Газета "Своими Именами" №13 от 26.03.2013 - Газета "Своими Именами" (запрещенная Дуэль)

Новую российскую армию захлестнул небывалый размах коррупции, особенно среди генералов и старших офицеров. Вооружённые силы стали терять былой авторитет у народа. Из армии бежали, иногда целым подразделениями. Войска и флот стали формировать методом отлова призывников, как в полуфеодальной африканской стране. Только в Москве в течение последнего года не смогли вручить повестки примерно 30 тысячам призывников. Нападки на армию, травля кадрового состава в средствах массовой информации, бесквартирье и безденежье сломали духовный хребет офицерского корпуса. Он смирился со своим положением, в которое его поставила государственная власть.

Офицеры послушно гнали деполитизированный личный состав ротами и батальонами голосовать за кандидатов в Думу, которая не противилась разрушению Вооружённых Сил России. Многие события  в период двадцатилетнего реформирования армии раньше невозможно было представить. Например, в авиационном гарнизоне, расположенном в населённом пункте Сеща Брянской области, где в годы Великой Отечественной войны действовала мощная подпольная организация (известная по кинофильму «Вызываем огонь на себя»), перестали выдавать денежное содержание офицерам и прапорщикам. Последние молча переносили это издевательство, а их жёны взбунтовались. Не добившись от командования части внятного ответа, когда будут деньги, они перекрыли взлётно-посадочную полосу. А офицеры униженно ходили вокруг своих суженых и умоляли вернуться домой. Женщины оказались крепче духом боевых лётчиков и держали рубеж до тех пор, пока не прилетел командующий с мешком денег.

Странная, пассивная позиция офицеров проявлялась не только в защите своих семей, но и собственных профессиональных, иными словами, государственных позиций. Давно известно, что воин, не владеющий своим оружием, в военное время – это беззащитная цель для противника, а в мирное время – балласт для государства.

К примеру, налёт пилотов истребительной, штурмовой и бомбардировочной авиации в разгар «реформирования» в среднем варьировался от 9 до 20 часов в год. Это в 15-20 раз меньше, чем имели лётчики нашего вероятного противника. Соответственно, снизилась и боеготовность авиачастей, где к тому же исправность авиатехники составляет 30-40 процентов. В 2004 году финансирование ВВС составляло всего лишь 52% от положенного. Катастрофически не хватало горючего. В то же время нефть рекой лилась за рубеж, как грибы росли на этом миллионеры и миллиардеры. По существу это было государственное преступление по отношению к обороноспособности страны. Боевые лётчики и инженерно-технический состав вместо полётов подметали аэродром, возмущались, некоторые увольнялись в знак протеста, но этот всплеск недовольства не выходил за пределы гарнизонов. Подобное же положение было в других видах Вооружённых сил.

В годы «реформирования» на глазах офицеров погибал символ таланта и золотых рук нашего народа, лучший в мире Военно-Морской флот. Продавали по дешёвке на металлолом за границу годные для службы корабли, а новые прекратили строить.

Ныне военно-морской щит державы, образно говоря, еле держится на плаву. Например, на Балтике по боевым возможностям он уступает в 2 раза шведскому и финскому, в 4 раза - немецкому; на Чёрном море - в 3 раза турецкому, не говоря уж о двадцатикратном превосходстве над нами американского флота.

 На Черноморском флоте в строю всего одна дизельная подводная лодка, а миллиардер Р. Абрамович имеет в своём распоряжении три субмарины в приложении к нескольким надводным судам. Морской офицерский корпус деградирует вместе с флотом. Главком ВМФ в рамках «нового облика» Вооружённых сил уже не командует напрямую флотами. Видимо, ввиду отсутствия прямой необходимости в нём в Москве отправили адмирала вместе с главным штабом в Питер, ближе к Центральному военно-морскому музею и «маркизовой луже», выход из которой в Балтийское море контролируют Финляндия и Эстония. Доблестные морские офицеры молча покидают корабли, направляющиеся на металлолом. Бывают и исключения. В Китае из нашего авианесущего крейсера сделали музей Военно-Морского флота СССР.

 Мягкотелыми, а точнее сказать, беспринципными стали некоторые офицеры, генералы и адмиралы. В период сердюковщины в министерстве обороны на глазах сотен военных профессионалов, в том числе с боевым опытом, происходило что-то невероятное. Например, главное управление военного образования (более полутора сотен высших училищ и академий) оказалось в руках гражданки Т. Фральцовой. До этого она руководила пансионом благородных девиц (воспитанниц) министерства обороны. Генералы и офицеры стояли перед ней навытяжку. Не на Арбатской ли площади появился афоризм: чем короче юбка - тем длиннее очередь в кабинет. Это, конечно, не столь смешно, сколь грустно.

А. Сердюков смог пять лет бесславно править министерством обороны не только потому, что его поддерживал президент, но и группа генералов, которым личное служебное кресло было дороже государственных интересов. Так например, начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба В. Смирнов с удовлетворением сообщал телезрителям, что с А. Сердюковым министерству обороны повезло, он профессионал в военном деле, прекрасный экономист. «Боевой путь» этого военного чиновника от майора до генерал-полковника в более чем 30 лет разместился на Арбатской площади. И таких, говорят, там осталось ещё немало. А многие войсковики, в том числе с боевым опытом, вынуждены покинуть армию.

В офицерском корпусе не нашлось здоровых сил, способных противостоять глупостям, а может быть, и злодеяниям (история рассудит), подрывающим обороноспособность страны.

Давнишний откровенный враг нашей страны, бывший помощник президента США Збигнев Бжезинский как-то бросил весьма язвительную и многозначительную реплику: «Россия может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков и ядерных кнопок, но поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в наших банках, вы ещё разберитесь, это ваша элита или уже наша». Горькая и обидная правда. Есть над чем призадуматься, прежде всего офицерскому корпусу.

В России, Советском Союзе народ традиционно любил свою армию. Офицерский корпус, по крайней мере, его лучшая часть, свято хранил лучшие традиции, заложенные Петром Великим, А. Суворовым и М. Кутузовым, Ф. Ушаковым и П. Нахимовым. Это была лучшая, наиболее талантливая часть мужского населения страны. Не случайно из названной среды (что не характерно для Запада) вышли великие писатели и композиторы, учёные и изобретатели. В ней всегда находились мужественные, патриотически мыслящие генералы, адмиралы и офицеры, которые  не боялись возвысить свой голос против императоров, генсеков и президентов.

 В восемнадцатом веке гвардейские офицеры передали власть в руки императрицы Екатерины II, в XIX веке декабристы подняли свой голос против крепостнического строя, лучшая часть офицерского корпуса поддержала большевиков в 1917 году и встала в строй Красной Армии. Знаменитый генерал А. Брусилов заявил своим сослуживцам в ту переломную пору: «Я остаюсь с народом!». В период пресловутой перестройки генерал А. Макашов публично обвинил М. Горбачёва в преступном отношении к армии и предложил ему для начала пройти  школу сержантского состава.

 И в постсоветское время нашлись в армии силы, которые пытались остановить целенаправленный развал Вооружённых сил и России. С тех пор нет заметных признаков публичного проявления общественного мнения офицерского корпуса о положении дел в армии и стране. Может быть, где-то и возмущаются офицеры творящимся беспределом, но, скорее всего, в духе М.Е. Салтыкова-Щедрина: «Стоят на коленях, но по глазам вижу – бунтуют». Мы ни в коем случае не призываем военных бунтовать. Но тем не менее давно замечено – армия, не способная защитить себя от разрушения, едва ли сможет сберечь страну и свой народ.

Армия и флот утратили своё былое политическое положение в обществе. В советское время военные были представлены во всех Советах снизу доверху, в партийных, комсомольских и других общественных организациях, в народном контроле. Сейчас в военных власть не нуждается. Поэтому, видимо, и появляются во главе армии лица, которые скромно заявляют о себе «...не совсем дурак», или ни чем не проявившие себя разведчики, а также ушлый торговец  мебелью и другие. Внутри воинских формирований заморожены, не действуют офицерские собрания, суды чести и другие традиционные общественные институты.

Притупилось чувство собственного достоинства защитников отечества. Как-то пришлось наблюдать такую картину. На торжественном собрании награждали лучших офицеров. Удивило то, что ценные подарки вручались от командования и ещё от имени хозяина группы рынков, о котором шумели газеты в связи с зарождающимся уголовным делом. В связи с этим вспомнился случай с Героем Советского Союза полковником В. Карповым. На одном из собраний он заметил в зале человека с известной в стране фамилией, который утратил честь во время войны. Владимир Васильевич встал и потребовал удалить недостойного из зала, что и было сделано. Так поступают настоящие русские офицеры. При этом необязательно щёлкать каблуками и провозглашать «честь имею», воинская честь проявляется в поступках.