- Любовные романы
- Фантастика и фэнтези
- Ироническое фэнтези
- Научная Фантастика
- Фэнтези
- Ужасы и Мистика
- Боевая фантастика
- Альтернативная история
- Космическая фантастика
- Попаданцы
- Юмористическая фантастика
- Героическая фантастика
- Детективная фантастика
- Социально-психологическая
- Боевое фэнтези
- Русское фэнтези
- Киберпанк
- Романтическая фантастика
- Городская фантастика
- Технофэнтези
- Мистика
- Разная фантастика
- Иностранное фэнтези
- Историческое фэнтези
- LitRPG
- Эпическая фантастика
- Зарубежная фантастика
- Городское фентези
- Космоопера
- Разное фэнтези
- Книги магов
- Любовное фэнтези
- Постапокалипсис
- Бизнес
- Историческая фантастика
- Социально-философская фантастика
- Сказочная фантастика
- Стимпанк
- Романтическое фэнтези
- Ироническая фантастика
- Детективы и Триллеры
- Проза
- Феерия
- Новелла
- Русская классическая проза
- Современная проза
- Повести
- Контркультура
- Русская современная проза
- Историческая проза
- Проза
- Классическая проза
- Советская классическая проза
- О войне
- Зарубежная современная проза
- Рассказы
- Зарубежная классика
- Очерки
- Антисоветская литература
- Магический реализм
- Разное
- Сентиментальная проза
- Афоризмы
- Эссе
- Эпистолярная проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Поэзия, Драматургия
- Приключения
- Детская литература
- Загадки
- Книга-игра
- Детская проза
- Детские приключения
- Сказка
- Прочая детская литература
- Детская фантастика
- Детские стихи
- Детская образовательная литература
- Детские остросюжетные
- Учебная литература
- Зарубежные детские книги
- Детский фольклор
- Буквари
- Книги для подростков
- Школьные учебники
- Внеклассное чтение
- Книги для дошкольников
- Детская познавательная и развивающая литература
- Детские детективы
- Домоводство, Дом и семья
- Юмор
- Документальные книги
- Бизнес
- Тайм-менеджмент
- Кадровый менеджмент
- Экономика
- Менеджмент и кадры
- Управление, подбор персонала
- О бизнесе популярно
- Интернет-бизнес
- Личные финансы
- Делопроизводство, офис
- Маркетинг, PR, реклама
- Поиск работы
- Бизнес
- Банковское дело
- Малый бизнес
- Ценные бумаги и инвестиции
- Краткое содержание
- Бухучет и аудит
- Ораторское искусство / риторика
- Корпоративная культура, бизнес
- Финансы
- Государственное и муниципальное управление
- Менеджмент
- Зарубежная деловая литература
- Продажи
- Переговоры
- Личная эффективность
- Торговля
- Научные и научно-популярные книги
- Биофизика
- География
- Экология
- Биохимия
- Рефераты
- Культурология
- Техническая литература
- История
- Психология
- Медицина
- Прочая научная литература
- Юриспруденция
- Биология
- Политика
- Литературоведение
- Религиоведение
- Научпоп
- Психология, личное
- Математика
- Психотерапия
- Социология
- Воспитание детей, педагогика
- Языкознание
- Беременность, ожидание детей
- Транспорт, военная техника
- Детская психология
- Науки: разное
- Педагогика
- Зарубежная психология
- Иностранные языки
- Филология
- Радиотехника
- Деловая литература
- Физика
- Альтернативная медицина
- Химия
- Государство и право
- Обществознание
- Образовательная литература
- Учебники
- Зоология
- Архитектура
- Науки о космосе
- Ботаника
- Астрология
- Ветеринария
- История Европы
- География
- Зарубежная публицистика
- О животных
- Шпаргалки
- Разная литература
- Боевые искусства
- Прочее
- Периодические издания
- Фанфик
- Военное
- Цитаты из афоризмов
- Гиды, путеводители
- Литература 19 века
- Зарубежная образовательная литература
- Военная история
- Кино
- Современная литература
- Военная техника, оружие
- Культура и искусство
- Музыка, музыканты
- Газеты и журналы
- Современная зарубежная литература
- Визуальные искусства
- Отраслевые издания
- Шахматы
- Недвижимость
- Великолепные истории
- Музыка, танцы
- Авто и ПДД
- Изобразительное искусство, фотография
- Истории из жизни
- Готические новеллы
- Начинающие авторы
- Спецслужбы
- Подростковая литература
- Зарубежная прикладная литература
- Религия и духовность
- Старинная литература
- Справочная литература
- Компьютеры и Интернет
- Блог
В лесу было накурено... Эпизод IV - Валерий Зеленогорский
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В этот день Лесник принимал важных людей из разных сфер, таких же, как он, хищников высокого полета. На десерт звали композитора или кинорежиссера, снявшего блокбастер, писателя, которым восхищались в данный момент. Это было высокое собрание, а не пошлая баня с телками. Лесник серьезно считал свою воскресную баню ложей избранных и, конечно, не масонской. Он не любил масонов и евреев, но антисемитом не был, так как не считал себя дурнее их.
Действо начиналось часов в двенадцать: съезжались люди, все надевали халаты с личными монограммами, шли на террасу, и пир острого словца вперемежку с новостями из Кремля начинал свое неспешное движение. Дворецкий накрывал стол с простой, но очень качественной едой. Меню всегда было стабильным: салат оливье, овощи, селедка, рыбка из таежных рек, холодец, потом суп, котлеты с пюре, рыба и пельмени.
Напитки в ассортименте — от виски до «Фернет бьянко», много вина, но предпочитали пиво с водочкой, несмотря на диеты и здоровый образ жизни. Парились группами по интересам: думцы с банкирами, металлурги с нефтяниками, кто вообще не парился, сидел за столом, разминаясь водочкой, под хохот рассказывали истории, которых у всех было в избытке. Иерархии и чинов никто не признавал: писатель мог перебить олигарха, которого внимательно слушает всенародно избранный. За столом царили сумбур и пиршество острого словца, это ценилось не меньше блокирующего пакета акций — этим за столом удивить было трудно.
Меньше чем пол-ярда за стол не попадало. Один член банного сообщества держал на гонораре известного юмориста, который каждую неделю готовил хозяину свежий анекдот или занятную историю. Обсуждали кино и книги, реже — президента и национальные проекты. Общение было дружеским и нежным, хотя за столом могли оказаться люди, не терпящие друг друга, но Лесник своим талантом примирял всех, ровно оделяя любовью и художника, и сенатора. Талант его собирать людей был уникален.
К нему ехали все, там иногда решались большие дела, его баня — особая зона, где без трусов, без постов и мест в «Форбсе» люди становились настоящими.
Если бы можно было сделать прямой эфир из бани, то люди, глядя, как акулы капитализма бросаются в бассейн, как когда-то на Оке или на Днепре, приняли бы их за резвящихся дельфинов.
Статистическая особенность состояла в том, что москвичей по рождению среди них было мало, в основном они были приезжими (то есть лимитой по-старому), их жажда жизни и неукротимая воля привели их наверх, они все понимали, что назначены, как комиссары после революции, но буржуазное разложение уже коснулось их пролетарских сердец. Иногда они ворчали, что народец им достался не очень, но, как говорил великий вождь и учитель, «других писателей у нас нет».
Но пора вернуться к нашему основному герою, дворецкому.
Он нравился всем. Лесник гордился им так же, как своей кобылой по кличке Колян — так звали его вице-премьера, который его курировал и был в доле, но хозяину нравилось заходить на конюшню и хлопать кобылу по морде — это его примиряло с комплексом зависимости, который он испытывал к этому человеку. Он по правде любил своего дворецкого за добрый нрав и ум. Когда один банкир решил сманить того на свою дачу большой зарплатой, он устроил ему скандал и добавил бонус — хозяин не любил, когда трогают его вещи, он ревновал даже свою секретаршу, выведывая, кто на нее посягает, хотя сам никогда ее не трогал. Лесник играл в казино самозабвенно, желал не выигрыша, а подтверждения своей избранности — он хотел стать королем удачи, а стал заложником самого себя. Расточал вокруг инфекцию, заразились многие, кое-кто умер, но он продолжал бег по кругу, как слепая лошадь, которая бежит, пока не упадет.
Дворецкий работал, поменял «Москвич» на «пежо», все шло вверх, но болезнь уже пришла, он стал пить по ночам, а потом и играть в казино, как Лесник.
Все годы служения он удивлялся хозяйской привычке играть в казино, не понимая, как можно бросать деньги в железный ящик, а потом радоваться, когда при совпадении картинок на экране кровь бьет в голову круче оргазма и в кассе выдают гору денег. Это завораживало. Он захотел попробовать и попробовал, проиграл. Потом выиграл, что-то почувствовал, хотел оказаться в хозяйской шкуре, понять, как это бывает.
Понять не понял, а шкуру свою не сохранил. Душа его, светлая, православная, пострадала от дьявольского огня — так бывает; например, северные народы не имеют в организме иммунитета против алкоголя, быстро спиваются и даже умирают Так вот наш дворецкий проиграл деньги на расходы по дому, а однажды проиграл годовую зарплату, не заплатив строителям за ремонт гостевого дома.
Все вскрылось, его выгнали, теперь он живет и работает в гараже, отрабатывает долг хозяину. Вот так страсть одних оборачивается катастрофой для других, воронка затягивает на глубине реки ничего не подозревающего пловца. Он мог бы плыть в своей сонной тине и был бы жив. Рыба ищет где глубже, а человек? Ищет и находит то, что искал. Сидя в гараже и перебирая какие-то гайки, дворецкий не сетует на судьбу и никого не обвиняет. Новая жизнь его не пугает: он знает, что хомут его найдет, а что было — то было.
День, которого еще не было
«Жить с одной женой 20 лет непросто даже в Швейцарии, а в России вообще невозможно!» — так подумал Сергеев, проснувшись субботним утром после вчерашнего веселья.
Ночью ему приснился певец Муслим Магомаев. Понять, что бы это значило, Сергеев не мог, но беспокойство осталось.
Организм сообщил, что вчера выпили много, на десерт пообщались с гейшами молдавского разлива. Гейши говорили мало, но массаж ступней делали неплохо. Сергеев чувствовал себя неловко: знал бы — носки надел свежие.
От всего остались интоксикация и душевный гепатит.
Сергеев не любил Азию, Дальний и Ближний Восток, особую нелюбовь он испытывал к Новой Зеландии, он был только в Китае в командировке ровно пять дней. Удивило его в Поднебесной огромное количество людей и английский, на котором они говорили.
Сами говорили и сами понимали себя, удивляясь, что чужие их не понимают.
Сергеева звали на Великую стену, но он вспомнил тушенку с одноименным названием и не поехал — переел ее в годы нестабильности и товарного дефицита.
Звали его и в мавзолей Мао, но покойников он не любил — он и живых любил не сильно: родителей и детей своих, вот и весь список.
Тяга к другим цивилизациям закончилась у Сергеева в 75-м году в молодежном лагере «Спутник» под Казанью, когда болгарская комсомолка отказала ему во взаимности на вечере интернациональной дружбы. «Дружба дружбой, а в кровать с капиталистом», — с горечью вспоминал Сергеев, разочаровавшийся с тех пор в идеях социализма.
Он лежал с закрытыми глазами, удивляясь глобальным мыслям, блуждающим в нем.
Зазвонил телефон, он услышал голос своего товарища, соратника по вчерашнему отдыху. У них традиция была — проверять друг друга утром после ночных полетов: жив ли товарищ, не сел ли на запасной аэродром?
— Как дела? — услышал Сергеев, и этот невинный вопрос вызвал у него сильнейшее раздражение: ну какие, бляха, дела, если расстались под утро?
— Дела? Иллюстрирую Борхеса и насвистываю Губайдуллину.
На другом конце провода товарищ хрюкнул — он понимал, что вопрос бестактный, но его бабушка, народная артистка, которая первой разделась догола в советском кино, учила внука интересоваться здоровьем, особенно после пьянки.
Второй вопрос поверг Сергеева в ступор.
— Что делаешь?
Ну что может делать мужчина после загула по случаю отъезда жены в Швейцарию? В холодильнике нет ни хера, вещи от входных дверей до кровати лежат на полу в творческом хаосе.
— Лежу и думаю: или зубы почистить, или повеситься, в голове стучит «Бухенвальдский набат» (привет Магомаева из сна), в кармане ни копейки, последние деньги потратил на букет случайной девушке у метро. За двести долларов сто роз. — Сергеев закончил отчет.
— Ну и что, дала тебе Мисс метро «Белорусская»?
— Я не просил, хотел сделать человеку праздник, — ответил Сергеев.
— Не думаю, — отозвался товарищ. — Лучше бы денег дал, может, ей кушать не на что?
— Я не Красный Крест, я хотел праздника, а пропитание пусть добывает сама.
— Вот весь ты в этом эгоизме и самодовольстве: человеку жрать нечего, а вы лезете к нему с цветами и ликером. Накормите девушку — вот что главное. Все у вас, у нерусских, наперекосяк! — громыхал товарищ в трубку.
— Ты очень русский, — сказал Сергеев, знающий, какой микст представляет его товарищ — убийственный коктейль из цыган, татар, карелов и легкой пенки из русской и еврейской крови.
Эта смесь позволяла ему везде чувствовать себя своим. В зависимости от национального состава компании он извлекал из своей родословной нужную и предъявлял, как проездной.
