100 великих замков - Надежда Ионин

Французский флибустьер барон де Пуэнти в 1697 году решил высадиться в стороне от Картахены, чтобы испанцы не заметили его огромную флотилию. Пройдя через лес, пираты намеревались захватить монастырь Пречистой Девы, располагавшийся на холме у пересечения дорог, которые вели из Картахены в глубь материка. С наступлением ночи флибустьеры хотели спуститься в шлюпки и начать высадку, но им помешали огромные волны, которые с грохотом разбивались о прибрежные камни. О высадке не могло быть и речи, и Пуэнти пришлось отдавать другой приказ: войти в бухту и захватить сторожевые форты.

Десант флибустьеров высадился позади форта Бокачико, и, к удивлению французов, им никто даже не попытался помешать. Ни одного испанского солдата не оказалось и в лесу, отделявшем морское побережье от форта. Ночью Пуэнти выслал разведчиков, чтобы те определили ширину наполненного водой рва, окружавшего форт. Но разведчики вернулись с известием, в которое трудно было поверить: во рву нет воды, а в самом форте не видно признаков жизни. Правда, уже утром нападавшие убедились, что это не совсем так: форт начал, хотя и вяло, отвечать на орудийные залпы с флотилии, но через три часа ему все равно пришлось сдаться.

После захвата форта Бокачико флибустьерам предстояло захватить форт Санта-Крус, который тоже выглядел вымершим. К изумлению французов, это соответствовало действительности: испанцы эвакуировали Санта-Крус, пустой оказалась и обитель Пречистой Девы. Теперь перед Картахеной оставалось последнее препятствие — форт Сан-Лазар, но о подходе вражеского войска город был предупрежден колокольным звоном. Когда главный отряд флибустьеров приблизился к форту, там не оказалось ни одного защитника, только раненый солдат и убитый комендант.

Картахена состоит из двух частей, каждая из которых обнесена крепостной стеной. Нижний город называется Ихимани, а верхний и был собственно Картахеной. Форт Сан-Лазар располагался против нижнего города, и, когда он пал, наступила очередь Картахены. Флибустьеры разбили свой лагерь на пологом склоне и начали перетаскивать к стенам форта орудия с кораблей. Во время этой операции испанский канонир открыл огонь и ранил Пуэнти, который упал, «пораженный осколком в живот». Одежда и пояс ослабили удар, и лекарь, перевязав рану, сказал, что страшного ничего нет и нужно только несколько дней полного покоя.

Вытесненные из Ихимани испанцы побежали спасаться в верхний город, ворота которого сразу же закрылись за ними. Через день французы начали обстрел этой части Картахены, и вскоре между зубцами крепостной стены взвились четыре белых флага.

Самым знаменитым и самым грандиозным из всех, когда-либо возведенных испанцами в Южной Америке, был форт Сан-Фелипе. Сто лет строилось это чудо фортификационного искусства, которое и в наши дни может заставить побледнеть от зависти создателей знаменитой линии Мажино. Форт Сан-Фелипе высится над Картахеной на небольшом холме, напоминая египетскую пирамиду: как и грани пирамиды, его неприступные стены слегка наклонены. Вражеские ядра рикошетом отскакивают от них, не причиняя форту сколько-нибудь значительных разрушений. Мощные пушки Сан-Фелипе держали под прицелом все подступы к городу с моря и с суши; в круглых смотровых башенках, увенчивающих крепость, день заднем, год за годом, век за веком стояли дозорные… В подземных казематах хранились запасы продовольствия, рассчитанные на долгие месяцы осады. Благодаря таким мерам Картахена и выдержала осаду, предпринятую сэром Э. Верноном.

Если в XVI веке Ф. Дрейк легко овладел городом, располагая 20 судами и отрядом в 1300 человек, то в XVIII веке Э. Верной потерпел здесь поражение, хотя у него было 200 кораблей и 27 000 солдат. В те дни обороной Картахены руководил старый вояка Блаз де Лезо, у которого не хватало глаза, руки и ноги, потерянных им на полях многочисленных сражений. Но, как говорили жители Картахены, он «стоил десяти генералов» и «то ли еще было бы, будь у него все в порядке». С тех времен форт Сан-Фелипе почти не изменился: все в нем осталось, как было — длинные ходы и галереи, пронизывающие толщу форта, скользкие ступени, уходящие вниз… Как трудно было ковылять по ним бедняге Блаз де Лезо!

Со временем Картахена превратилась в провинциальный сонный город, который оживал лишь несколько раз в год, когда приходили корабли из Испании. Однако звезда Картахены вспыхнула еще раз — в 1810 году, когда почти одновременно в разных точках континента поднялись восстания против испанской короны. В войне за независимость Картахена стала опорным лагерем, из которого выступил в поход знаменитый Симон Боливар. Правда, когда он сражался на другом фронте, испанцам удалось отвоевать Картахену. Они захватили город после почти четырех месяцев осады, когда голод и болезни сломили защитников- были съедены все собаки, кошки и даже крысы, а на улицах гнили трупы, которые некому било убирать. И когда испанский генерал П. Морильо вступил в захваченный, но не покорившийся город, он едва не задохнулся от трупного яда.

В 1821 году войска Симона Боливара вновь подступили к стенам Картахены. Это была последняя и самая долгая осада в истории города — она длилась 14 месяцев. И хотя испанцы сопротивлялись отчаянно, им пришлось сдаться. На башнях форта Сан-Фелипе взвился трехцветный флаг Великой Колумбии…

Сегодня сквозь узкие бойницы форта видны район отелей и вилл, утопающих в кудрявых пальмах, залив с плотными рядами баркасов и старая Картахена, обнесенная крепостной стеной. За свою историю город изведал тяжкие испытания: его осаждали и штурмовали, он сражался и побеждал. И сегодня форт Сан-Фелипе хочет покоя от шумных битв и яростных штурмов; от нескончаемых ядер, которые, как мячики, отскакивали от его стен, от крови и порохового дыма, десятилетиями заслонявшего солнце, да и от мирской суеты тоже. Но не дают ему покоя…

В Картахене говорят, что есть в форте ходы, никому еще неизвестные, уходящие куда-то в глубь города. Рассказывают о кладах, замурованных в последние часы тяжких осад, и потому в поисках этих сокровищ шарят по подземельям Сан-Фелипе пришлые авантюристы.

КУБИНСКАЯ КРЕПОСТЬ ЛА-ФУЭРСА

Если входить в Гавану со стороны моря, то уже при первом знакомстве увидишь, что волны не бьются о камни набережной в тщетной попытке вернуть их океану. Волны сами бегут на встречу с камнями, как истосковавшиеся по суше парусники стремятся к земле и родным огням Вы увидите, как встречаются стихия волн и камень, и тогда станет понятной суровая красота встающих над водой крепостных бастионов.

Многие города Латинской Америки строились как посредники, а Гавана — как воин. Прибывшие на Кубу вслед за Колумбом конкистадоры не нашли здесь ни золота, ни алмазов, и остров их не заинтересовал. Зато на севере острова они нашли прекрасную бухту, своими очертаниями напо минающую кленовый лист. Ее обширная внутренняя акватория соединяется с океаном естественным узким каналом, образованным двумя полуостровками, фланкирующими пролив. Более плоский западный полуостров стал колыбелью современной Гаваны, которая тогда представляла собой всего лишь группу деревянных домов с кровлями из пальмовых листьев. Однако этот скромный поселок в первые десятилетия своего существования с честью выполнил миссию форпоста для испанских судов, рвавшихся на запад в поисках «золотых» земель.

Обнаруженные испанцами на американском континенте несметные богатства привлекли к Карибскому бассейну полчища пиратов. Вот тогда гаванская гавань и ее поселение приобрели для испанской короны неоценимое стратегическое значение. В ней собирались караваны парусных судов со всех завоеванных земель Нового Света, на которых испанскому монарху отправляли его королевскую долю золота и драгоценных камней, диковинные вазы индейцев Перу и удивительные реликвии народа майя — все, что удавалось собрать на богатых и малоизвестных тогда территориях. Гавана стала временной стоянкой военного флота и транспортных судов, и продолжалось это с 1540 года почти до конца XVIII века.

Главнейшей заботой испанцев на Кубе стала оборона гаванской бухты и стоящих в ней кораблей, нагруженных богатствами. Все выделяемые Гаване средства — денежные, материальные, людские — направлялись на возведение мощного оборонительного вала для защиты гавани от вражеского флота и пиратских кораблей. Фортификационное строительство растянулось с середины XVI до конца XVIII века. Устоявшие в битвах с пиратами и временем сторожевые башни и форты и ныне можно встретить в окрестностях старой Гаваны. Они неожиданно возникают за углом узкой улочки, за пальмовой рощей на песчаном берегу океана, в черте самой кубинской столицы и за ее пределами.

Первая крепость Гаваны до нашего времени не дошла, а самой древней, самой совершенной и лучше всех сохранившейся является крепость Ла-Фуэрса. Ее начали строить в 1558 году рядом с центральной площадью первоначального поселения. Военный инженер Б. Санчес придал крепости форму правильного квадрата, окруженного рвом с водой, с четырьмя симметричными бастионами по углам. Строил крепость мастер Ф. Калона, который и завершил ее возведение в 1577 году.