Драконьи долги (СИ) - Янтарина Танжеринова

Улыбнувшись в темноте и отогнав не вовремя проснувшиеся желания, Айриэ закрыла глаза.

Нет уж, напарник нужнее.

Первая половина следующего дня напоминала загустевший, душный и липкий мёд, в котором вязли все звуки, краски и желание что-то делать. Было тихо, безветренно, хмуро и жарко, несмотря на висящие низко над головой пухлые серые тучи. Айриэ со спутником едва тащились — коням, кажется, тоже не хотелось шевелиться. Понукаемые всадниками, они оживлялись на какое-то время, а потом опять переходили к прежней неторопливой рысце.

Сразу после полудня дорога привела их в небольшую деревушку, где они решили остановиться перекусить. Да и лошадей расседлать нужно, напоить-накормить. Грязное питейное заведение с двумя мучимыми похмельем местными особой радости не вызвало, но за неимением лучшего сойдёт и такое. Стол и стаканы Айриэ очистила заклинанием, велела подать приличного вина, и оказалось, что запасливый хозяин держит-таки несколько бутылок про запас. Как раз на случай важных гостей, которым простецкого пойла не нальёшь — побьют или вовсе заклинанием угостят. С магами или знатью шутки плохи.

Потом магесса не поленилась лично сходить на кухню и почистить заклинанием не только большую закопчённую сковородку, но и кухарку, особенно её грязнущие руки. Икая и приседая от страха, кухарка кинулась делать заказанный омлет, свернув по дороге гору мисок, покрытых слоем застарелого жира, и упустив на пол несколько яиц, которые растеклись желтоватой лужицей по грязному полу. Яйца тут же углядел тощий рыжий кот с голодным блеском в глазах и кинулся лакать из лужицы, не обращая ни малейшего внимания на мрачную магессу.

Неловко взмахнув рукавом почищенного серого платья, кухарка задела мешочек с мукой, стоящий на краю стола, и ввысь тут же взметнулось белое облачко, щедро припудрив не только кухарку, яйца и кота, но и саму Айриэ.

— Апчхи! — грозно высказалась драконна и злобно уставилась на оседающую мучную пыль.

С потолка медленно спланировал обрывок почерневшей, закоптившейся паутины и упал точно в миску с яйцами и молоком. Терпение Айриэ лопнуло.

Через четверть часа резерв магессы уменьшился на треть, а на злополучной кухне всё блестело, сверкало и сияло. Даже кот.

Определённо, такой чистоты здесь не бывало лет сто, со времён постройки здания.

На плите тихонечко, аппетитно шкворчал омлет с ветчиной и грибами, кухарка нервно следила за ним, а кот — за кухаркой. Заглянувший на свою беду хозяин был сердито отчитан за разведённую грязь и послан за свежей зеленью.

— Укроп и тимьян, если есть. И чтобы никакого лука! Ненавижу.

Хозяина, должно быть вообразившего себя луком, вынесло вон из кухни. Зато сразу после внесло Дэриониса, пришедшего полюбопытствовать, куда запропастилась спутница и скоро ли обед. Он искренне потешался, узнав в чём дело, и оказалось, что не такой уж он мрачный тип, каким представлялся. Смех ему очень шёл, так что Айриэ даже смягчилась — её всегда подкупало отсутствие фальши. Драконна соизволила умерить гнев и милостиво поблагодарить кухарку, вручив той серебряную «коронку». Женщина, кажется, напугалась ещё сильнее, но за омлетом уследила, не сожгла. Вот что делает вовремя добавленная к блюду толика магии и бдительный присмотр.

Магесса демонстративно ещё раз почистила от грязи столик, за которым они устроились, и сей предмет мебели укоризненно сиял чистотой, заставляя хозяина болезненно морщиться и отводить глаза. Контраст был разительным, и Айриэ настоятельно посоветовала владельцу этого заведения отныне соответствовать высоким стандартам.

— Вам есть куда стремиться, — покровительственно похлопала она хозяина по плечу напоследок и вручила плату.

Мужчина тоскливо взглянул на магессу, но перечить не посмел. Конечно, вряд ли он на самом деле будет соблюдать чистоту, но хотя бы встряхнуть этого рыхловатого увальня следовало. Это же надо развести такой свинарник! Впрочем, в иных свинарниках почище будет, если вспомнить вот хоть герцогство Файханас.

Жуткий вопль, оборвавшийся резко и хлёстко, охотники услышали, когда седлали своих лошадей. Переглянувшись, бросились в ту сторону, откуда послышался крик. Дэрионис доставал на ходу оружие, Айриэ накладывала на них обоих щиты, о чём предупредила спутника.

Теперь там снова кричали и визжали на разные голоса, потом крики затихли окончательно. Дом за три двора от забегаловки, где они обедали. Добротный, на каменном фундаменте, с высоким забором и воротами, сейчас стоявшими нараспашку. Во дворе обнаружились невысокие красноглазые уродцы, напоминавшие ожившие глыбы земли, кем-то вывороченные и посаженные на короткие толстые ноги. Две женщины уже неподвижно лежали на земле, их рвали на части пятеро, рыча и слизывая свежую кровь. Остальные твари, ещё примерно с дюжину, наседали на отмахивавшегося огромным колуном высокого плечистого мужчину, загнанного к стене хлева.

— Кхайгаши! — выдохнул спутник, поудобнее перехватывая меч.

— Знаете, как их бить? — быстро спросила магесса, радуясь, что хотя бы ему не придётся ничего объяснять.

Дэрионис коротко подтвердил, бросаясь к ближайшему земляному демону. Оценив обстановку, магесса накинула щит на мужчину — очевидно, хозяина дома, а после шарахнула двумя файерболами в тех пятерых, что уже приступили к своей гнусной трапезе. Четверо вспыхнули, пятый лишь слегка обуглился. Тошнотворно запахло горелым тухлым мясом. И у всех без исключения кхайгашей тут же активировалась защита от магии.

Дэрионис сосредоточенно угощал тварей ударами меча по огромным котлообразным головам — похоже, действительно знал, какая тут тактика требовалась. В помощи и защите нуждался хозяин дома, которого едва не повалили на землю и не задавили массивными тушами.

— Топором им по черепу, слышишь? — рявкнула Айриэ, нападая на кхайгашей сзади. — И не бойся, на тебе щит, не укусят! Только не дай себя повалить!

Мужчина услышал и поменял тактику, теперь безбоязненно атакуя сам. От стены не отходил, защищая спину и не позволяя всем кхайгашам навалиться сразу. Слева наносил скупые, выверенные удары Дэрионис и только яростно стирал с лица брызжущую из тварей вонючую жижу. Айриэ же пустила в ход кинжал из «лунного серебра», и любая рана, нанесённая им, заставляла кхайгаша мерзко, хрипло, пронзительно верещать и валиться на землю, вертясь волчком от нестерпимой боли.

Короткая схватка быстро закончилась, и трое сражавшихся устало опустили оружие. Хозяин дома тяжело, с присвистом дышал и хватался за бок, выронив перемазанный слизью топор. Потом согнулся пополам в приступе тошноты, вывалив себе под ноги содержимое желудка. В доме хлопнула дверь, и оттуда с громким рёвом выскочили двое детей, мальчишка с девчонкой. Шарахаясь от дохлых кхайгашей, дети кинулись к мужчине, уткнулись головами ему в живот и что-то быстро говорили, захлёбываясь и содрогаясь. Мужчина неловко прижал детей к себе и, растерянно моргая, смотрел на бесформенные окровавленные груды, недавно бывшие женщинами. Нахмурившись, драконна укрыла трупы иллюзией: зрелище не для детских глаз, особенно если там лежит их мать.