Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

радио. Тут можно услышать, действительно, интересную, а главное, полезную информацию.

Даже не так. Нужно выделить человека, чтобы тот сидел, слушал радио и выписывал все новости.

Хм… А потом, можно эти новости размещать где-нибудь на «стенгазете» — в наших посёлках. Народ тут совсем без новостей. А так, вся информация будет им доступна. Радио-то они постоянно слушать не смогут.

Да уж… сейчас такое время, что мы, получается, откатились на сто лет назад. Ведь как раз начало двадцатого века было расцветом радио. Радиолюбители тогда даже самостоятельно радио проигрыватели собирали.

В этот момент, я подъехал, как раз, к туше Шарпея, что лежал на шоссе. Остановился.

А, его тут уже прилично погрызли. С правой стороны торчали голые рёбра. А по укусам, видно, что харя манекена, которая кусала, была совсем не маленькой.

Надо тут быть осторожней. Туша привлечёт ещё не одного падальщика.

Мда. И жаль, что нельзя куски от этой туши использовать для прокачки Карлсона — они уже не свежие, а значит, души там не осталось. Разве что, когда Шарпея полностью обглодают, тогда я смогу его кости покидать в Преисподнюю.

Внимательно глядя по сторонам и ожидая атаки в любой момент, я по обочине объехал труп гиганта, затем — дыру в шоссе. И, медленно набирая скорость, поехал дальше.

В этот раз, тут никого. Но чую я, что в следующий — так может не повезти. Быстрее бы тушу Шарпея обглодали для более безопасного проезда. А до этого, поездки с Серафимом на микрике нужно приостановить.

Разогнавшись до привычных сорока километров в час (быстрее опасно), я продолжил путь. В голове всплыли слова ведущего про детский приют.

Отличное начало, и надо как-нибудь этому делу помочь. Только, сначала, бы своими глазами глянуть, как там всё устроено. Действительно ли это приют, а не… Даже думать не хочется, что там может быть в эти времена — вместо приюта.

Ну, а если там всё в порядке, то можно им и переезд предложить в наши посёлки. Люди нам по-прежнему нужны, а шансы на то, что я найду бывших рабов Седого, тают с каждым днём…

* * *

Приехав по адресу детского приюта, я оказался перед обычной хрущёвкой.

Блин, я думал их уже посносили все. Ан нет, вот, стоит передо мной. Да и вокруг одни хрущёвки стоят.

Посмотрел на окна первого подъезда.

Нигде свет не горит.

Ну, да это не показатель.

Повернув голову к застывшему на заднем сиденье Шарику, кивнул ему:

— Сиди тут. Я скоро.

Шарик никак на мои слова не отреагировал.

Да… Ему, наверное, это говорить не обязательно — вряд ли он будет переживать, если я куда-нибудь пропаду надолго. Слишком уж хладнокровным у меня пет оказался.

Выйдя из Карлсона, я подошёл к металлической двери подъезда и дёрнул за ручку.

Хм, заперто.

А это значит, что внутри, действительно, кто-то есть. Там, где никто не живёт, подъездные двери не заперты — из-за отсутствия электричества. А в жилых подъездах, люди запираются — как могут.

Я постучал костяшками пальцев по металлу три раза и стал ждать.

Через секунд двадцать, в окне, слева от двери, отъехала в сторону занавеска, и в меня упёрся ослепительный луч света из фонаря.

Послышался хрипловатый голос:

— Ты кто?

Прикрывая глаза ладонью, я ответил:

— Хочу предложить помощь вашему приюту. Впýстите, чтобы обсудить условия?

— Чем именно помочь?

— Да много чем помочь можно. Многое зависит от ваших потребностей. Говорю ж, можем обсудить!

Луч от фонаря погулял по округе.

Видимо, мужик осматривает окрестности — на предмет опасности. Может, думает, что я какой злодей, и ищет моих подельников. И правильно делает, кстати. Времена нынче такие, что без этого никак.

Из окна раздался вопрос:

— Машина с включёнными фарами твоя?

— Да.

— Аккумулятор не жалко?

Я мотнул головой:

— Всё под контролем.

Ну, не объяснять же ему, что у Карлсона аккумулятор не сядет, пока у него есть душа, которую можно высосать.

Видимо, удовлетворившись осмотром двора и ничего подозрительного там не найдя, кроме Карлсона, мужик буркнул:

— Сейчас открою.

Мужик выключил фонарь и зашторил окно. И где-то через две минуты, входная подъездная дверь отворилась.

Вот только, с хлебом и солью меня не встречали. На меня наставили два дула от автомата Калашникова… И тот же голос, что «говорил» со мной из окна, «заорал»:

— Лечь на асфальт, руки за голову!

Я поднял руки вверх и отошёл на один шаг назад:

— Воу-воу, полегче! Я пришёл помочь.

— В этом надо ещё убедиться. Так что лёг на асфальт, и руки за голову! А там, разберёмся.

Хм. В целом, требование адекватное… Так что, пожалуй, я его исполню. Ну а если что, мои «кидок» и «полёт» всегда со мной. Ни клетка, ни наручники для меня не преграда. Для меня, вообще, всё не преграда…

Посмотрел на ники двух мужиков, что держали меня на мушке.

Первый, что говорил со мной из окна:

Табенко

А второй:

Solistic Sol

Медленно опустившись на асфальт, спросил:

— Вы всех гостей так встречаете?

Табенко остался стоять на месте, держа меня на прицеле. А, Solistic Sol подойдя ко мне, защёлкнул на моих запястьях наручники.

Он же мне и ответил достаточно молодым, звонким голосом:

— Абсолютно всех!

Затем, он приподнял меня за руки, помогая привстать. При этом, не давал мне до конца разогнуться и повёл в черный провал подъезда.

Табенко же запер за нами входную дверь в подъезд и пристроился за нами.

Поднявшись по небольшой лестнице на первый этаж, Solistic Sol повёл меня налево. Табенко же вырвался вперёд и, открыв перед нами дверь, тут же захлопнул, как только мы все зашли внутрь.

Слаженно хлопцы работают. Явно, чувствуется какая-то школа. Военные, что ли? Может, спецназ?

Пройдя коридор, меня завели в комнату. Внутри неё было практически темно. Свет шёл лишь от стоящей на столе, в какой-то небольшой рюмке, свечи. Остальное в помещении было видно не особо хорошо. Всё-таки, света тут совсем мало.

А вот, две картонные коробки под столом я рассмотрел. Одна — с огарками, вторая — наполовину пустая, с новыми целыми свечами.

Где они, интересно, этого добра раздобыли? В местной церкви, что ли? Ведь на свечки для торта на день рождения они не похожи. Эти серые и достаточно вонючие.

Solistic Sol усадил меня за второй стол — рядом с занавешанными шторами.

И мне в лицо тут же ударил яркий свет фонаря.

Не, ну, это хрень какая-то. Я что, в дешёвом сериале про ментов оказался?

Я поморщился