, куда деваться теперь, хотя чё, ей деваться есть куда, а вот мне, сам знаешь, всегда некуда было деться. Всё вы с ним похожие, но может хоть ты непьющий, не будешь таким со своей, хотя ругаешься часто и кричишь бывает на меня, тебе вообще пить не надо». «Наверно, наверно», — раздумчиво сказал Олег, пройдя в свою комнату. Зайдя в неё, он присел на диван и немного задремал.

Примерно через полчаса Олег услышал, как отец отчитывал на пороге Васю: «Ты что вообще творишь, ты сколько уже можешь её мучить, а?», на что Вася так и ничего и не ответил, а только зашел в дом и направился в комнату Олега. «К тебе можно?», — спросил Олега Вася, немного приоткрыв дверь, «Да», — ответил Олег. Вася зашел в комнату, немного покачиваясь. Вообще, что в последнее время, что и раньше, по Васе никогда особо не было видно, что он слишком пьян, это больше проявлялось в его возможностях мыслить. Нежели его друг с которым он работал в своей мастерской, того вообще при опьянений, даже не особо сильным, качало в обе стороны, из-за чего тот не как ни мог идти ровно, даже если очень сильно пытался. Вася посмотрел в окно, и медленно переведя взгляд на Олега, рухнул рядом с ним на диван.

«Что скажешь?», — спросил очень ровным голосом Вася, «А что я могу сказать, — ответил Олег, обняв Васю за голову, что тот положил ему на живот, — судить других мне не дано, а тем более вас, хотя критика так и напрашивается. Много ты Василий работаешь, много, я не говорю, что надо меньше работать, может просто стоит уделять Ане больше времени, и тогда вам будет полегче. Да, правда, как кто-то сказал:

Как тяжело отдавать свою любовь…

Тем, кто близок больше всех на свете…

Но так просто распространить на них боль…

И даже не заметить…

Вот и вам надо, конечно не забывать про работу, но и про друг друга тоже не забывать, вы же те, кто однажды полюбили друг друга, вытащили друг друга из этого моря, болота, котлована мира людей, а теперь что, хотите отпустить друг друга обратно, нет, вы должны держаться друг за друга как никто другой».

Глава 7. «Теперь ты знаешь»

Прошла где-то неделя, и Олег вновь, как ни в чём не бывало, отправился на работу в офис, на этот раз, взяв с собою только блокнот, так как на этот день в компании была запланирована длинная планёрка на время всего рабочего дня. Олег надеялся, что не встретится с руководителем лицом к лицу, но всё же это случилось. Руководитель опять напомнила Олегу, что у него давно не было сделок, и что это очень плохо в первую очередь для него самого. Отсидев планёрку, Олег наконец-то покинул офис, с каким-то двояким чувством. Он одновременно понимал, что узнал сегодня много полезного, но и одновременно думал о том, что никак не может применить это в своей работе, из-за отсутствия нормальных адекватных клиентов, в данный момент.

Обратно домой Олег решил поехать, так как чувствовал себя полностью выжатым. Он зашел в набитую пассажирами маршрутку и расплатившись за проезд так и остался неподвижно стоять у входа. Неудобство нахождения в маршрутке не давало думать ни о чём больше, чем только о нём. Оставалось только терпеть, не переставая ждать своей остановки — так сказать наибольшим желанием оказалось освобождение от оков неудобств, соединяющих всех людей находящихся под крышей этого автомобиля.

Вдруг боковым зрением Олег заметил, что кто-то смотрит на него из толпы, даже возможно знакомый. Но чувство неуверенности никак не давало Олегу, даже на секунду взглянуть на того человека, хотя бы мельком. И всё же решившись на хитрость, Олег стал вглядываться в окна, будто он проверяет, там ли он едет, где ему надо, или нет. Немного пригнувшись, Олег медленно повёл свой взгляд по окнам, и тут перед его глазами оказалась Майя. «Привет», — широко раскрыв глаза от удивления и дружелюбно улыбнувшись, произнесла Майя. «Привет», — как-то очень непринужденно ответил ей Олег, тем самым чётко закончив их беседу встав к ней боком. Майя тоже в свою очередь перестала улыбаться и отвела от него свой взгляд.

Маршрутка уже подъезжала к пересечению дороги с трамвайными путями, как вдруг водитель начал сбавлять скорость. «Странно, — подумал Олег, — обычно по новым правилам маршрутки не останавливаются не по остановкам». На пыльной обочине стоял широкоплечий мужчина, что явно бы не поместился в и так переполненную маршрутку, но всё же водитель остановился прямо рядом с ним.

Дверь маршрутки открылась, и Олега буквально выдавило из салона. Хоть ему и оставалось доехать пол остановки, он всё же решил вернуться в салон, но тут подсуетился тот самый мужчина с обочины и занял его место. Олег забрался сразу за ним, и начал немного подпирать его спину своим плечом, намекая на то, что ему стоит продвигаться дальше в салон, иначе дверь просто напросто не сможет закрыться. Но вдруг этот