Королевство ангелов - Мария Кущиди

бежали по пыльной дороге изо всех сил, но внезапный хлопок заставил девушку остановиться. Холодная рука схватила ее за руку. Девушка прищурилась, как будто пытаясь спрятать глаза от солнца. Некто отвел ее в сторону, а после, петляя, нес ее воздушное тело за собой. Это был слабый человек, который просто не смог бы поднять ее на руки, но он изо всех сил пытался ей помочь.

− Бегите, Солия! Не оглядывайтесь! У него ружье?! – прокричал Тайлен, унося девушку все дальше от преследователя.

Несмотря на свою физическую слабость, виконт отлично бегал, и догнать его было очень непросто. И это не укладывалось в голове Миллиал, которая считала его неспособным на любые нормальные вещи. Его рука крепко держала ее запястье, и пальцы девушки переплели его руку, словно боясь не успеть за ним, потерять где-то позади.

Топот копыт огромного черного фриза немного отставал, и девушка с облегчением выдохнула. Они с виконтом могли убежать, скрыться, и эти радостные мысли приносили ей настоящее ликование. За ее спиной как будто расправились крылья, и она без труда летела следом за мужчиной, одновременно восхищаясь им и жалея его из-за тех ожогов, которые быстро начали растекаться по всему телу от разогревающегося солнца.

Он пошел на это, чтобы спасти ее, и девушка не сомневалась: Тайлен никогда не был чудовищем, как его представлял Шейден. Все было не так, неверно. Но жаль, что Солия так поздно это поняла.

Прогремел выстрел. Мужчина и девушка разом повалились на прогревающуюся землю. Земля судорожно дрожала от этого выстрела и приближения настоящего чудовища, которое долгое время выдавал себя за настоящего ангела. Может, так все и было, но время словно осквернило его, оборвав крылья и сорвав с головы нимб. Теперь же этот ангел стоял над телами двух близких людей, держа в руках старое (еще отцовское) ружье. Лицо его не выражало ни единой эмоции. Он наблюдал, как колышутся груди упавших на спины людей, как дыхание их сокращается, постепенно обрывается.

Тайлен не отпускал руку девушки, по-прежнему крепко ее держа. Его пальцы больно впились в нее, но Солия едва ощущала эту боль. В ее животе была огромная дыра, боль которой заглушала все остальные шрамы этого тонкого тела. Она смотрела не Шейдена, пыталась увидеть в нем того человека, которого когда-то полюбила, но так и не смогла этого сделать. Шейден погиб, испарился, и вместо него был этот монстр, который без малейших колебаний забрал себе то, что возжелал.

− С…л…я, − захлебываясь кровью, прошептал Тайлен, не сводя своих испуганных глаз с нее.

Он держал ее за руку и любовался ею, как будто признавался ей в каких-то тайных, откровенных чувствах, о которых никому никогда не мог сказать. И теперь он жалел об этом, проклинал себя за эту душевную слабость. Девушка обернулась к нему, поняла, что он хотел ей сказать. Последняя теплая улыбка Солии стала для него подарком, спасением, которое никто до этого ему не мог дать. И Тайлен слушал, как дыхание девушки замедляется, как последний ее вздох с усилием разрезал этот прогревающийся утренний воздух. Горячая слеза скользнула по его лицу, перемахнув через нос и скатившись по другой стороне лица, обожженного солнцем. Ожоги покрыли все его тело, практически не оставив живого места. Этот человек боялся смерти, боялся потерять кого-то важного, боялся, что после попадет в одно очень черное, горячее место, в котором жили мерзкие существа.

Тонкая грудь мужчины не дрожала. А рука все еще не отпускала руку несчастной невесты, счастье которой так и не сбылось в этой жизни.

С глаз Шейдена спала какая-то пелена, и он увидел, что натворил. Но признание это было недолгим. Стоило слезе горечи упасть на его руки, как черное сердце снова начало проигрывать свою проклятую мелодию. Да, это было проклятие, которое нельзя было снять, и оно нашло свою обитель в сердцах двух братьев, что никак не могли его победить. Правда, младшему удавалось это сделать, но чернота все же давала о себе знать, и Тайлен был бессилен против нее. Проклятие двойняшек семьи Даллейман заберет душу каждого наследника этой семьи и всех, кто им был дорог.

Глава 33

Чем закончилась эта история? Истории наших героев, за которым мы так усердно с вами наблюдали? Очень простыми и достаточно банальными вещами. Но рассказать о них все-таки мне стоит, чтобы обезопасить вас, дорогие читатели, от этого страшного любопытства.

Ирэн редко возвращался в Грей-Стоун, и он изменился так, что старики не узнавали в нем того хулигана, который правил на улочках маленького провинциального городка. Сильный характером и телом, этот человек посвятил себя защите слабых и беззащитных. Он мог бы прожить достойную жизнь, испытав на себе все, что хватало всем людям для полного счастья, если бы не попал в одну передрягу. Правда, спасая девушку от шайки беспринципных бандитов, он и не заметил, как давно перестал быть похожим на них.

Когда Ирэн не вернулся в следующий раз, чтобы навестить своего лучшего и единственного друга, Вальям понял, что он больше не увидит его. Но это падение в бездну чернокрылого ангела было достойным похвал людей, которые позже узнали о его подвиге от спасенной им девушки.

Спустя десять лет многое изменилось, набрало силу и приобрело иную жизнь. Мильвен Ажерван, родившийся в семье слуг, талантливый садовник, не стал тратить наследство своего единственного друга, с которым он не виделся с того самого момента, как получил от него письмо за завтраком. Этот сильный духом молодой человек, избавившись от гнетущих воспоминаний и проклятущей серебряной шкатулки, начал новую жизнь, которая принесла ему счастье и известность. Первым делом он поехал к матушке, чтобы рассказать ей о своем друге и перевезти ее в особняк Штокс. Но Саналия не приняла его предложение, хоть и была горда своим сыном. У нее в этом городке было очень важное дело, которому она посвятила свою дальнейшую жизнь. Правда, и имя у этого дела тоже имелось, но называть его она не стала Мильвену. Сохранить тайну маленького ангела она поклялась и сдержала это слово, наблюдая, как растет, взрослеет ее дитя, этот мальчик с чудесными бирюзовыми глазами, которые удивляли горожан. Но еще больше все дивились его лекарскими способностями, а многие даже приезжали только ради того, чтобы взглянуть на этого чудесного человека. О шрамах своих Вальям забыл и никогда не возвращался к прошлому, в тому городу, в котором его наделили ужасным проклятием. Но проклят был не он, а люди, потерявшие свои чистые души и все, что позволяло назвать их честными людьми.

Мильвен не стал наседать на матушку и принял ее