Братство «Колокола». Секретное оружие СС - Джозеф Фаррелл

Итак, существует большая вероятность того, что в конце войны Борман создал специальную «эвакуационную команду» для переправки в США на подводной лодке «U-234» материалов для изготовления атомной бомбы, если не готовую бомбу. Как говорится в моей более ранней публикации в «Джейнс дефенс уикли», автор и журналист Ник Кук, изучавший результаты исследований Игоря Витковского, отмечает, что. Борман сформировал эту команду и передал ее в прямое подчинение генералу СС Гансу Каммлеру вместе со специальным подразделением люфтваффе, состоявшим из транспортных самолетов со сверхдальним радиусом действия. По всей вероятности, эти гигантские «Ю-390», «по чистому совпадению» базировавшиеся в Нижней Силезии и бесследно исчезнувшие впоследствии, и перевезли Каммлера, «Колокол» и соответствующую документацию. Куда? Ответ на этот вопрос очевиден: разумеется, в США.

Каковы бы ни были технические навыки немецких ученых, в НАСА те проявили настоящее искусство конформизма. Мы уже отмечали в главе 3, как быстро удалось Вернеру фон Брауну подружиться не только с Дж. Эдгаром Гувером, но и лидером могущественного демократического большинства в Сенате Линдоном Джонсоном, чье мнение о необходимости космических полетов и милитаризации космоса хорошо известно.

Независимость немцев от их американских хозяев проявилась очень рано, во время так называемого «инцидента в Хуаресе», когда в Уайт Сэндс проводились испытания модернизированной «Фау-2» повышенного радиуса действия. Проект носил название «Гермес», и руководил им ученый из «Скрепки» Эрнст Штайнхоф. Ракета отклонилась от заданного курса и упала в районе города Хуарес в Мексике. Штайнхоф, который мог отдать приказ уничтожить ракету в полете, когда она отклонилась от курса, конечно же, не сделал этого.

Дискуссия по поводу инцидента в Хуаресе заслонила более серьезную проблему в Уайт Сэндсе и на военной базе в Форт Блиссе в Техасе. То, что случилось там, являет собой наглядный пример полного отсутствия в армии контроля над врагами, которые, как считалось, представляли угрозу внутренней безопасности США. Хотя неоднократно раздавались заявления о саботаже и приводились свидетельства крупных нарушений требований безопасности, «не было ни одной попытки взять их под стражу». Армейские офицеры, в ведении которых находилась группа, почти не контролировали деятельность немцев, ни на территории базы, ни за ее пределами[534].

Впоследствии немецкие ученые из «Скрепки», работавшие в НАСА под руководством Дебуса, фон Брауна, Артура Рудольфа и других, демонстрировали такую независимость, что возникла проблема совершенно иного рода.

Джеймс Уэбб, второе лицо в администрации НАСА, жаловался на то, что немцы пытались в обход договоренностей сконструировать на территории центра ракету-носитель «Сатурн-5». Рокко Петроне, ставший директором в 1973 году, говорил, что Уэбб считал необходимым усилить контроль над деятельностью группы[535].

Другими словами, немцы из «Скрепки» пытались, в нарушение процедуры подачи заявки правительству США на получение контракта и используя технические возможности НАСА, сконструировать гигантские ракеты-носители «Сатурн-5 Аполлон». Возможно, они просто устали от бюрократической волокиты. А может быть, все было гораздо серьезнее.

Из Франции тоже приходили тревожные известия. Немецкие ученые, работавшие там над проектами, которые должны были обеспечить Францию собственными космическими ракетами-носителями и баллистическими ракетами наземного и подводного базирования, вели себя точно так же. Полковник Фрэнк Рид был озабочен таким положением дел с безопасностью, поскольку

он только что вернулся из поездки в Сен-Луи во Франции, где примерно такая же по численности группа немецких инженеров-ракетчиков работала на французское правительство. Французский комендант сказал Риду, что у него есть ощущение, будто его немцы получают приказы из Германии и работают на возрождение Третьего рейха[536].

Другими словами, независимо от того, принимает кто-то или нет гипотезу продолжения независимой реализации нацистами их секретных проектов, поведение немецких ученых по крайней мере в двух странах, являвшихся союзниками во время войны, свидетельствует о существовании координации действий между ними, осуществлявшейся из некоего центра, и таким центром могла быть либо организация Гелена, либо «O.D.E.S.S.A», либо какая-то другая подобная международная нацистская сеть.

И это отнюдь не досужие домыслы. Исследователь операции «Скрепка» Том Боуэр привлек внимание к интересному факту — руководство американских спецслужб очень скоро поняло, что какая-то нацистская командная структура сохранила свою целостность и функционирует в среде немецких ученых-ракетчиков:

Трое ученых из Пенемюнде, все антифашисты, отказавшиеся сотрудничать с американцами, поведали Осборну о том, что строгая иерархическая структура в ракетной группе, с Дорнбергером, Акстером и фон Брауном во главе, сохранилась, несмотря на капитуляцию Германии. Перед допросами, проводившимися американцами, этот триумвират и их заместители объясняли каждому ученому, о чем можно и о чем нельзя говорить. Установка была вполне определенной и однозначной: раскрывать не более того, что необходимо для пробуждения технического и научного интереса, и не вдаваться в детали, дабы американцы не смогли обойтись без их помощи… После допроса каждый немец подробно рассказывал своим коллегам о его содержании, чтобы те точно знали, что именно известно американцам на данный момент. Осборн также выяснил, что те ученые, которые критиковали Дорнбергера или не подчинялись его указаниям, подвергались наказанию[537].

Д. «Череп и Кости» и «Тайная Германия»

Но немецкие и нацистские следы в убийстве Джона Кеннеди и в деятельности полумифической группы «Мэджик-12» — это не просто исторический феномен относительно далекого прошлого. Влияние этих сил ощущается до сих пор.

Вспомним президентские выборы 2004 года в США, привлекшие на короткий срок внимание общественности и затем быстро забытые, поскольку их заслонили куда более важные вопросы. Кандидаты от двух крупнейших политических партий — президент-республиканец Джордж Уокер Буш и сенатор-демократ из Массачусетса Джон Кэрри — имели между собой нечто общее. А объединяло их то, что на старших курсах Йельского университета, где учились оба кандидата, они вступили в одно и то же тайное общество «Череп и Кости».

Тогда, с определенной точки зрения, результат выборов не имел особого значения, так как в любом случае в Белом Доме оказывался член общества «Череп и Кости». Если бы данное общество представляло собой какое-нибудь невинное студенческое братство, тогда все было бы в порядке. Но общество «Череп и Кости» не было обычным студенческим братством, и его члены не были обычными людьми.

Отец президента Буша, бывший президент Джордж Герберт Уокер Буш, тоже был членом этого общества, как и его отец, бывший сенатор Прескотт Буш, как и бывший президент Уильям Говард Тафт… и так далее. Этот список включает в себя видных служителей церкви, бизнесменов, юристов и государственных деятелей.

Хотя в настоящей книге нет места для исчерпывающей истории общества «Череп и Кости», нам важно отметить, что основано оно было в Йеле в 1832 году, имело немецкие корни и являлось первым и, возможно, не единственным филиалом некого очень тайного общества, существовавшего в то время в Германии, название которого, похоже, никому не известно[538]. Причастность его членов к таким сферам, как религия, юстиция, финансы и политика, вызывает ассоциацию с одним немецким обществом со сходными интересами, ритуалами посвящения и целями, а именно — с баварскими иллюминатами Адама Вейсгаупта. Мы уже говорили о том, что Борман выбрал себе место жительства неподалеку от Ингольштадта.

Вспомним, что значительная часть состояния семьи Бушей было нажито Прескоттом Бушем благодаря его немецким связям, позволившим ему установить деловые контакты в нацистской Германии. Эти контакты были сочтены столь обширными, что коммерческая деятельность Прескотта Буша подпала под действие «Акта о торговле с врагом» («Trading with the Enemy Act»)[539].

Его сын, Джордж Герберт Уокер Буш, стал техасским нефтяным магнатом, основав компанию «Сапата ойл», и впоследствии занимал посты директора ЦРУ и вице-президента при президенте Рейгане. Во время предвыборной президентской кампании Рейгана в 1980 году и собственной кампании Буша в 1988 году республиканский национальный комитет опирался на поддержку необычных и весьма могущественных политических союзников — группы восточноевропейских эмигрантов, чьи лидеры под личиной безупречной респектабельности скрывали свое фашистское и нацистское прошлое[540].