Избранное. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Абсолют Павел

Девочка склонила голову набок:

— Да.

— И как? Соглашусь ли я?

— Вероятность ниже пятидесяти процентов, к сожалению.

Забавно, когда твою внутреннюю неопределенность оценивают со стороны. Нити судьбы, значит? Оракулы Империи называли их похожим термином — струнами судьбы. К предсказаниям я лично всегда относился настороженно. Не нравилось мне думать, что твои действия предопределены. Хотя точное будущее не знает никто. Оракулам видны лишь вероятные сценарии развития.

— То, что ты мне сейчас рассказываешь — разве это не снижает шансы на успех?

— Снижает, — согласилась Двуликая. — Но, если бы я продолжила умалчивать о своих пророческих способностях, вероятность твоего сотрудничества стремилась к нулю.

— Резонно. Я оставлю у вас часть наших вещей?

— Конечно. Я присмотрю за ними, — спокойно ответила девочка.

Я взял немного денег, запасные рации, после чего передал рюкзак Двуликой. В сумке содержатся вещи, которые легко могут выявить личность Стального Курьера, но мне почему-то казалось глупым скрывать данный нюанс от Провидицы.

— Мы не будем нападать на Некроморфа вдвоем, если вдруг отыщем.

— Терем и Уроды будут с вами. Просто вызовите нас по рации, — помахала данным мной устройством Двуликая.

На все у нее заготовлен ответ.

— Значит, он обитает на левом берегу Корсы? Как выглядит?

— Седая борода, приплюснутый нос, густые брови, складки на лбу, одет обычно в старые одежды. Некроморф, судя по слухам, всегда один, если не брать в расчет его костяных прихвостней, — кратко описала Двуликая.

— А он не любит ловить ррыбу случайно? — задумалась Анна.

Я посмотрел на девушку, и сам вдруг вспомнил о странной встрече со стариком, который рыбачил под мостом.

— Думаешь, это был Некроморф?

— Выжить в дикой прирроде обычный человек бы не мог, — пожала она плечами.

— Ладно, — резюмировал я. — Поищем вашего злодея на досуге. Пока что у нас есть другие задачи.

— Можете посещать Терем, когда вам будет удобно, — девочка подошла и порывисто обняла сначала меня, затем и Анну.

Прямо не слова, а патока, льющаяся из медовых уст. Я потрогал слегка колючий шарф. Признаться, спустя дни проживания в Тереме я начал испытывать небольшую привязанность к местным жителям. Хотя все это было частью плана Двуликой по установлению со мной дружеских отношений. Иронично, что я знал об этом; она знала, что я знаю; я знал, что она знает, что я знаю и так далее… Хорошо, что Провидица не стала играть в загадки и подталкивать меня к нужному ей решению окольными путями. Не люблю подобные витиеватости и интриги. Вероятно, струны судьбы подсказали ей, какой способ общения со мной ей следует избрать, чтобы добиться максимального эффекта. Не сказал бы, что Двуликая с командой стали кем-то для меня важными, но да — при возможности, если это не будет слишком обременительно, Артоф Кройц готов помочь аборигенам, избавив округу от поганой нечисти. Ведь рано или поздно эти территории также станут моими, и мне придется наводить порядок.

Паук являлся на данный момент главной головной болью, однако с его устранением могут возникнуть сложности. Сначала я планировал разведать другое место вместе с Ищейкой. Прочитанный мельком документ в офисе Директора натолкнул меня на одну мысль.

Мы с Анной распрощались с местными, после чего направились в Усть-Корсу. Вечер уже вступил в свои права, так что сложностей с проникновением в город по воздуху не возникло. Девушка с большим удовольствием каталась на моей спине. Казалось, она готова всю оставшуюся жизнь ездить на моем хребте.

Я помнил, где живет Ворон, хоть с воздуха и не сразу нашел нужное здание. Завидев знакомую ауру и горящий свет, мы с Анной подлетели к окну и вежливо постучались. Пернатый друг ничуть не удивился. Дмитрий открыл окно и впустил нас в комнату вместе с февральским морозом.

— Быстрее. Застудите ведь, — пожурил он нас за неторопливость.

Анна принялась с интересом рассматривать комнату и обнюхивать разные предметы. На полках стояло множество птиц, вырезанных из дерева.

— Для начала — повернись спиной, — скомандовал я.

Ворон повиновался, и я создал проверочную печать. Следов пси-энергии в его организме обнаружить не удалось.

— Чисто.

— Вовремя вы. От меня только вчера наблюдение отозвали, — хмыкнул парень. — Анна сказала, что мы с псиоником боремся, так?

— Так. Отец Ирис преподнес неприятный сюрприз.

— Теперь понятно, почему она мне не нравилась. Хотя, может, дело и не в псионе.

— Характер у Ирис не сахар, — усмехнулся я.

— Что от меня требуется? — не стал он задавать лишних вопросов.

— Возьми новую рацию для связи, — передал я устройство. — Работает также, как и прошлая. Пока что я размышляю, как лучше проникнуть в Штаб. Не будут же Паука вечно держать взаперти? Когда его выпустят на волю, можно будет нанести точечный удар.

— Ясно. Тогда чем займемся?

— Мы с Ищейкой хотим слетать на Вольную Станцию.

— Тогда я прикрою вас.

— До станции километров семьдесят. Справишься?

— Справлюсь, — лаконично ответил Ворон. — Я, кстати, приобрел себе винтовку и немного мета-снарядов. Скопил денег с зарплаты и с доходов от нашей мета-заправки.

— Разве это разрешено? — удивилась Анна.

— Нет, но кто узнает? — невозмутимо заметил Ворон, после чего достал из шкафа коробку с патронами. — Посмотри.

Я внимательно оглядел снаряды эфирным зрением. Внутри капсулы находился небольшой шарик вещества, наполненный огненным эфиром. По-видимому, никаких детонаторов данному спектру не требовалось. Энергия высвобождалась просто при сильном ударе.

— Интересно. Мощные?

— Не особо. Но поле второго класса могут пробить. Свой заряд держат около года, потом сила рассеивается. Патроны нельзя хранить близко друг к другу, поскольку возможен резонанс и взрыв. Я о них вспомнил, поскольку ты упомянул Станцию. Эти патроны производит Хан.

— Вот как? Любопытно.

Я постарался запомнить эфирный спектр.

— Значит, его сила держится довольно долго и без посредников в виде ядер, — произнес я. — И зачем ему только нужна эта жалкая станция? Там людей проживает меньше, чем на левом берегу Корсы.

— Он ведь Хан, — выделила интонацией Анна. — Желает единоличной власти, пускай и на небольшом участке.

— Понятно… Пора выдвигаться.

— Минуту…

Ворон спрятал винтовку в специальный чехол, после чего покинул комнату и принялся собираться. Мы слышали его общение с дедом, который отнесся к его поздней отлучке с закономерным подозрением. Вскоре приятель вернулся, закутанный с головы до ног в теплые одежды. В толстой куртке сзади были аккуратно вышиты отверстия для крыльев.

Я фыркнул, но что Ворон заметил:

— Что? Я не люблю холод.

— А мне еще показалось, что это Арртоф — бабушкин суперргерой, — хихикнула Ищейка.

— Ворон — скорее уж дедушкин… — заметил я.

Мы покинули жилой квартал, взлетели повыше и направились на юго-восток. Морозный воздух огибал наши мета-поля, периодически бросая нас в коварные турбулентные ямы. Анна, как всегда, устроилась на моей спине. Ворон поначалу летел рядом, однако скорости полета ему недоставало, да и энергию он расходовал быстро. Я посоветовал ему схватиться за мое крыло, что парень и сделал. Дело сразу пошло быстрее. Ворон поддерживал свое тело невесомым, я же толкал нашу слитную троицу вперед эфиром движения. Наверное, со стороны мы представляли из себя необычную картину, но чего не сделаешь, чтобы сэкономить эфир или время. Анна, судя по нервным движения, не слишком обрадовалась новому соседу, но благоразумно не стала проявлять возмущение.

Пользуясь печатью ночного зрения, я быстро нашел железнодорожные пути, после чего следовал над ними до самого поселения. Около получаса ушло на то, чтобы добраться до места. Горящие огни редких освещенных зданий заранее уведомили нас о приближении к Вольной Станции. Мы спустились в лес и подождали некоторое время, пока наши с Вороном резервы восстановят потраченную энергию. Если при обычном полете источник справлялся с нагрузкой, то двоих пассажиров тянуть на себе было непросто.