Недоброе солнце (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Для этого требуется особое строение мозга, — Сумудин кинул быстрый взгляд в сторону Нарина. — Корабль, он как симбионт, не может существовать без капитана. Но далеко не каждый способен остаться в своем уме, подключившись к системе. Нагрузки неимоверные. По этой причине все рожденные особи проходят специальные исследования и при выявлении способности, направляются на обучение.

— Вы что, отбираете детей у матери? — глаза у меня, наверное, размером с блюдце стали. Это тридцать шесть лет пытайся родить, а потом и забрать могут?

По всему залу раздался какой-то кашель. Я смотрела на медика и не сразу разглядела, что и у нас за столиком кто-то подавился собственным обедом. Нарин хмуро посмотрел на доктора, после повернулся ко мне и проникновенно сказал:

— Что вы, терри. Никто не посмеет отобрать у матери ее потомство. Просто при выявлении таланта, ребенку назначают учителя, который сперва играет с ним в особые развивающие игры, а потом подключает и интерактивные программы на носителе. В раннем детстве это всего по полчаса стандартного времени в день. Никакого насилия. Мы очень ценим и оберегаем как матерей так и потомство.

Из зала раздалось одобрительное бормотание. Все же, от этой темы настроение несколько подпортилось. Следующие несколько минут ели молча, пока мой мозг не собрал еще один мешок из вопросов. Честно пыталась удержать их в себе, но любопытство пересилило. Там более, мне пока еще отвечали вполне доброжелательно и с разъяснениями. Кто знает, вдруг им через неделю надоест моя говорливость?

— А почему все едят в одном помещении? У нас на военных судах, на сколько я знаю, у офицеров своя столовая, у мичманов своя и отдельный камбуз для простых моряков.

— Все не совсем так, терри, — у главного механика, или как там он называется, были интересные бирюзовые глаза. Я здесь таких еще не видела. Как же его зовут? Не запомнила. — Команда принимает утренний, полуденный и полуночный прием пищи в общих блоках. Частично это сделано для того, чтоб любой из членов экипажа мог обратиться к начальству в неформальной обстановке. Нас много. Иногда возникают вопросы, требующие вмешательства более высокого начальства. В пищевом блоке любой, самый низкий по рангу сури или суноди может подойти с вопросом либо к акеру или к капитану, напрямую. Здесь, если вы заметили, даже не действует необходимость приветствовать старшего по званию в соответствии с уставом. Но только тут.

— А вот для вечернего приема пищи, — продолжил за ним Сумудин, — используют кают-компании. Как вы правильно сказали, свой у акеров, отдельный у сури и несколько комнат у суноди, включая эту. Офицерский состав может спокойно обсудить важные вопросы, а остальные отдохнуть от пристального внимания начальства. Вечером оцените. Там несколько более изысканная обстановка, как раз подходящая для женской особи.

Сказать, что я в период практики и на земле сидя и по пояс в болоте обедала? Или не разрушать им видение мира? Геологов они наших не видели. Современные технологии, конечно крутая штука, но полевых работ никто не отменял. Помнится, после третьего курса мы почти четыре дня по болоту пробирались, то по колено, то по пояс. Искали редкое карстовое озеро в непроходимой глуши на Диких территориях Южного полушария. Ничего, и ели стоя, в жиже, не особо ароматной, кстати, и спали, к нижним веткам привязавшись. Хорошо, покрывальца теплоудерживающие у нас современные и костюмы неплохие были. Не заболел никто, даже. Хотя, может все дело в чаче? Она отменно согревала. Все же градусов 50, наверное. Куратор почти бочонок с собой привез. Вот за практику мы его и уговорили. Но исключительно по делу.

Усмехнулась сама себе. Ничего, изысканно мы тоже умеем, не в хлеву росли. У меня где-то даже одно коктейльное платье с собой было, пониженной скромности.

Глава 7

Быстренько покончив с обедом, (прелестный кинул на меня якобы устрашающий взгляд и сказал, что дел еще не в проворот) мы отправились в гости к техникам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот здесь ничего неожиданного. Половина огромного ангара представляла собой склад из контейнеров, видимо, набитых всевозможными деталями. Все же крейсер — полностью автономная система, кто знает, что может срочно понадобиться. Уверена, здесь было все: от садового шланга, до сверх современных воздушных фильтров и самых маленьких тумблеров. На каждом из контейнеров стояла маркировка и видимо, список содержимого. Письменность у валоров оказалась интересной. Чем-то напоминала древнюю арабскую вязь с всыпанными туда геометрическими обозначениями. Совершенно нечитаемая вещ. Надо попросить мне на планшетник хоть самый простой словарик, а то мое страстное желание полазать по их сети может разбиться о непреодолимые обстоятельства.

Вторая половина ангара была сплошная рабочая зона. Здесь что-то собирали на столах, под тремя увеличивающими линзами, что-то необъятных размеров варили в углу за мутной ширмой. В целом я насчитала 14 валоров, который работали в пределах моей видимости. Нас уже ожидали. Невысокий, по местным меркам, валор в горчичном комбезе стоял на выходе с лифтовой площадки. При появлении капитана, вытянулся в струнку, на меня бросив только мимолетный взгляд.

— Приветствую, анур.

— Приветствую. Терри Селена, это сури Ранар. Лучший из наших техников, который уже лет пять бегает от звания акера, усложняя мне жизнь, — техник на такое представление не смутился, только скривился, как от зубной боли. — Он и проверит совместимость вашего устройства с системой корабля.

Мы прошли немного вглубь ангара, где стоял большой «С»-образный стол, заваленый всяческими мелкими приборами или их частями. Кроме того, на столе имелось пара больших экранов и с два десятка разных разъемов, встроенных прямо в столешницу.

— Можно ваш кивер? — техник уместился за столом, заняв высокое кресло и надев очки с темно-фиолетовыми стеклами. Пришлось отстегнуть ценный гаджет и передать мастеру. Браслет пару раз прокрутили в руках, видимо, проверяя модель, потом подцепили сразу три различных провода. На экране рабочего монитора мгновенно побежали ряды чисел. Через пару минут, что-то пощёлкав на своем оборудовании, на что мой браслет ответил печальным «пи-бип», техник повернулся к нам.

— Анур, аппарат вполне совместим. Неплохая версия. Кое-что я исправил, там память мусором была перегружена и нужно было несколько программ на аналогичные заменить, чтоб не тормозил. К системе я подсоединил, вас поставил на экстренный вызов, как просили. Что-то еще?

Мастер выжидательное смотрел на капитана. Я смотрела ту да же. Только возмущенно. Это когда он успел себя на экстренный вызов поставить?? Всю жизнь, сколько помню, там только Братишкин номер значился. Капитан не смутился. Хотя я и уверена, полностью понял причину моего недовольства. Наоборот, он чуть заметно улыбнулся и вопрошающе уставился в ответ.

— Вам что-то еще понадобиться, терри?

— Да, мне бы очень хотелось ваш алфавит и хоть самый примитивный переводчик, пожалуйста, — прорычала ему в ответ.

— Всенепременно, — самодовольно ответил этот…этот ЖУК!

После мастерских мы очень резвенько двинулись в рубку управления, так как капитану сообщили, что двигатели остыли до нужных температур и можно готовиться к прыжку.

Помимо прежних двоих валор, которые оказались навигатором и пилотом, как мне разъяснил Нарин, был еще один. Его представили как старшего помошника. Оказалось, что именно он будет управлять прыжком, пока капитан займется непосредственно мной. Почему-то я была уверена, что переход в другой слой космического пространства мне предстоит пережить именно здесь, но я ошиблась. Введя кое-какие данные через панель управления и дав ЦУ команде, Нарин потащил меня дальше. Двигались мы почти бегом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В медотсеке туда-суда нервно бегал Сумудин. Чуть ли волосы на себе не рвал. По громкой связи раздалось уже знакомое предупреждение.

— Нарин, где вы ходите?! — медик облегченно плюхнулся в свое кресло, указав капитану на открытую капсулу. Не поняла, решили же без нее. Валор потащил меня к капсуле, и, подхватив на руки, почти нежно плюхнул на поверхность.