История гестапо - Жак Деларю

«Со своей стороны господин Нордлинг обязуется добиться освобождения пяти немецких военнопленных в обмен на освобождение каждого из вышеупомянутых политзаключенных».

Этот последний пункт не был выполнен. Продвижение союзных войск и отступление оккупантов помешали немецким властям потребовать его выполнения.

Очень важно было добиться немедленного освобождения тех арестованных французов, в отношении которых возникали опасения, что немцы попытаются уничтожить их в камерах, как это случилось в тюрьме города Кана. 17 августа открылись двери парижских тюрем, но в Роменвиле и в Компьенском концлагере сложилось иное положение. Здесь эсэсовское начальство, сотрудники гестапо и СД отказались выполнять указания фон Хольтица, сообщив, что подчиняются лишь указаниям Оберга.

В Компьене гауптштурмфюрер Петер Илерс, сотрудник СД, также отказался освободить заключенных вопреки всем просьбам господина Граммонта и господина Лагиша, уполномоченных представителей Международного Красного Креста, и даже потребовал ареста посредников, которые были вынуждены спешно ретироваться.

На следующее утро, 18 августа, исполняя указания Оберга, он отправил в Германию эшелон, увозивший 1600 заключенных. Почти все они в Германии умерли.

Это был последний приказ, отданный Обергом в столице Франции. В тот же день утром Оберг, Кнохен, Шеер, начальник орпо, и последние сотрудники гестапо покинули Париж, устроив в городке Виттеле наподобие своего управления, так как Верховное командование объявило, что на востоке Франции фронт будет стабилизирован.

20 августа Кнохен решил отправить одну из зондеркоманд в Париж с поручением остаться там как можно дольше и регулярно сообщать ему по радиосвязи о развитии событий. Возглавил эту экспедицию Нозек, который в июне 1940 года входил в группу, прибывшую для усиления зондеркоманды Кнохена. 21 августа 11 человек, из которых 5 были французы, взяли курс на Париж, передвигаясь на четырех машинах, одна из которых была передвижной радиостанцией. 23 августа, когда дивизия Леклерка подходила к Рамбуйе, эта зондеркоманда уже двигалась по пригородам Парижа. Однако атмосфера накалилась – парижане были слишком возбуждены ожиданием предстоящего освобождения, и маленькая немецкая группа сильно рисковала оказаться в плену. Нозек решил ограничиться разведкой обстановки в окрестностях города, после чего зондеркоманда развернулась и обосновалась в городке Mo. Нозек оставался там до 28 августа, когда ему пришлось спешно покинуть город, чтобы избежать встречи с американскими танками, готовыми отрезать ему дорогу к отступлению.

Последние гестаповские группы покидали Париж почти в таких же условиях, в которых они в июне 1940 года прибыли в этот город. Кнохен, будучи душою своих служб, единственный устоял у штурвала своего зловещего корабля в течение всего периода с 14 июня 1940-го до 18 августа 1944 года вопреки самым злостным противникам. Но война во Франции для него еще не кончилась.

Глава 2

Волки пожирают друг друга

В самой Германии ликвидация заговора 20 июля и устранение Канариса повлекли за собой последнюю модификацию служб РСХА. Военный отдел, созданный в РСХА в феврале для того, чтобы заменить службы абвера, был упразднен. Его начальник, полковник Хансен, был повешен; весь личный состав, перешедший из абвера, подвергся чистке, а сам отдел был распределен между гестапо и СД. В гестапо были переданы службы, занимавшиеся шпионажем, контршпионажем, забросом агентов-парашютистов и диверсионных групп. СД были подчинены группы сбора военной информации. Каждое подразделение гестапо и СД отныне дублировалось подчиненной ему службой того же названия, но с пометкой «Воен.».

Заговор 20 июля окончательно убедил Гитлера в том, что он не может доверять армии, «этой реакционной клике», которую необходимо поставить на место.

По предложению Мартина Бормана молодые члены партии, фанатично преданные режиму, были выдвинуты на офицерские посты и направлены в каждую воинскую часть, чтобы следить за политическими настроениями коллег. Докладывали они лично Борману – хранителю нацистской идеологии, сообщая о том, что казалось им недостаточно национал-социалистическим. Тут же Борману было доложено о «недопустимо пораженческих настроениях в группе армий, действующей в Силезии», ибо она сдавала свои позиции под натиском советских войск.

Гиммлер, в зените своей славы, наконец получил командование группой армий. Завершавшийся 1944 год пополнил его эсэсовские войска семью новыми дивизиями. К концу года должны были сформировать две дополнительные бригады из голландских и французских «добровольцев». Эти своеобразные добровольцы, будучи раньше полицаями, покинули свои страны в обозе отступавших оккупантов, чтобы избежать казни. Их оперативно завербовали в добровольческую штурмбригаду СС.

На востоке Франции немецкие войска, следуя категоричному приказу Гитлера, вступили в ожесточенные бои. Союзные войска вышли к Рейну и к франко-германской границе на всем ее протяжении только к началу 1945 года.

20 августа Оберг и Кнохен устроили в Виттеле свою штаб-квартиру. Тут же их настигли две плохие новости. Первой было составленное в чрезвычайно оскорбительных выражениях письмо Гиммлера. Рейхсфюрер упрекал их, используя весьма резкие обороты речи, в том, что они позволили себя арестовать 20 июля, не оказав ни малейшего сопротивления, и ставил под вопрос их честность и мужество. Несколькими днями позже, в конце августа, Кальтенбруннер грубо потребовал Кнохена в Берлин. Получив такой вызов, Кнохен не стал заблуждаться на свой счет. Во время пребывания в Париже его не трогали, опасаясь нарушить ход работы служб гестапо. Конец немецкой оккупации Франции поставил конец этим соображениям, и его враги смогут теперь добиться его опалы. Действительно, сразу после приезда в Берлин Кальтенбруннер поставил Кнохена в известность о том, что он лишен всех чинов и переводится в качестве простого гренадера в войска СС.

Кнохена немедленно определили в «Лейбштандарте Адольф Гитлер» и отправили в учебный лагерь Бенешау в Чехословакии для обучения противотанковой борьбе. Его собирались отправить во фронтовой отряд, когда ему пришел вызов в Берлин. На этот раз его официально уведомляли о том, что Гиммлер вернул ему свое расположение и назначал на высокий пост в РСХА. 15 января Кнохена включили в специальную службу, которой поручалась организация деятельности новых групп в СД, взявших на себя обязанности прежнего абвера. Падение Германии не оставило ему времени для завершения этого дела.

В Виттеле Кнохена сменил оберштурмбаннфюрер Зухр, бывший руководитель тулузской службы. Гиммлер приказал воссоздать организацию на еще оккупированном клочке французской территории и создать базу для переправки агентуры в освобожденные районы Франции. Агентов следовало набрать из числа французских коллаборационистов, нашедших убежище в Германии.

В сентябре Гиммлер приехал в Жерардмер, чтобы встретиться с генералом Бласковицем, который принял командование группой армий Н, оставив пост командующего группой армий G. Одновременно он решил провести инспекцию своей агентуры. Это был последний приезд Гиммлера во Францию. Вскоре после его приезда Оберг обосновался в Пленфене, близ города Сен-Дье. Там ему нанесли визит Дарнан и его заместитель Книппинг, обратившись с просьбой о помощи в деле улучшения материального положения коллаборационистской милиции, расквартированной в лагере Ширмек в ожидании отправки в Германию.

Из Пленфена 7 ноября Оберг направил свой приказ населению города Сен-Дье покинуть город 8 ноября[49]. С 9 по 14 ноября город подвергся разграблению: с заводов вывозилось оборудование, запасы сырья, инструменты для последующей отправки в Германию. Затем все, что нельзя было разобрать и увезти, было взорвано. После чего все дома подожгли; пожар продолжался трое суток. Десять жителей, пытавшихся спасти свое имущество, были расстреляны на месте. И наконец, все мужчины в возрасте от шестнадцати до сорока пяти лет были «мобилизованы на строительство оборонительных сооружений». Однако в действительности всех 943 человека просто вывезли в Германию.

18 ноября Оберг вместе со своим штабом переехал из Пленфена в Ружмон близ Бельфора. Затем они продолжили отступление. 1 декабря Оберг и Зухр со своими службами перебрались через Рейн и к вечеру прибыли во Фрибург. Наконец, 3 декабря они добрались до Цвиккау около чехословацкой границы, где по приказу Гиммлера расположились их службы.

Некоторое время спустя Оберг получил назначение на командный пост в группе армий «Вейхзель» под началом самого Гиммлера, который взял на себя руководство этой группой. Таким образом, Оберг завершил полицейский этап своей карьеры, перейдя в ряды фронтовых эсэсовцев.