Проверка на вшивость - Linnea

Гарри удивленно воззрился на нее. МакГонагалл тут же начала ему петь песни о добрых хороших Дурслях. Гарри всегда считал эту женщину суровой, но не способной на ложь даже во благо. Но сейчас он слышал такую ложь, что потерял дар речи. Находясь в шоке, он позволил своему декану посадить себя за стол и заставить написать небольшую записку своим родственникам, что с ним все в порядке. Он никак не мог отделаться от ощущения нереальности происходящего. Когда за ним явилась Гермиона после первого урока, он все еще был в шоке. Выходя из кабинета вслед за девушкой, Гарри оглянулся и увидел то, что заставило его сердце пропустить удар. МакГонагалл «инседио» испепелила его послание Дурслям. «Ложь, снова ложь», - пронеслось в его мозгу.

Он шел по коридору так, словно к его ногам были пристегнуты стопудовые гири. Каждый шаг отдавался болью в голове и в сердце. Трое взрослых, которые должны были бы его понять и помочь, на самом деле просто хорошо играли свои роли.

«Минус четыре», - мрачно подвел итог юноша. Из списка людей, с которыми он хотел бы иметь дела, выпали Снейп, Дамблдор, Помфри и МакГонагалл. Если с первым все было понятно, то трое последних, разочаровали его до глубины души.

Глава 4. Мнимые друзья.

Гриффиндорцы поприветствовали своего «героя» бурно и совершенно бестактно. Гарри поразился, что не замечал раньше за своими однофакультетниками подобного поведения. Казалось, зелье помогло ему увидеть всю неприглядность окружающего его мира. Его завалили вопросами, на которые он не мог отвечать. Играть свою роль становилось сложнее, ведь не мог же он показать, что знает их всех. От наплыва вопросов, которыми его засыпали, у него начала болеть голова. Каждому хотелось узнать как он, будет ли он играть в квиддич теперь, а каково это не помнить, кто он такой. На лице Гарри появилось недоуменное выражение, смешанное со страхом. Гермиона поняла это - как то, что он просто испуган таким напором, так что разогнала всех. В какой-то мере он был ей благодарен, только вот она неправильно расшифровала его реакцию. Страх был оттого, что он, как оказалось, совершенно не знает людей, которые его окружали, а недоумение вызвано тем, что ему было непонятно, как из всего этого можно устраивать такой балаган.

После выступления Гермионы от него отстали, но, как он понимал, на время. Никто расходиться не собирался. Все поглядывали на него, как на зверушку в зоопарке. Таковым он себя и чувствовал.

Ближе к полуночи в гостиной остались только он и Гермиона, которая не преминула воспользоваться ситуацией и попенять на поведение Гарри.

- Гарри, ну сколько можно быть таким безответственным, - с легким укором произнесла она. Юноша непонимающе посмотрел на девушку, поскольку давно уже был мыслями далеко отсюда. - Тебя стоит всего на минуту оставить одного, как ты тут же влипаешь в какую-нибудь историю. Я теперь никуда тебя одного не отпущу, - заявила она. Гарри бросил на нее раздраженный взгляд, но молчал. - Ты с первого курса постоянно попадаешь в неприятности. Ты должен понять, какая на тебя возложена миссия, - Гермиона взглянула ему в глаза и удивилась, заметив там искорки гнева, пока только тлеющего. Она не могла понять, почему тот злится, ведь, по сути, она говорит ему правду, пусть немного покореженную, но правду, тем более об этом просил сам директор. Гари же внутренне кипел от злости. Гермиона же вошла в роль матери-наседки, которая должна пожурить провинившегося цыпленка, что сама не заметила, что перешла все возможные рамки. Она так увлеклась своей обличительной речью, выставляя Гарри в невыгодном свете, что не заметила перемены в его поведении. А будь она повнимательнее в этот момент, то увидела бы, как глаза Гарри сверкнули презрением. Он пока не сделал окончательного вывода относительно девушки, но на данный момент она и не давала ему повода думать о себе хорошо.

- Я буду контролировать тебя, чтобы тебе не пришло в голову снова ввязаться в какую-нибудь авантюру. В следующий раз ты вместо памяти потеряешь свою голову, - заявила Гермиона в конце своей проникновенной, как ей казалось речи. Она была донельзя довольна собой. Как же ей представилась возможность покомандовать самим Гарри Поттером, стать лидером, а не слушать его, посредственность и бескультурность. Наконец, поднявшись, Гермиона с видом полного превосходства проводила Гарри до дверей спальни мальчиков-шестикурсников и удалилась. Она не видела, каким взглядом ее проводил Золотой мальчик. Она была так горда собой, что перестала замечать очевидные вещи, а Гарри допустил уже немало ошибок. Но ведь, когда человек хочет видеть то, что хочет, он не видит действительности перед своим носом.

Утром со своими однокурсниками Гарри отправился на завтрак. Ему предстояло пережить не самое приятное утро, поскольку никого не интересовало, что он ничего не помнит. Ему задавали вопросы, постоянно дергали. И это еще до того, как он оказался в Большом зале. Он чуть отстал от своих сопровождающих, чего, впрочем, не заметили. Никто и не сомневался. «Вот тебе и гриффиндорцы», - горько усмехнулся Гарри про себя. Его отсутствие заметили только тогда, когда уже все расселись за стол. Гарри вошел в зал как раз в тот момент, когда Гермиона начала искать его, гневно сверкая глазами. Он остановился в трех шагах от двери и замер, изображая растерянность. Получилось просто великолепно, искренне и невинно. Ни у кого не возникло даже мысли, что он играет. Гермиона заметила его и встала. Слизеринцы посмеивались, отпуская в его адрес шуточки, которые становились все громче. Снейп со своего места окатил его ушатом холодного презрения. Гарри как раз собирался двинуться в сторону красно-золотых, даже не подумавших, что ему требуется помощь, как его ощутимо толкнули в спину.

- Не стой на дороге, Потти! - лениво, с легкой долей яда прозвучал голос Драко Малфоя, вырисовавшего в поле его видимости.

- Извини, - смущенно произнес Гарри и посмотрел на слизеринского принца, без узнавания во взгляде, как он надеялся. Все-таки зелье было первоклассным, никто бы не подумал, что все совсем не так, как было на самом деле. Тот в ответ насмешливо, с долей презрения оглядел Гарри.

- Неужели, это правда, и наш Золотой мальчик, наконец-то, совсем лишился ума? - с усмешкой спросил Драко, прищурившись, глядя на Гарри.

- Что я тебе такого сделал, что ты так ко мне относишься? - с легким недоумением спросил Гарри. В глазах Драко промелькнуло непонятное выражение, и Гарри его уловил. Самое интересное, что ему действительно хотелось знать ответ на этот вопрос. Отношение к нему Драко Малфоя было, слишком личным, чтобы сваливать все на разногласия между факультетами и сторонами.