Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

Уэзер глубоко вдохнула.

– У вас кровотечение, – сказала она. – Я могу сделать вам перевязку.

Глава 29

Водитель патрульной машины вжал педаль газа в пол, и его напарник, вцепившись в сиденье, крикнул:

– Медленнее! Куда ты так гонишь?!

Вжик! – и машина свернула за угол. Долетев до конца улицы, полицейские выбрались на Вашингтон-авеню и устремились к университетской клинике.

В салоне ожил голос диспетчера:

– Подробности ситуации неизвестны, но Уэзер еще жива. Лашез держит ее в операционной, что на третьем этаже. Одну минуту… Он звонит по номеру девять-один-один; хочет поговорить с тобой, Лукас…

– Нет! – крикнул Дэвенпорт. – Я не желаю с ним говорить! Лашез хочет, чтобы я услышал, как он будет в нее стрелять. Скажите ему, что пытаетесь со мной связаться.

– Понял.

Лукас сидел, сжимая в руке радиопередатчик. Мимо проносились городские улицы.

– Ты просил номер сотовой компании, – снова раздался голос диспетчера.

– Да-да, просил. – Дэвенпорт почти забыл об этом, однако моментально вытащил из кармана сотовый телефон и набрал продиктованный диспетчером номер.

– Джонсон слушает, – ответили ему.

– Говорит Лукас Дэвенпорт. Я звоню по данному номеру, чтобы выяснить, куда звонили с этого телефона.

– Вас понял. Теперь у нас есть номер. Мы проверим все сделанные с него звонки и свяжемся с вами. Можете отключиться.

– Постарайтесь побыстрее, это важно, – попросил Лукас. – Как можно быстрее.

– Это займет несколько минут.

– Буду ждать. Перезвоните мне, – сказал Дэвенпорт и, взяв в руки радиопередатчик, спросил: – Что там нового?

Полицейский на пассажирском сиденье вскинул руки вверх, как будто пытался защититься от летевшего навстречу автомобиля, однако водитель в последнюю секунду резко свернул налево, съехал с дороги, и вскоре полицейские уже катили по мосту.

– Он все еще в операционной, – сообщил диспетчер. – Еще один врач вошел туда, затем вышел. Возле больницы дежурят две наши машины, группа захвата будет там через минуту. Послушай, шеф хочет с тобой поговорить…

– Попозже. – Лукас выключил радиопередатчик и попросил: – Не выходите пока в эфир, парни.

– Почему? – спросил коп, что с побелевшим лицом сидел на пассажирском сиденье.

– Потому что Роуз Мари Рукс хочет вывести меня из этого дела, а я не могу этого допустить.

С включенной мигалкой полицейские взлетели вверх на холм на другом берегу, свернули и покатили по Гарвард-стрит к главному входу университетской клиники.

– Открой дверь, – приказал Лукас, когда машина затормозила.

Дверь открыли, и он вместе с другими коллегами выбрался наружу.

– Спасибо, я тебе по гроб жизни обязан, – сказал Дэвенпорт водителю, и все дружно бросились к входу.

В вестибюле дежурили с полдесятка охранников.

– Что тут у вас? – спросил Лукас, помахав служебным удостоверением.

– Они вышли из операционной и теперь сидят в кабинете.

– Наверху есть полицейские?

– Есть, но им ничего не видно. Дверь закрыта.

– Идем наверх, – приказал Лукас.

Он несколько раз присутствовал на операциях Уэзер, чтобы лучше понять ее работу и узнать ее саму. Дэвенпорт знал, как выглядят операционная и соседние помещения.

Наверх Лукас и его спутники поднялись на лифте. Там их встретили двое полицейских в форме. Увидев Дэвенпорта, оба с облегчением вздохнули.

– Лашез здесь, шеф. Отвел доктора Каркиннен в кабинет и требует разговора с вами, – сообщил один из них.

– С ним есть телефонная связь?

– Есть, но он говорит, что вы должны позвонить ему первым.

– Понял, – ответил Лукас и повернулся к одному из охранников. – Мне нужен подробный план этажа. И еще я хочу видеть всех медсестер и врачей, которые здесь работают.

– Вы собираетесь звонить? – спросил второй полицейский.

– Пока нет, – покачал головой Дэвенпорт. – И я не хочу, чтобы Лашез узнал, что я уже здесь. Мы должны что-нибудь придумать.

Уэзер вступила – как могла – с Лашезом в поединок. Она встала, вышла из-за стола и сказала:

– Надеюсь, с Бетти все в порядке. Вам следовало прийти на полчаса позже.

Лашез стоял возле приоткрытой двери, глядя на длинный коридор, в который вели двойные двери. Когда здесь появится Дэвенпорт, Дик выйдет из-за угла перед этими дверями. Это будет выстрел с расстояния тридцать-сорок футов.

Уэзер он слушал невнимательно и поэтому переспросил:

– Что?

– Ее родители – фермеры, – пояснила Уэзер. – Потеряй Бетти большой палец, и ей придется нелегко. Я даже не представляю, как можно работать на ферме без большого пальца. Лично я не смогла бы.

– Можно подумать, ты что-то знаешь о фермах, – огрызнулся Лашез.

– Я выросла в Северном Висконсине, в сельской местности, – ответила Уэзер. – «Как твои сестра и жена», – мысленно добавила она. – Будущие врачи начинают с того, что препарируют лягушек. Я же начала с того, что разбирала на части лодочный мотор «Джонсон», двадцатипятку, а потом собирала снова.

– У меня тоже когда-то был такой, – отозвался Лашез. – Черт, да он был у всех, у кого на севере имелась лодка.

– Да, почти у всех, – согласилась Уэзер. – Например, у моего отца.

Она продолжила рассказывать о своей семье. Затем Дик рассказал ей про Колфакс и Верхний полуостров в Мичигане, а Уэзер, в свою очередь, поведала ему о лыжных прогулках. В конце концов выяснилось, что оба знали в Херли одни и те же бары.

– От Хейварда до Херли и до самой преисподней, – пошутила девушка.

Лашез рассмеялся.

– Что верно, то верно. – Он поморщился.

– Вы сильно ранены? – спросила Уэзер.

– Да с ногами какая-то хрень, после того как тот коп выстрелил в меня в больнице из дробовика.

– Хотите, я вас посмотрю?

– Нет.

Уэзер собралась все-таки уговорить Дика на перевязку, но тут зазвонил телефон.

– Это он, – произнес Лашез и бросил на доктора острый взгляд.

«Только не сейчас, – подумала Уэзер. – Пожалуйста, только не сейчас».

– Помните о Мартине, – сказал Лукас одному из полицейских.

– Да-да, помним.

Полицейский набрал номер, и на другом конце провода трубку взял Лашез.

– Дэвенпорт едет сюда. Он еще в пути. Он был в машине «Скорой помощи» вместе с вашим другом Мартином.

– Мартин жив?

– Жив, но сильно ранен, – ответил полицейский. – Ранение в ноги. Он сдался полиции. Он будет жить.