Винс и Джой - Лайза Джуэлл

И хотя эти ответы были вполне удовлетворительными, они совсем не успокоили Винса. Потому что какой бы невинной ни была ночь (Винс вполне это допускал), факт оставался фактом: вчера ночью Джесс отправилась спать, зная, что у потенциально опасных людей есть ее адрес и ключи от квартиры, заснула непробудным сном в чужой постели, оставив свою дочь дома в качестве потенциальной жертвы.

Даже когда они уже ехали домой от Джона, обсуждая, как пойдут пить чай в парк и поедут к его маме, Винс мысленно собирал в архив своей памяти детали шокирующих похождений жены, чтобы в будущем использовать их как оружие для обстрела с высоты его моральных устоев.

– 58 –

Джой изо всех сил надавила на крышку чемодана, пытаясь застегнуть молнию.

Она уезжала всего на две недели, но совершенно не представляла, чего ожидать от поездки, и поэтому взяла с собой много вещей.

Она снова проверила паспорт, билеты и кошелек, а потом села дожидаться, когда за ней приедет мама. От Саутгейта до Хитроу можно было доехать по прямой линии, но Джой не хотела проводить целый час в метро, пытаясь не смотреть на людей и не думать о том, что собирается сделать. Поэтому ее отвозила Барбара. Она предлагала полететь вместе, но Джой понимала, что скорее из материнской заботы, чем из желания поехать. Кроме того, Джой хотела поехать в Америку одна.

Потому что там жил ее отец.

Правда, не в пентхаусе в Сан-Франциско и не в особняке в Лос-Анджелесе, а в обычном доме в Коламбусе, Огайо, со второй женой и десятилетним сыном.

Она нашла его через Интернет, словно подержанное свадебное платье или гостиничный номер в Бристоле. Чтобы найти отца, ей понадобилось три часа. Как-то слишком просто.

Она просмотрела десятки Чарльзов Юнгов, чтобы найти нужного. Порнозвезды, актеры, профессора, погибшие музыканты, электротехники. А потом нашла его, на сайте маленькой сети супермаркетов «Райзенс». Она поняла, что это он, по фотографии в разделе «Наша команда». У него по-прежнему были густые темные волосы, но спереди появилась довольно заметная седина, как у енота. Он носил очки в тонкой оправе и немного располнел, и сомнений не возникало – это он. Она поняла по глазам. Ее глазам.

В тот же день она отправила ему сообщение:

«Дорогой Чарльз!

Меня зовут Джой, а мою маму – Барбара. Мне кажется, Вы мой отец. Если это так, мне хотелось бы с Вами поговорить, но я пойму, если у Вас такого желания не возникнет.

Мне тридцать три года, я не замужем и живу в Лондоне.

Очень надеюсь на Ваш ответ».

Ответ пришел на следующий день:

«Дорогая Джой.

Да, я точно твой отец! Я счастлив, что ты меня нашла. Я часто вспоминал тебя, особенно в твои дни рождения, и гадал, какой же ты выросла. Я женат во второй раз, жену зовут Кэрри, и у нас есть сын, Куртис, ему вот-вот исполнится одиннадцать.

У меня есть две взрослые дочери от первого брака – Деанна, ей двадцать три, и Дебра – ей двадцать два. Они живут в Мэриленде с мамой, и я стараюсь видеться с ними как можно чаще.

Нам с тобой нужно очень многое обсудить. Мне бы очень хотелось поговорить с тобой лично. Может, нам созвониться?

Искренне твой,

Чарльз»

После этого они созванивались несколько раз, и довольно быстро стало ясно – может, Чарльз Юнг и не самый удивительный человек на планете, но он достаточно воспитан, вежлив и прост в общении, чтобы встретиться с ним лично.

Кэрри и слышать не захотела об отеле и настояла, чтобы Джой остановилась у них дома.

Незадолго до поездки Джой получила целый поток писем от Кэрри:

«У нас есть маленький джек-рассел-терьер Барни. Надеюсь, ты не боишься собак и у тебя нет аллергии?»

«Я застелила твою кровать пуховым лоскутным одеялом. Предупреди, если у тебя аллергия на пух».

«Я тут планирую торжественный ужин и хочу убедиться, что ты ешь мясо. В частности, говядину и курицу».

«В один из вечеров Чарльз хочет приготовить для тебя традиционные сингапурские блюда. Некоторые из них очень острые. Ты не против?»

«Куртис спрашивает, можно ли будет взять у тебя интервью для школьной газеты? (Он главный редактор! И мечтает стать международным репортером!) Его английскую «сестру» обсуждает уже весь класс!»

«Пожалуйста, не забудь свои детские фотографии! Мы с Чарльзом очень хотим посмотреть, как ты менялась и росла все эти годы».

Джой поняла, что Кэрри с огромным удовольствием занимается организацией необычной встречи. Она позвала кузин, кузенов, тетушек и дядюшек с пяти разных штатов, чтобы они тоже могли познакомиться с Джой, и, похоже, спланировала меню на все четырнадцать дней ее пребывания.

Дни в ожидании поездки тянулись долго, и Джой начала нервничать.

Выдержит ли она такое пристальное внимание?

Вдруг это будет слишком утомительно?

Вдруг ей придется проводить с Кэрри гораздо больше времени, чем с отцом?

Как ее примет Куртис?

Не будет ли пребывание слишком долгим? Или коротким?

Но она изо всех сил отгоняла от себя волнения и старалась сосредоточиться на хорошем.

Ее отец жив.

С ним все хорошо, и он хочет ее увидеть.

Она очень легко нашла его. Словно это судьба. Все случилось как нельзя вовремя.

Его семья изо всех сил старается устроить ей теплый прием.

Мама во всем ее поддерживает.

Созданы все условия для успешной, полезной поездки.

Джой осмотрела свою квартиру. Свой дом. Когда она в следующий раз окажется здесь, то будет уже другим человеком. Может, станет сильнее, а может, слабее. Но точно другим. Жизнь никогда не будет прежней.

Зазвонил звонок, и Джой встала, чтобы открыть маме дверь.

Приключения начинались.

– 59 –

На третьей неделе марта Джесс пришло электронное письмо от подруги Клэр, которая возвращалась в Лондон после пяти лет, проведенных в Австралии.

Клэр обнаружила, что Дейв, ее бойфренд и любовь всей жизни, изменяет ей с тремя другими девушками, в том числе с ее лучшей подругой. Сердце Клэр было разбито, она хотела к маме. И возвращалась домой. Через две недели.

В другой ситуации Винс не обратил бы особого внимания на эти обрывки женских сплетен с другого конца земли. Но на этот раз сплетни влекли за собой ряд значительных для него последствий. Потому что Клэр была хозяйкой их квартиры. И теперь хотела заполучить ее обратно.

Сложно было придумать более неподходящее время. После роковой ночи с потерянной сумочкой отношения Винса и Джесс висели на волоске. Джесс больше не могла отстаивать свое фундаментальное право на гедонизм и удовольствия и утратила свои позиции в спорах, из-за чего ходила мрачной и нервной. Винс тоже больше не мог оправдывать загадочную двойную жизнь жены и ее долгие отлучки тем, что она это заслужила, потому что была идеальной, безупречной матерью, и поэтому стал нетерпимым и раздражительным.