Любовь начинается с боли (СИ) - Лёлька

Поднявшись на второй этаж, он остановился возле ее двери, за которой доносились тихие женские голоса. Вздохнув, Змей без стука открыл дверь. На кровати сидела та самая блондинка из клуба, и во все глаза смотрела на него. Странно, но сейчас он не чувствовал к ней никакого желания, она была ему безразлична.

Наташа все еще стояла возле окна. На ней был спортивный костюм свободного кроя, скрывавший ее фигурку. Волосы собраны в высокий узел, а на ногах смешные домашние тапочки в виде собачек.

-Наташа, нам надо поговорить. - Произнес он, и, не отводя от нее взгляда, добавил уже Лере, отходя от двери: - Валерия, Анатолий внизу.

Девушка кинула растерянный взгляд на Наташу. Та еле заметно кивнула в ответ, после чего Лера поднялась, и вышла из комнаты.

Напряжение росло с каждой секундой. Ни кто не решался начать разговор, и гнетущая тишина давила, словно тысяча тонный пресс. Змей перевел взгляд на кровать, и в голове всплыли картинки той ночи. Сжав челюсть так, что заходили желваки, он посмотрел на бледную Наташу, которая, видимо, тоже думала об этом.

-Послушай, то, что произошло той ночью…-Змей сделал шаг в ее сторону, но девушка отошла назад. Кивнув, он отошел от нее, и сел в стоящее у противоположной стены кресло. - Я не собираюсь кидаться на тебя сейчас, поэтому расслабься и сядь. Мы просто поговорим.

Девушка окинула его взглядом, и видимо решив, что он говорит правду, села на край кровати.

-Для начала, я хотел бы извиниться за то, что произошло. Понимаю, что ты, вряд ли простишь меня, но давай хотя бы попытаемся жить мирно, не шарахаясь друг от друга. Я обещаю, что не трону тебя…

-Зачем я вам? - Чуть дрожащим голосом перебила его Наташа, набравшись смелости.

-После того, что между нами было, думаю, что обращаться ко мне на ‘вы’ глупо.

-Между нами ничего не было, вы меня просто изнасиловали.

Услышав это слово, Змей скривился в презрении к себе за этот поступок. Он ненавидел мужчин, проявляющих агрессию по отношению к женщинам, и то, что он повел себя так с Наташей….. Вполне ожидаемо, что она теперь его ненавидит. Осознание этого полоснуло по чувствам. Он не хотел, что бы их отношения основывались на ненависти, и презрении.

-Я извинился.

Наташа в изумлении смотрела на него.

-Вы…Ты серьезно считаешь, что одного слова ‘извини’ достаточно? И мы сделаем вид, что ничего не было?

-Что ты хочешь что бы я сделал? -Змей внимательно смотрел на девушку. Неужели он ошибался, и она такая же как и остальные. Неужели за маской невинного ангела скрывается расчетливая стерва. - Сколько?

-Что? - Непонимающе посмотрела она на него.

-Сколько ты хочешь за свою девственность? - Повторил он.

-Ты…Я…Мне не нужно от тебя ничего! - Наташа соскочила с кровати, в ее глазах блестели слезы. - Я не просила меня сюда привозить, не просила насиловать, и держать меня здесь, я тоже не просила. - Закричала она, срываясь на истерику.

Змей поднялся из кресла, подошел к ней, и, схватив за руки, встряхнул, пытаясь успокоить, но добился обратного. Девушка испугалась, и начала отбиваться.

-Пусти! Пусти меня!

Она колотила по его груди кулачками, и кричала, что бы он ее отпустил. Она пыталась ударить его ногами, но он лишь сильнее прижал ее к себе.

-Наташа, успокойся. Успокойся, малышка.

-Не называй меня так! Никогда не называй меня так! -Кричала она.

Неожиданно, дверь в комнату распахнулась. На пороге стояли запыхавшаяся и испуганная Лера, и хмурый Толян.

-Что здесь твориться, нах? Змей, братан, отвали от нее!

-Не суйся, Лысый! Это тебя не касается.

-Хрена с два, не касается! Ты че, совсем последние мозги потерял? Отпусти ее.

Змей покачал головой, и зло посмотрел на друга.

-Я не собирался ее насиловать. У нее просто истерика.

Он все еще прижимал к себе девушку. Она больше не вырывалась. Ее маленькие плечики вздрагивали от рыданий, и она то и дело шмыгала носом. Достав из кармана носовой платок, он дал его ей.

-Держи, и прекращай реветь.

Наташа взяла платок, и кивнула головой соглашаясь. Змей осторожно отпустил ее, хотя, держать ее в объятиях было приятно. Ему нравился ее аромат карамельного шампуня. Девушка подняла на него заплаканные глаза, и тихо прошептала:

-Уйди…Пожалуйста…

Повернувшись, Змей вышел из комнаты, хлопнув за собой дверью. Лера тут же подбежала к Наташе, и обняла ее.

-Какого хрена здесь твориться?

-Толя, не кричи, не видишь, ей и так плохо. Иди лучше босса своего успокой.

-Котенок, какая ты у меня грозная. - Улыбнулся Толян, и вышел вслед за Змеем.

Змей повернул ключи в замке зажигания. Машина ответила одобрительным рокотом мотора. Схватив руль обеими руками, он сжал его с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Нажав педаль газа, он выехал со двора. Достав пачку, он закурил сигарету. Попытка поговорить ни к чему не привела. Он в очередной раз сморозил глупость, тем самым унизив Наташу. В жизни Змея все отношения базировались на толщине его кошелька. Он мог купить все и всех: женщин, вино, машины. Он привык, что за все нужно платить, в том числе за любовь. Именно поэтому он решил, что Наташа ждет от него не извинений, а денежного вознаграждения за свое тело. Ведь в его жизни всего одна девушка любила его просто за то, что он есть.

Остановившись возле цветочного магазина, он купил огромный букет желтых роз.

Глава 8

Большая комната была наполнена солнечным светом. На просторной кровати лежал голый молодой мужчина. По обе стороны от него расположились две блондинки. Мужчина не спеша курил сигару. Правой рукой он гладил голые плечи одной из девушек.

В дверь робко постучали. Через минуту в комнату вошел невысокий парень в черной рубашке с коротким рукавом, и светло-голубых джинсах.

-Я не разрешал тебе входить.

-Нам нужно поговорить, папа.

-Чеслав, я тысячу раз просил не называть меня так. - Рыкнул на него мужчина и, оттолкнув от себя одну из блондинок, поднялся с кровати. - Чего тебе?

-Я хочу уехать матери.

-Не упоминай эту с*чку в моем доме.

Парень сжался, ожидая удара, но мужчина лишь окинул его презрительным взглядом, и натянул спортивные брюки, и футболку.

-Я…Неделя уже прошла. - Парень с опаской смотрел на отца, готовый в любую минуту сорваться с места.

Чеслав всю свою жизнь боялся своего отца Чапина Эдуарда Сергеевича. Женившись по окончании школы на нелюбимой девушке, как говориться, по залету, он, будучи строптивым и своенравным молодым человеком, не переставал вести разгульный образ жизни. В девятнадцать лет, связавшись с бандитами, Эдуард начал поднимать ‘себя’. Семья, никогда не значившая для него ровным сетом ничего, и вовсе стала в тягость. Эдуард, к тому времени известный более как Чапа, срывал злость за любые неудачи на своей жене и маленьком сынишке.