Цена его любви - Rebecca Night

Убийца.

Раньше это слово не казалось мне таким страшным, нежели теперь. Я думал о том, смогу ли я когда-нибудь принять это… Смириться…

Казалось, что не смогу.

Так прошло два дня, и я решил, что хочу видеть Алису. Я не знал, что я ей скажу, но был уверен в том, что должен к ней пойти.

На лестнице я встретил отца, который уже обо всем знал, но после происшествия видел меня впервые, ибо не решался заходить в мою комнату, а я за два дня её ни разу не покинул.

— Ну и чего ты добивался? — со вздохом спросил он после долгого молчания.

— Правды, — коротко ответил я, продолжая спускаться по лестнице.

— И как? Легче жить с правдой?

Я не стал отвечать на этот вопрос, а просто вышел из дома и сел в машину.

Когда я ехал по трассе, то и дело всплывала идея вывернуть руль со всей силы куда-нибудь на обочину. Я хотел умереть. Очень. Пару раз я даже специально перестраивался на крайнюю полосу, но все никак не решался, из-за чего считал себя трусом.

Вот бы я погиб вместе с ними. Тогда бы чувство вины не грызло моё сердце.

С каждым километром приближения к её дому становилось все беспокойнее. Когда я припарковался у неё во дворе, то просто сидел там около получаса так, будто меня парализовало.

Пришлось все-таки выйти из машины и зайти в подъезд. С замиранием сердца я поднимался на лифте наверх, с таким же замиранием позвонил в дверь… Она открыла не сразу, но все-таки открыла. Во взгляде её читалась доля презрения, но в нем было и беспокойство.

Она пропустила меня в квартиру молча. Молча подождала, пока я сниму обувь, и только потом спросила:

— Где ты был?

Я посмотрел в её голубые глаза. Веки были опухшими: она снова плакала. Мне трудно было произнести слово.

— Где ты был?! — воскликнула она, подойдя ко мне ближе, на расстояние вытянутой руки.

Я смотрел на неё и не знал, что делать. Мама говорила, что ей лучше не говорить… Может, мама была права?

— Где ты был?! — Алиса со слезами на глазах ударила меня кулаком в грудь.

Мне повезло, что это был не боксёрский удар.

— Я так волновалась! Я места себе не могла найти! А ты… Ты просто приходишь как ни в чем не бывало. И молчишь! — Она схватила меня за воротник рубашки и устремила взор в мои глаза. — Почему ты молчишь?..

Я обнял её. Молча. Алиса уткнулась в моё плечо, и я почувствовал, как сквозь тонкую ткань рубашки пробирается влага от её слез.

Мне не удавалось найти себе оправданий, поэтому я никак не мог подобрать слова.

— Я очень тебя люблю, — пробормотал я.

Наверное, это выглядело жалко. Быть может, поэтому она просила никогда не признаваться ей в любви.

— Я тоже тебя люблю. — Она перестала плакать, но не хотела меня отпускать. — Но ты такой придурок.

Если бы все было нормально, я бы просто усмехнулся и продолжил разговор. Если бы только все было нормально…

— Ну так что насчет кофе?

POV Алиса.

За последние два дня я чуть с ума не сошла. Я даже Настю отправила к Оле, чтобы она не видела моих нервных терзаний.

Насколько же сильные муки может причинить человек, которого любишь. Наверное, средневековые пытки перенеслись бы мной лучше, чем это тревожное ожидание.

Я за все это время съела одно лишь только яблоко. Больше в меня ничего не лезло.

Когда он пришёл, то был каким-то странным. Я не понимала, что могло произойти. Он старался не смотреть мне в глаза, как будто в чем-то провинился.

— Так где ты был? — спросила я, разорвав наши с ним объятия.

— Я ездил домой. Мне нездоровилось.

Я нахмурилась.

— Настолько сильно нездоровилось, что не мог взять трубку? — Я вопросительно смотрела на Диму, но он продолжал молчать. — Что-то случилось? — взволнованно спросила я.

Он коротко кивнул и прошёл к дивану.

— Мне нужно с тобой поговорить.

Я видела, что у него внутри идёт какая-то нешуточная борьба с самим собой. И один внутренний демон то и дело берет верх над другим.

Мне пришлось сесть на диван. Я в ожидании посмотрела на него. Он сел рядом, но достаточно далеко, что дало мне понять, что разговор будет нелёгким. Похоже, он хотел бросить меня.

Дима взял меня за руку.

— Я никогда раньше ни в кого так не влюблялся, — сказал он. — Конечно, были увлечения… но ничего серьёзного...

Я не понимала, зачем он тянет.

— Может, ближе к делу? — перебила я его.

— Да… — Тяжело вздохнув, он продолжил: — Мне пришлось столько всего пережить за эти полгода… Ты показала мне жизнь. И… — Он сделал паузу. — Я чувствую, что стал другим человеком. И я хочу, чтобы ты помнила об этом после того, что услышишь.

Он разбивал мне сердце тем, что так долго не мог сформулировать свою мысль. Я не знала, что он хочет мне сказать, но предчувствие моё было не из лучших.

— Знаешь, эти отношения — лучшее, что случилось со мной, — сказал он. — Но не стоило нам их начинать.

— Что ты имеешь в виду? — не выдержав, спросила я, нервно заламывая пальцы.

— Сейчас ты будешь меня ненавидеть.

— Да что ты такого сделал? — Я дотянулась до его руки и сжала ее.

— Твои родители погибли из-за меня, — выпалил он на одном дыхании.

Сначала до меня никак не мог дойти смысл этих слов. Это было то, что я меньше всего ожидала услышать.

— Что? — с улыбкой спросила я.

Мне становилось смешно только от одной этой бредовой мысли.

— Какой идиот тебе такое сказал? — Я рассмеялась в голос и поднялась с дивана.

У Димы на лице не дрогнул ни один мускул. Он продолжал смотреть на меня все с тем же убийственным выражением виноватого человека.

— Мой отец уснул за рулём. Если кто-то и виноват, то это алкоголь в его крови, — уже более серьёзно заявила я.

— Два года назад я попал в аварию, — перебил он меня. — Я несся по встречке и был пьян. Сильно пьян. Я ехал по той же трассе, что и они.

— Что ты несёшь?! — уже более серьёзно спросила я. — Ты будешь оспаривать протокол с места ДТП и заключение патологоанатома?

— Да! — воскликнул он, вскочив на ноги.

— Хорошо. Тогда расскажи мне, что произошло! Как они погибли?! — Я перешла на повышенный тон, чтобы хоть как-то пресечь поток