Еврейская сага - Пётр Азарэль

постоял под тёплыми приятными струями и, сбросив с себя свой махровый халат, прилёг рядом с ней.

Они проснулись утром после бурной ночи любви, привели себя в порядок, выпили кофе с пирожными и вышли из дома. В восемь он уже вошёл в отдел, подмигнул Джефри и принялся за работу. Очередное слушание было запланировано на пятницу, и Санька, отложив все дела, стал готовиться к докладу. В обеденный перерыв он спустился в столовую. Эвелин, как ни в чём не бывало, прошла мимо него, разговаривая с отцом, и, сев за стол в конце зала, посмотрела в его сторону. Он поймал её взгляд и кивнул в ответ. К концу рабочего дня он позвонил домой и, поговорив с женой, попытался ещё что-нибудь сделать. Но сказалась бессонная ночь, его неудержимо клонило ко сну. Санька взял саквояж и вышел на улицу. В его голове всё ещё полыхали воспоминания о восхитительной ночи. Ему стало ясно, что пора остановиться, так как разгорающийся всё ярче роман может стать необратимым. Дома он пожаловался Вике на переутомление от поездки, поел приготовленный ею ужин, прилёг на постель и мгновенно провалился в царство Морфея. Она не стала его будить, и, озадаченная, смотрела на загадочное лицо спящего мужа.

В пятницу в зале совещаний опять слушали его. Эвелин и её коллеги были довольны продвижением проекта, который частично уже находился на стадии программирования. Она поблагодарила его за работу, и первая вышла из зала. После обеда она позвонила и попросила задержаться и зайти к ней в половине шестого. Она на этот раз не поднялась ему навстречу, а осталась сидеть в кресле перед большим письменным столом. Санька увидел на её лице бледность, которой раньше не замечал. Несколько минут она молча смотрела на него.

— Садись, Алекс. Хочу с тобой поговорить.

Он сел в кресло напротив неё по другую сторону стола, несколько обеспокоенный неожиданным началом разговора.

— Ты бледная, Эвелин. Что-то произошло?

— Я беременна. Вчера врачи подтвердили. Я предохранялась, но ни один препарат не устоит против силы страсти. Я ни о чём не жалею, потому что полюбила тебя не на шутку. Сегодня всю ночь не спала, думала, что делать и что сказать тебе. Утром поняла, что ребёнок, рождённый в любви, не должен умереть. Я буду рожать.

— Я тоже тебя люблю. Это и мой ребёнок.

— Ты чудесный человек, но наивный. Не могу я в своей компании объявить, что ты отец. Я потеряю лицо. Выйти за тебя замуж я не могу. Ты женат. В Соединённых Штатах это серьёзно. Я католичка и узы брака в моей церкви очень соблюдают. У тебя есть жена, дочь и скоро родится сын. Не имею права разрушить твою жизнь, как бы мне этого не хотелось. Меня осудят за безнравственный поступок, и наша взаимная любовь не станет оправданием в их глазах.

— А как же ребёнок? Ты останешься с ним одна.

— Ты ещё не совсем понимаешь психологию американцев. Для них жизнь, дети — подарок Всевышнего. Ты очень красивый мужчина, я тоже не дурна. собой. У меня будет красивый ребёнок, и это не помешает мне выйти замуж за достойного человека.

— Но в таком случае я не смогу работать в компании. Это будет двусмысленно и некорректно с моей стороны.

— Милый, проект, к всеобщему изумлению, продвигается хорошо. Думаю, через месяц у тебя будут готовы все математические модели и методы вычислений. А я напишу на тебя прекрасную рекомендацию и представлю моему другу, вице-президенту торгово-финансовой корпорации. Он мне не откажет и возьмёт тебя на приличную ставку. Этот месяц мы вряд ли сможем встречаться, учитывая моё интересное положение. Иди, дорогой мой, домой к жене. Пока ничего ей не говори об увольнении. Зачем ей лишние волнения. Потом, когда устроишься на новом месте, скажешь.

Эвелин поднялась из-за стола и, пройдя мимо него, выбежала из кабинета. Как только она закрыла за собой дверь, разрыдалась и направилась в туалет, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Санька, не дождавшись её, спустился в свою комнату и, взяв дипломат, вышел на улицу. Он в который уже раз убедился в том, что любовь между мужчиной и женщиной не может быть без последствий.

В первые дни после разговора с Эвелин он очень тосковал по ней, сознавая, что роману приходит конец и последующее его увольнение поставит последнюю точку в их отношениях. Он везде искал её, а когда находил, пытался поймать её взгляд, чтобы увидеть в нём зов страсти и приглашение к любви. Но она казалась равнодушной, и он не представлял, чего ей это стоило.

9

С родителями Санька и Вика говорили каждую неделю. Обычно это происходило в воскресенье до обеда. В Москве тогда уже наступал вечер и все были дома, если, конечно, не собирались в театр, кино или к кому-нибудь в гости. Хотя случалось это в последнее время всё реже. Разгул бандитизма и преступность, всегда усиливающиеся в эпоху социально-политических и экономических перемен, не поощряли желание выходить из дома.

Должны были звонить родители, и Санька, услышав звонок, поднял трубку.

— Здравствуй, папа.

— Привет, Саня. Сегодня у нас бабушка и дедушка. Они хотят услышать тебя и Женечку. Что у вас нового?

— Всё в порядке. Меня ценят, ко мне хорошо относятся. Получил пару дней назад приличную зарплату. Вика учит язык. Женька в детском саду, где много детей эмигрантов из бывшего Советского Союза. Ей нравится. Сегодня пойдём в парк аттракционов. Я давно ей обещал.

— Женечка рядом?

— Да.

— Позови её. Даю трубку Соне.

Он подозвал дочку, и она стала бойко отвечать на вопросы бабушки.

Потом отдала трубку Саньке и убежала в детскую.

— Санечка, у тебя дочка умница, каким и ты был в её возрасте.

— Так яблоня от яблока не далеко падает.

— Тут Марик вам большущий привет передаёт.

— Скажи ему, бабушка, что мы обязательно увидимся. Вы же у меня крепкие.

— Конечно, сыночек. Вот мама хочет что-то сказать.

— Здравствуй, мамочка.

— Здравствуй дорогой. Вчера я звонила Мине Яковлевне. Наконец они подали документы в американское посольство. Скажи Вике.

— Обязательно. Как сестрёнка?

— Нормально. Говорит, Юлик, её одноклассник, недавно в Израиль уехал.

Из нашего института многие собираются эмигрировать. Уже не боятся об этом говорить.

— Вы тоже приедете. В Нью-Йорке, я слышал, еврейская община является гарантом и оплачивает ваш приезд. Собираюсь пойти туда и всё выяснить. Но на их деньги не проживёшь. Поэтому так важна для меня работа. Мне нужно вас содержать какое-то время, пока вы не получите государственное пособие.

— Я