Тайны подводного шпионажа - Е Байков

Но надо быть осторожным — район наверняка охраняется противолодочными силами. Мэк периодически опускал перископ так, чтобы время его нахождения над водой не превышало 7-10 секунд, продолжая фиксировать действия ракетоносца… Вскоре «Янки» направилась в базу, а «Лэпон» развернулась восвояси… Несмотря на большое количество высококачественных фотографий и видеоматериалов, главная задача не была решена — полного шумового портрета новой лодки снять не удалось…

Командиры, добившиеся результатов в Баренцевом море, «ареале обитания» самого мощного флота СССР, почитались особо даже среди других подводных асов. Это были действительно «звезды» подводных сил Атлантического флота США. До сих пор таковых было трое…

Кэптен Киннэрд Мак-Ки командовал атомоходом «Дэйс» и совершил следующие «подвиги». В 1967 году он не только сфотографировал советский атомный ледокол, но и взял пробы воды и воздуха в районе, подтверждающие неполадки в работе его ядерной энергетической установки. В следующем, 1968 году Мак-Ки преуспел еще более, сфотографировав новейшие атомные лодки проектов 671 и 670, соответственно «Виктор» и «Чарли», частично сняв при этом их шумовые портреты. Успех был столь значителен, что командир был приглашен для личного доклада в Комитет начальников штабов.[14] Мак-Ки был даже прощен за безрассудное маневрирование вблизи советской лодки, когда перископ «Дэйс» был обнаружен визуально! Американская лодка подверглась преследованию и смогла скрыться только в зоне сплошного льда…

Другой «звездой» подводных сил был коммандер Алфред Келн, командовавший атомной лодкой «Рэй». Он был знаменит тем, что добыл первую фотографию «Янки» и некоторые данные о ее шумах.

Однако главным «героем» считался коммандер Шафер, командир атомной подводной лодки «Гринлинг». Ему удалось за несколько месяцев до удачного похода лодки Честера Мэка совершить очень эффективный, но достаточно опасный маневр «подныривания». (Запомним этот тактический прием американцев, ведь он нередко становился причиной столкновений подводных лодок.) Он заключался в слежении за неприятельской лодкой на очень близком (до 10 метров) расстоянии под ней. Это позволяло снять очень точный шумовой портрет подводной лодки-цели. Так вот, Шафер умудрился удачно поднырнуть и под «Чарли», и под «Янки» в одном и том же походе. Кроме того, утверждалось, что «Гринлинг» удалось заснять подводную часть корпуса и винты советских подводных лодок через специальную сверхчувствительную телекамеру, вмонтированную в перископ. Но все же главной добычей был шумовой портрет «Янки». Данные с записями ее шумов, полученные на «Гринлинг», были немедленно введены во все компьютеры СОСУС.

Теперь оставалось проверить, поможет ли это обнаруживать советские ракетоносцы во время их боевого патрулирования и наводить на них лодки-охотники типа «Стерджен»…

Невидимая война на подводных фронтах холодной войны продолжалась…

В сентябре 1969 года коммандер Мэк вывел «Лэпон» с ее испытанным экипажем в очередной поход. Главная задача — обнаружение и длительное слежение за советскими ракетными подводными лодками типа «Янки».

Через неделю после выхода на «Лэпон» пришла радиограмма: «СОСУС обнаружила «Янки» в Норвежском море. Координаты…. Предположительно направляется на боевое патрулирование с прорывом рубежа Гренландия-Великобритания».

Вот он, долгожданный шанс! Мэк задал курс с учетом полученных координат. Все складывалось удачно — на маршруте «Лэпон» получила новые данные СОСУС с координатами «Янки» у острова Ян-Майен. Намерения советского ракетоносца становились ясными: пройти скрытно Датский пролив и уйти на патрулирование в океан. Этот маршрут развертывания получил в дальнейшем название «красная тропа». Движение «Янки» подтвердил и патрульный самолет «Орион», имевший с ней кратковременный контакт. Мэк решил перехватить лодку на выходе из пролива, пока она не «растворилась» в океанских просторах. «Лэпон» заняла позицию на южном выходе из пролива, юго-западнее Исландии и затаилась в ожидании.

После суток ожидания полностью мобилизованная на решение задачи команда гидроакустиков обнаружила еле слышимый сигнал от винтов и механизмов «Янки». Это действительно была удача, более похожая на счастливый случай, чем на закономерность. Полезный сигнал едва выделялся на фоне шумов моря, биологических шумов и шумов находящихся в районе рыбаков. Везение заключалось в том, что ракетоносец проходил очень близко от «Лэпон», дистанция между лодками составляла приблизительно 7 кабельтовых,[15] или около 1,3 километра.

Отличные шумовые качества советской лодки, с точки зрения ее скрытности, заставляли опасаться обнаружения и самого охотника. Поэтому Мэк решил осуществлять слежение «подскоками». Сначала отстать от «Янки» на значительную дистанцию, а затем, увеличив ход до 20 узлов, стремительно выйти в расчетную точку ее движения и «замереть» на скорости 3–5 узлов, внимательно слушая океан, — вот в чем заключалась тактика «Лэпон»

Несколько раз прием удавался, затем советская лодка исчезла! Очередная точка ее маршрута была рассчитана неправильно! Мэк был крайне встревожен. В ходе слежения он еще раз убедился, что эта лодка — «крепкий орешек» и держаться за ней крайне трудно…

Удача сопутствовала «Лэпон» в этом походе: она нашла цель еще раз. И… снова потеряла! Так было несколько раз в течение первых трех дней «охоты». Затем, на четвертый день, приноровившиеся акустики «Лэпон» смогли удерживать контакт в течение 18 часов, и снова «Янки» ушла от преследователя….

Командир «Лэпон» и его офицеры были измотаны напряжением четырех суток игры в «кошки-мышки», в которой большая по размерам «мышка» могла окончательно убежать. И тогда начиналась бы другая игра — поиск движущейся «иголки» в бездне океанского космоса. Здесь шансов у «Лэпон» было значительно меньше…

Напряжение царило и в штабе Атлантического флота в Норфолке и в управлении подводных операций в Пентагоне. Командир «Лэпон» имел постоянную связь с командующим подводными силами вице-адмиралом Шейдом, начальником штаба ВМС США адмиралом Мурером. В руководстве операцией участвовал также один из старших чинов военно-морской разведки кэптен Брэдли, о котором также будет рассказано на страницах книги.

О важности происходящего говорил и тот факт, что доклады из Пентагона о слежении за новейшим ракетоносцем ВМФ СССР немедленно поступали к помощникам президента США. Ричард Никсон имел информацию о действиях в океане в реальном масштабе времени…