Темпус - Дмитрий Шмелев

Парой минут спустя один из людишек (а это были именно они) не выдержал и пошевелился, тут же выделившись боковым зрением. Опасности в движении обнаружено не было, так что организм моментально успокоился, продолжая разминку.

Забавно. Я сказал людишки, а не люди. И ведь звучит без презрения, констатацией факта: людиш-шки. Словно всю жизнь их так называл. В моем прошлом мире была одна фраза, как нельзя кстати подходящая к сложившейся ситуации: Многие просто пользуются своим телом вместо того, чтобы быть им. Неужели произошло окончательное слияние с носителем?

— Где мы? — закончив разминку, вопросил я.

Сокамерники, переглянувшись с друг-другом, промолчали. Немые, вредные или просто дебилы?

— Где я? — добавив строгости, изменил немного вопрос.

Людишки снова переглянулись и один из них с усмешной ответил:

— В казематах…инквизиции. Слышал о таких?

Услышанное повергло меня в ступор лишь на секунду, тут же сменившись лихорадочным бегом мыслей.

— Каждый день здесь бываю. — фыркнув, я направился к двери камеры.

Тоже мне, крестьянина нашел, реакцию проверять да запугивать. Инквизиция — это даже хорошо, ибо дварфы — у них. Возможно даже в соседней камере. Все складывается до жути удачно — осталось лишь выбраться. Очень и очень надеюсь, что коротышки не ослабли до полусмерти — тащить на себе с десяток бородатых туш в таком состоянии практически невозможно.

Защитных чар, подобных окну в комнате Вейлы, на двери камеры не обнаружилось — обычная железяка, хотя и довольно толстая. Всего-то делов! Обыскать — обыскали, но… Я ухмыльнулся, приготовившись к вызову Керро'тарна. Затем, задумавшись, замер.

После беспорядочной пальбы на максимальной мощности лук сильно поиздержался — недаром мне поплохело после очередного его использования. Вариантов всего два: или превращаясь в овоща, не способного даже сходить под себя, используя свою душу, или же найти способ зарядки. Чем-бы подкормить лук, находясь взаперти? Или вернее — кем-бы?

Тело автоматически развернулось и сделало два шага к сокамерникам. Те моментально насторожились и, подобравшись, слегка отодвинулись. Нет, слияние определенно произошло! Сам бы я до этого не додумался — слишком… Нечеловечно. Негуманно. Да и действует организм на автопилоте — быстро, решительно. Людям свойственно колебаться перед принятием решения, а тут…

Людиш-шки. — прошипело где-то на краю сознания. — Пищ-ща.

В чем-то он прав. Может и впрямь зарядить лук за их счет? Вернее, их душ. Хи-хи.

Чай, обычных людей в кутузку не упекут, по крайней мере в этом мире. С другой стороны… инквизиция — не ГУВД и сбором улик может не заниматься. Первых попавшихся хапнули, да на костер. Еретики, мол. Отступники! Сжечь!

Раздавшийся шепот снял все вопросы.

— Говорил же — надо его пришить! Вон, вертится как — ну точно припадочный! Ка-ак набросится щас, да укусит…

Носитель машинально поморщился — больно надо тебя, вонючку, кусать. Вот если печень вырезать, пока ты еще жив, да на углях немного поджарить — это да-а, это вкусняшка.

Опомнившись, я испуганно зажал рот руками, словно боясь, что это будет произнесено вслух. М-машу вать. Оно-то конечно понятно, что дроу — отнюдь не милые и пушистые, но чтобы настолько…

— Нельзя его пришивать, Шило. — возразил первому другой сокамерник. — Вдруг он из наших?

Эх… Зря ты это сказал. Ж-жуть как не люблю бандитов. Все, что надо для принятия решения, было услышано. Отстранившись, я предоставил носителю полную свободу действий.

Дроу лишь ухмыльнулся, шагая вперед.

Креол, воин пятого звена инквизиции, дернулся от крика и поморщился. Бросок костей оказался неудачным — сегодня ему не везло. Бравур, его напарник по смене, выигрывал уже четвертый раз подряд. Скотина толстая.

— Прро-веррьте. — рыкнул начкар, развалившийся неподалеку. Стражники, нехотя заворчав, прервали игру и, поднявшись, лениво поплелись к камере N7. Честно сказать, резон в словах капитана был: истошные крики доносились оттуда уже не впервой. Думали — поорут и заткнутся, но нет… К тому же поди, попробуй возрази начкару. И оплеухи не надо: щелбан отвесит — до конца коридора улетишь.

Встав у двери, Креол принялся рыться на поясе. Камер заполнялось все больше и больше… Связка ключей становилась все толще и толще…

Бравур, оперевшись о косяк двери, сочувственно вздохнул. Раньше не работа была, а праздник — боковое ответвление тоннелей, для особо важных заключенных. Минимум узников, максимум пропитания. Отдыхай не хочу. Теперь же… Как герцог власть взял — понеслось. Бородачей этих сюда запихали — зачем, спрашивается? Нет бы удавить, да в колодец. Питание им трехразовое, тьфу! Нет бы стражу свою так накормить, как этих чертовых коротышек!

С другой стороны — не буянят, уже хорошо. Возможно в этом им помогает сонное зелье, что Креол часто в питье подсыпает — чем плохо? И дварфы не помнят, что им ужин не дали, и напарники сыты, да рады. Кормили недорослей вкусно, уж он-то распробовал…

Наконец найдя нужный ключ, Креол отпер дверь и, уронив челюсть, стремительно побледнел.

— Приф-фет. — радостно блестя красным глазом, прошелестело что-тоинфернальное, облизывая измазанные чем-то алым пальцы.

Караульный быстро отпрянул, но увернуться не успел — когтистая рука пробила его горло, вырывая трахею. Демоново отродье, увернувшись от брызнувшей крови, плавно перетекло стражнику за спину, прикрываясь им, как щитом. Бравур, с запозданием выхвативший меч, мысленно чертыхнулся — сквозь тело напарника инфернальную тварь не достать.

— Т…! — вскинулся было он, но тут же затих, сбившись на хрип. Из его шеи, немногим выше кадыка торчал ключ — тот самый, что был в руке у Креола. Тварь двигалась быстро — слишком быстро, чтобы быть человеком. Булькнув, Бравур завалился вперед, прямиком на напарника, слабо подергивающегося от судорог. Жизнь медленно покидала их тела, уступая место посмертию. Одноглазый "демон", облизав пальцы, радостно ухмыльнулся.

Запереть в его камеру для обычныхлюдей? Что за беспечность…

— Т…! — вскинулся стражник, но был тут же убит носителем, с ювелирной точностью поразившим его горло.

— …ревога. — закончил его мысль я, морщась от бульканья и продолжая логическую цепочку. Неподалеку еще несколько воинов, возможно опорный пункт — иначе смысл кричать? Хорошо, что все тихо сделал.