За гранью добра и зла - Владимир Батаев

Я озадаченно почесал в затылке и тут же уставился на свою руку, озарённый догадкой. Я ведь держал Мирэ за руку, когда понимал речь портного!

— Мне требуется телесный контакт с тобой, — сообщил я девушке.

— Что?! — вознегодовала она. — Размечтался!

— Какие у тебя пошлые мысли, — усмехнулся я. — За руку меня возьми просто.

Моё предположение оказалось верным. Как только наши руки соприкоснулись, для меня опять заработал магический переводчик. Жаль, мы раньше этого не выяснили, это многое упростило бы.

Теперь я мог взять переговоры с портным на себя. Конечно, в тканях я ничего не смыслил, но этого и не требовалось. Наше странное поведение обеспокоило портного, и он спешил поскорее отделаться от таких клиентов. И выбрал для этого превосходный способ — предлагая требуемый товар без лишних вопросов и уточнений.

К удивлению Мирэ я отказался от чёрной шёлковой ткани с серебристой окантовкой. Но если уж решил не выделяться, то нечего рядиться как во дворец. Это только в книгах стильно разодетый герой умудряется при необходимости смешаться с толпой отребья. Впрочем, я и не слишком стремился создавать имидж какого-нибудь Тёмного Лорда — особенно учитывая видение. Может когда-нибудь потом я и облачусь в чёрное с серебром, под стать одному из принцев Янтарного замка… но пока опасаюсь, как бы вместе с прикидом не повторить и биографию, а то до хэппи-энда могу вовсе не дожить.

В итоге я выбрал ткань светло-коричневого и тёмно-зелёного цветов. Хлопок или может лён, я понятия не имел, а уточнять не стал, чтобы не вызывать лишних подозрений своей необразованностью. Заказал три пары штанов и столько же рубашек, чтоб было на смену и про запас. Если вдруг придётся уматывать из города и шляться по каким-нибудь лесам, то портки порвать — плёвое дело. Но если такое и случится, клочки одежды не будут издали бросаться в глаза — цвета как раз подходящие для маскировки.

Когда дело дошло до снятия мерок, портной, наконец, заметил необычный пошив моей одежды и очень заинтересовался — с профессиональной точки зрения. Тут уж он не удержался от вопросов — но не о том, из какой я страны, а о назначении карманов и пуговиц и об удобстве таких инноваций. Когда я кратко объяснил, он принялся хлопать себя по лбу и причитать, какой же он болван, что сам раньше до такого не додумался. В итоге мы сговорились на том, что я не стану раскрывать это ноу-хау его конкурентам, а взамен он пошьёт мне одежду бесплатно — и даже с карманами. От пуговиц я решительно отказался, по всё той же причине конспирации. Да и местные рубахи — надевающиеся через голову, со шнуровкой от ворота до середины — я счёл вполне удобными и пригодными, хотя в затягивании и ослаблении шнуровки придётся малость попрактиковаться.

Жена портного для снятия мерок увела Мирэ в соседнюю комнату. К моему сожалению, поскольку я не отказался бы от импровизированного стриптиза в её исполнении. Зато, воспользовавшись отсутствием спутницы, я всё же не удержался и жестами — поскольку снова вступил в свои права языковой барьер — объяснил портному, что насчёт чёрного шёлка передумал. В конце концов, имею я право обзавестись парадным одеянием, мало ли, может, придётся сменить легенду прикрытия и закосить под благородного.

Тут меня осенило, что я забыл об одной небольшой, но существенной детали. Портной тоже это понял — а может и не забывал, а просто ждал, пока выйдет дама — и притащил полдюжины подштанников. При всей своей не привередливости, я скривился. Пришлось жестами просвещать портного и в области пошива трусов — благо образец на мне имелся. Он долго поражённо ахал, качал головой и хлопал себя по лбу. Похоже, я умудрился совершить революцию в области мужского нижнего белья. До кучи оставалось ещё ввести в этом мире моду на носки, что я и сделал, правда, дождавшись предварительно возвращения Мирэ. Объяснить жестами, что дыры в носках это результат внезапного появления когтей на ногах, а не оригинальная задумка, я бы не сумел.

Когти вообще представляли проблему. Но наматывать портянки я отродясь не умел, а сапоги на босу ногу — это неизбежные кровавые мозоли. Пришлось поднапрячь воображение, в результате чего возник авторский дизайн носков с кожаной вставкой на носу — если когти её всё же проткнут и вылезут наружу, то и чёрт с ними.

Портной клятвенно нас заверил, что весь заказ будет готов к вечеру следующего дня — ночь спать не будет, но всё сделает. Причём, совершенно даром. Точнее — в качестве платы за привнесённые инновации, дающие ему возможность озолотится. Я не сомневался, что так и будет — особенно, если Мирэ не забыла обговорить с его женой покрой женского нижнего белья. А вот если забыла — то я буду ржать до упаду, слушая, как она матерится при виде кружевных панталон и «тряпицы, поддерживающей груди» (а уж этот предмет средневекового женского туалета на корню сгубил сотни эротических сцен в фэнтезийных романах, авторы которых пытались блеснуть знаниями деталей или были вынуждены по сюжету описывать раздевания приличных девушек, не пренебрегающих бельём, если у кого-то язык повернётся так поименовать пресловутую «тряпицу»).

— Ну и что скажешь? — поинтересовался я, когда мы вышли из мастерской.

— О чём? О твоих покупках? Хотя, «покупки» — не подходящее слово, ты же не платил. А мог бы хоть на пару монет раскошелиться. Жмот.

— Он на одних только штанах с карманами бешеные барыши срубит, — пожал плечами я. — А спрашивал я не про то. Какие мысли насчёт магического переводчика? Ты ведь вроде теоретически в магии разбираешься.

— Не только теоретически, — огрызнулась Мирэ. — Но не в такой. У тебя какой-то сбой вышел, что перевод не работает. А в чём проблема — я без понятия.

— Батарейки сели. А может, вовсе в комплект не входят, — хмыкнул я. — Моя аура работает не на той волне или что-то в этом роде. Как думаешь? Ты чистку или настройку ауры проводить умеешь? Хотя нет, лучше не надо.

— Не доверяешь? — обиделась она.

— Да нет, просто мы пока не знаем, какие возможности нам достались при перемещении. Как бы в погоне за языкознанием не лишиться чего-то поважнее. А вот как насчёт симпатической магии? Выдерни-ка волосок.

Не дожидаясь вопросов, я сам выдернул с головы Мирэ пару волос. И тут же — не дожидаясь подзатыльника — направился к ближайшему прохожему.

— Эй, уважаемый! — окликнул я его.

— Чего тебе? — неприветливо отозвался тот.

— Не местный я, города не знаю, только прибыл. Где тут ближняя оружейная лавка, не подскажешь?

— Свернёшь за угол, там до ближайшего поворота, потом пять домов пройдёшь и увидишь, — объяснил он, сопроводив пояснения жестами.