Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

Я облизнул губы. Лучше всего я, разумеется, знаю первую из мелодий, что начал учить. Полёт Ворона. Но если я даже сижу плохо, плохо держу цинь, то сумею ли своей игрой удовлетворить духа?

Я положил руки на цинь, зажал и, извлекая звук, дёрнул первую струну, уже зная ответ, и Изард меня не разочаровал: уже через вдох моей игры он прикрыл глаза рукой и прошипел:

— О Небо, дай мне терпения…

Глава 14

— Нет, — покачал головой Изард и разочаровано выдохнул. — Ни-че-го. Ничего в тебе не отзывается на звуки музыки. Ты, ты… Ты словно голем, который движется лишь потому, что в него что-то вложили, а сам он не имеет ничего своего.

Я стиснул зубы и опустил правую ладонь на струны, гася их звучание. Жаль, что так же легко, одним лёгким движением, погасить раздражение в себе невозможно. Но всё равно я справился, не впервой. Когда-то на меня помои выливали, а я разве что не улыбался.

Вот сейчас, разжав зубы, я как раз улыбнулся.

— Старший, мы же с вами движемся шаг за шагом. Этот тоже оказался приемлемый…

— Приемлемый⁈ — изумился Изард.

— Или неприемлемый, — спокойно поправился я. — Во всяком случае, сыграть мелодию я сумел от начала до конца, давайте двигаться дальше.

— Куда двигаться? — устало спросил Изард.

— К гармонии, — ответил я со всей той же улыбкой.

Дух Изард прищурился, вглядываясь в меня. Будь он простым человеком, простым идущим, это выглядело бы так, словно ищет, не обляпал ли я где халат, но он был духом и он был Повелителем Стихии неизвестного мне испытания, поэтому его взгляд, казалось, пронзал меня насквозь. Наконец, губы духа дрогнули раскрываясь. Он всё же ответил, правда, его слова звучали больше как упрёк.

— В другое время я бы решил, что ты в своей наглости решил надо мной поиздеваться. Или, быть может, так оно и есть, и ты просто не понимаешь, как стали сейчас хрупки наши договорённости?

Вот тут я начал беспокоиться и улыбку удерживать стало сложно. Я и не стал. Стерев её с губ, настороженно поинтересовался:

— О чём вы, старший?

— Ты не умеешь играть, неужели это связано с тем, что ты ещё и глухой? — поднял бровь Изард, а затем выдохнул, словно с усилием вскидывая на весы огромный камень. — Договор. Договор между мной и тобой. Ты сейчас в двух шагах от того, чтобы этот договор превратился в прах. Не в Столичном, а здесь, в моём городе, здесь и сейчас.

— Почему?

— Потому что у него нет будущего. Пытаться возродить Империю всего лишь с жалким Предводителем? Смешно! — прозвенела в пространстве оборванная струна и затихла где-то вдали, среди деревьев сада.

Я поморщился. Привычка духа при малейшем поводе вкладывать в свой голос силу раздражала. Поэтому я ответил грубей, чем намеревался:

— Это лишь преграда, которую я скоро сломлю. С твоей помощью, или без неё.

— Преграда? Ха! — Изард подался вперёд. — На что ты рассчитываешь с таким отношением к своей дороге к Небу?

Я поджал губы, пережидая вспышку злости, жёлчно поинтересовался:

— Держу цинь я плохо, хвалю его плохо, играю плохо, на музыку не отзываюсь. Хорошо. Ладно. Ну а с дорогой к Небу у меня что?

— Ты меня спрашиваешь?

— Кого ещё? — я напоказ огляделся, старательно не замечая Седого и Пересмешника. — Кто здесь самый опытный идущий? Кто видел Империю Сынов Неба, её падение и кто опытней из любого ныне живущего?

— Нахальный щенок, — процедил Изард и снова ударил голосом, заставив сам воздух яростно звенеть струной. — Знай своё место!

Не сиди я, не будь готовым принять последствия своих слов и грубости, меня бы снесло в один миг. А так, с Опорой, выплеснув немного духовной силы в противоход, когда меня потащило по камню, я лишь качнулся, сдвинувшись самое большее на два шага, и сам ударил в ответ точно такими же громкими словами и точно так же вложив в них силу. Ну, или постаравшись вложить так же.

— Знаю!

Вышло неплохо, воздух тоже зазвенел, глухо, вибрируя, словно я с силой дёрнул первую струну циня.

— Моё место на Полях Битвы, где не отыскать ни одной кости защитников, потому что все они превращены в кинжалы формации Летящей Смерти.

Звук струны стих, и я вновь вызвал его, добавляя к голосу силу:

— Там моё место! Там, где я принял наследство Снежного Логова и где возвращаю мощь фракции Ордена Небесного Меча! Моей фракции!

— Молодой магистр, — донёсся до меня едва слышный голос Седого. — Первый удар примем мы.

Удар? Я лишь раздражённо шевельнул плечом, отмахиваясь от этой глупости. Не настолько мы сильно и ругаемся с духом. Ведь не настолько же? Я прищурился, глядя на Изарда.

— Хм… — он прищурился в ответ. — Что же, ты только что сумел доказать, что не безнадёжен. Иногда упорство может заменить недостающий талант, такое случается. Попытаться стоит, но для начала мне нужно кое в чём убедиться.

— Молодой магистр, пожалуйста, спокойней. Это не то место и не тот противник, чтобы испытывать ярость битвы, — снова заговорил со мной Седой.

Но я снова оставил его слова без ответа. Сам знаю. Да и пытаться общаться тайно под взглядом духа, в десяти шагах от него? Безумие. А оно вроде не заразно.

Поэтому я только поднял руки с циня и приложил кулак к ладони.

— Убеждайтесь, старший.

— Ты произнёс слово «преграды», — вдруг сказал Изард. — Расскажи-ка мне, как ты понимаешь это явление.

От разочарования у меня едва лицо не вытянулось. Я-то думал, он меня испытает, что-то ещё поглядит во мне, даст какое-то задание, заставит тысячу раз сыграть Полёт Ворона, а он… задаёт вопросы и ждёт ответа…

Вот только если я разочаровал его даже с тем, как хвалил цинь, то сумею ли угодить сейчас? Духа, который видел Империю Сынов Неба в её расцвете и сейчас недоволен всем. Начиная от того, когда идущие начинают обучаться музыке, и заканчивая тем, для чего они вообще играют мелодии. Мы же все тут — ничего толком не знающие потомки слуг и стражников. Криво усмехнувшись, я проверил это.

— На каждом этапе Возвышения идущий сталкивается с так называемыми узкими местами, с