"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Вопросов нет. — ответил я, чувствуя, как сердце увеличивает темп. Всё никак не могу понять, почему невинные девушки в весьма нескромных нарядах вызывали у меня дикое возбуждение? Хотя, может быть это у всех так? — Нам кальян и бутылочку игристого. Давай что-нибудь на своё усмотрение?

— Сделаем. — кивнула Агнет.

— Что же… Кайли. — я взял девушку за руку: — Буду очень рад познакомиться с тобой поближе!

+++

После «основного мероприятия» мы лежали на кровати. Кайли нежно прижалась к моему живому плечу и водила кончиками пальцев по торсу. Честно, я был очень впечатлен её физической подготовкой. Истинная гимнастка с идеальным телом. Мышцы, как струны… Ни единого грамма жира. Всё, как будто по волшебству ушло в нужные места. Несмотря на то, что дубликаты превосходили людей, Кайли показалась мне даже по нашим меркам слишком идеальной. Так что спешу заявить — у «Бурлеска» появилась новая звезда!

Однако, меня в ней больше поразило другое…

Несмотря на застенчивость, девушка оказалась очень общительной. Поведала мне историю, как попала на Марс… про свою напасть, и про то, как японский Клан с ней жестоко поступил в итоге. Не сказать, что я был сильно удивлен… Девушки приходят сюда далеко не от самой лучшей жизни. Я бы даже сказал, что история Кайли была стандартом. Переехала на Марс, встретила свою любовь, выяснилось, что страдает бесплодием, была брошена, и в итоге пришла сюда. Единственное отличие — японский Клан относился к подобным девушкам, как к бракованным изделиям. Никакого уважения. Никаких привилегий. Никакой помощи для звеньев. Вот поэтому я и не люблю азиатов… Злые они. Бездушные.

— У тебя столько шрамов на теле… — с ноткой грусти произнесла Кайли, проведя по груди, где проходил хвост Змеиного Короля: — А девочки сказали, что ты работаешь в пекарне. Неужели хлеб может быть настолько жесток, что пекарь ходит с протезом и старым пистолетом?

— Это ещё цветочки… Хлеб вообще сам по себе — крайне жестокий вид мучного. Я разбираюсь с ним уже давно. Правда, ранг главного пекаря получил всего неделю назад.

— На Земле тоже пёк булочки?

— Да… В Кандагаре, Афганистане, Африке… да много где. Так уж получилось, что всем нужны пекари. Всюду возникают мучные конфликты… Целые страны утопали в муке на моих глазах.

— Наверное, жуткое зрелище… Я не люблю пекарню и всё, что с ней связано. Мучное не для меня… Я миролюбивый человек. — вздохнула она, проведя кончиками пальцев по моему прессу: — Если бы у тебя была семья. Жена… дети. Ты бы продолжал печь хлеб?

— У меня уже были дети, когда я пришёл в пекарню.

— Ужас! — шокировано ответила Кайли, и приподнявшись, заглянула мне в глаза: — Какого это… окунаться в муку с головой, когда дома ждёт семья?

— Тяжко. — вздохнул я, гладя ночную подругу по шелковистым волосам: — Но я это делал сугубо ради них! Когда в твоей семье появляются дети, ты… готов буквально на всё ради них. Правда, когда они подросли, я начал осознавать, что слишком часто пропадаю в пекарне. А хочу быть рядом с ними… Хочу участвовать в их жизни. Поэтому начал продавать печки, противни, газовые болоны, фурнитуру… Вообще всё, что связано с пекарней.

— Погоди, так значит… Ты был нелегальным шаурмщиком?

— Я был хорошим отцом. Только и всего.

— Но разве дети могут оправдать преступление?

— Я могу. Так уж вышло, что жизнь сделала меня крайне целеустремленным человеком.

— А они знали о том, чем их папа занимается?

— Потом… Не сразу. — ответил я, проведя по плечу Кайли: — Я отдавал себе отчёт. Знал, что причиняю миру вред. Думаешь, почему я связался с пекарней тут?

— Это не та пекарня. Это хлеб во имя людей!

— И там, и здесь тоннами сыпется мука… Только там я был вне закона. А тут я пеку под эгидой государства.

— Грустно это. — Кайли нежно поцеловала меня в щеку: — Ты такой классный и добрый… Но в тоже время такой холодный и жуткий.

— Люди не бывают однобокими. Мы видим черное и белое лишь до определенного возраста. Потом черное перемешивается с белым и получается серое… Когда ты это осознаешь — начинается взросление. И я такой же.

— Серый?

— Именно…

— Ого! — пальцы Кайли провалились в небольшую впадинку на моей груди: — А этот шрам выглядит свежим… Что-то страшное произошло?

— Типа того… Но я не думаю, что эта история будет тебе интересна.

— Почему же? — удивилась моя новая ночная подруга: — Работа обязывает меня пополнять багаж знаний, чтобы мне было, о чем поговорить со своими гостями. Да и к тому же, интересные истории меня очень завораживают!

— Хех… завораживают. — усмехнулся я: — Мне дали задание по защите одной ма-аленькой булочке, которая была немного не такая, как все. Злые хлебцы и багеты устроили за ней настоящую охоту. Меня позвали охранять эту бедную булочку. В итоге на нас напало два отряда грозных лавашей. Мне в подмогу дали двух шеф-поваров с верхушки… Они мнили себя мастерами высшего уровня, а в итоге чуть не погибли. Я мнил себя мастером лучше и…

— Тоже чуть не умер? — Кайли смотрела на меня максимально заинтересованным взглядом.

— Верно… Как говорится — не суди, да не судим будешь. В общем, я смог разобраться с грозными лавашами. Но потом к нашей вечеринке присоединился здоровенный каравай в броне. У ваших их обычно называют бодикадо.

— Серьезно?! — глаза девушки округлились от ужаса: — Но это же элитные бой… хлебцы! Их выпекают при особых условиях. Элита среди элит!

— Я знаю. Но проблема была в том, что каравай заковали в броню. Передвигался неуклюже. Крайне медленно! Но это не мешало ему наносить сокрушительные удары, от которых я хотел позвать мамочку. Честно, я тогда впервые за долгое время испытал легкое сомнение.

— Но ты же тоже не простой пекарь, верно? — очарованно улыбнулась Кайли: — И что было дальше? Мне не терпится узнать!

— Я нашёл у него слабое место между бронированными пластинами. Ранил… Но этот хлебец даже не думал сдаваться! В итоге, мне пришлось схватить булочку, и побежать в самый конец поезда, где уже была установлена растяжка с дрожжами.

— Ого! И бодикадо повёлся на такое?

— Нет. — улыбнулся я: — На то он и бодикадо. Конечно же, растяжку он заметил! Но я же до этого пытался пробить его броню. Увы, автомат не подействовал. Здоровяк продолжал спокойно идти к своей цели. Но вот дробовик, поскольку имел хороший отталкивающий эффект, мог немного сдвинуть бодикадо. И как только здоровяк подошёл к растяжке и начал насмехаться над моей глупостью — бах! Я выстрелил из дробовика, и бодикадо рухнул прямо на растяжку.

— И всё?

— Ну… Потом мне в грудину воткнулся рог с его шлема. И я почти умер.

— Здорово! — Кайли обрадованно запрыгнула на меня верхом: — Всё же, работа пекаря, хоть и опасная, но крайне крутая!

— Я бы не сказал, что победил честно. Не будь у бодикадо доспехов, он бы меня пустил на фарш.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Я знаю свои силы и умею оценивать ситуацию.

— Да ну брось! Главное, что ты его победил. Он сам виноват, что не подготовился к битве… — Кайли приблизилась ко мне, и заглянула в глаза: — Я буду называть тебя… Убийцей рыцарей!

— Слишком пафосно. Да и к тому же, у меня есть погоняло. — с улыбкой ответил я: — Знаешь, а я всё же запишу тебя в список моих любимых девочек…

Дверной замок вдруг начал странно пиликать. Кайли испуганно посмотрела на дверь, и тихо прошептала:

— Нас… пытаются взломать…

— Да неужели?

Дверь благополучно щелкнула и распахнулась.

— Ма-а-а-арк… — прошипела Хельга, злобно улыбаясь: — Ты разбиваешь мне сердце… Краска сойдет через три дня! А вот зияющая рана в душе — никогда…

— О, нет… — ужаснулась Кайли: — Хельга, но так нельзя! Если руководство узнает… тебя могут оштрафовать! И где сестренка Агнет?

— Заткнись, сисястая поедательница суши… И слезь с моего ПОЧЕТНОГО ГОСТЯ!!! — проурчала красновласая мастерица: — Веселитесь тут… А, сестренку Хельгу нагло отвергли и выбросили…