Солнечный огонь - Гусейн Гусейнов

Очень кстати пришлось, что азербайджанская пресса обратила мое внимание на книгу крупного немецкого историка Эриха Файгла, где я почерпнул новые сведения о связях дашнаков с нацистами. Еще в начале 30-х годов армяне под идейным водительством известного карателя и махрового националиста Нжде создали в Европе свою фашистскую группу "Цегаркон" ("Этновера"), по существу - псевдорелигиозную секту, которую возглавили дашнаки группенфюрер Размик Назарян и капитан Согомонян. А в начале 40-х годов в Германии организовалось военное формирование - "Армянский легион", предназначенный для использования в качестве полноправного союзника на фронтах и в разведывательной деятельности в тылу противника. Недаром в декабре 1942 года генерал Драстамат Канаян (Дро) и писатель Гаро Геворкян нанесли визит Гиммлеру. Тогда же в Германии создается Армянский национальный совет и начинается активная вербовка представителей эмиграции в "Армянский легион". В окружении Гитлера Дро называли "самым важным специальным агентом" по советским вопросам. В легион сразу вступило около тридцати тысяч армян. Для них были разработаны специальная форма и награды - все с национальной символикой.

Разумеется, всем этим омерзительным предателям, пособникам гитлеризма обещали каждому свое: выходцам из средней Азии, мусульманам - эмират, власовцам - "Святую Русь", армянам - "Великую Армению". Но "армянский фактор" имел и особое значение: фашисты жаждали контроля над Закавказьем и бакинской нефтью и надеялись осуществлять это с помощью нацистов-армян. В рамках "Армянского легиона" было создано специально для знати и для воспитания будущей нацистской армянской элиты подразделение "Нахарар". Разведывательные абверкоманды Дро работали на территории СССР. В частности, на Украине и Северном Кавказе при немецких 4-й танковой и 17-й армиях против войск 4-го Украинского фронта. С 1944 года АК-201, руководимая Дро, была переброшена на Балканы. До конца 1944 года в составе гитлеровской армии было сформировано 11 армянских стрелковых батальонов, имелись и строительно-саперные подразделения, и вспомогательные части при немецких танковых армиях, состоящие целиком из армян. Когда фронт под ударами советских войск откатился на запад, армянские части находились в системе охраны Английского вала, некоторые же из них были размещены в Нидерландах. Одно армянское формирование перебросили во Францию для борьбы с участниками "Сопротивления". Армянские абверкоманды направляли в Польшу, в Австрию, некоторые из них осели в районе Дрездена. В 1945 году два батальона армянских "добровольцев" авиация союзников разбомбила на Английском валу, один - под Утрехтом. А журнал "Айастан" продолжал уверять в скорой победе гитлеровцев. В новогоднем поздравлении накануне 1945 года некто Сахаруни уверял своих соплеменников-эмигрантов, что "все нас ждут в Армении как освободителей". Он, видно, не знал, что еще в начале войны в Армении появились карикатуры, где был изображен Гитлер, извлекавший из мусорного ящика дашнакского правителя Хатисова... После разгрома фашистской армии лидеры дашнаков, прислуживавшие гитлеризму, спасались поодиночке. Га-регин Нжде попал в плен советским войскам в Болгарии и по заслугам закончил свою карьеру палача во Владимирском централе. Драстамату Канаяну "повезло" больше: его арестовали американцы. А затем из США он попал в Ливан, ставший в 70-е годы XX века центром возрождения армянского политического терроризма. Ныне пресловутые Дро и Нжде возведены в Армении в ранг национальных героев. Прах Дро с помпой перевезли из Бостона в Армению, где, между прочим, сегодня существует наследница "Цегаркона" - Арийско-родопоклонническая партия. "Армянский легион" все-таки добрался до Армении.

Сближение дашнаков с фашизмом - не случайность, не казус истории, а закономерность, скрывающаяся в их доктрине. Достаточно почитать то, что они сами писали о себе и своих убеждениях. Дорогого стоят эти высказывания, рассчитанные на свой узкий круг.

Вот что отмечает, например, в работе "Идейно-политический крах партии Дашнакцутюн" (Ереван 1979 г.) историк Ананикян Бакунц: "Дашнакцутюн открыто стоял на позициях расовой теории, которая делила народы на способных и не способных от рождения. Теоретики партии и не скрывали этого".

Приведу высказывания видных дашнаков по этому поводу, чтобы меня не обвинили в голословности.

"Основной момент нации, - писал Шахатуни (1907 г.), - это расовый биологический момент".

Внушая людям идею национальной исключительности, вливая яд национального тщеславия, один из основателей Дашнакцутюна Рубен замечал в "Воспоминаниях армянского революционера": "...Наш народ есть сумма независимых единиц, другие народы -бессодержательные частички независимой суммы, подобные нулю".

Еще пафоснее писал Г.Нжде: "Мы ждем, должен объявиться армянский Сверхчеловек"... "У всех история в пространстве и времени, но только бессмертный армянский дух не подлежит пространству и времени" ("Порыв духа племени").

Официальный философ дашнаков Е.Франгян призывал в 1922 году к тотальной арменизации: "Должна арменизироваться вся наша жизнь... полностью... Необходимо очистить все сферы с двух точек зрения - языка и духа".

А вот еще порция заклинаний на ту же тему: "Уникален армянский народ, уникален мощью своих национальных чувств и идей. Уникален своим врожденным высоким патриотизмом... Нет народа, который бы имел такую акцентированную и сильную национальную индивидуальность, какую имеет армянский народ. Нет народа, который бы имел такое сильное и впечатлительное чувство национального достоинства, какое имеет армянский народ" (Р.Дарбинян).

Большую часть жизни ошивавшийся за границей и занятый там, в основном, тем, что обивал пороги сильных мира сего, выпрашивая поддержки "дашнакскому Делу", А.Агаронян писал: "Мы - сыны избранной нации, представляем босое, нагое, но армянское племя... армянин не нуждается в том, чтобы снимать шапку перед какой-либо нацией".

Объясняя "прогрессивность" армян "расовым гением", дашнаки, как пишет А.Мясникян, стремились "очистить Армению от неармян, прежде всего, от ненавистных татар (азербайджанцев) и нелюдей турок". За два с половиной года у власти в Эривани (1918-1920 г.г.) дашнаки "предали огню мусульманские и русские деревни, породили печальные истории Беюк-Веди, Зангибасара, Агбабы, вступили в борьбу с Азербайджаном, организовали бессмысленное армяно-грузинское столкновение". И все это тогда, когда призраки голода и смерти кружили над простым армянским крестьянином. Дашнаки подгоняли апокалипсис для превращения в действительность своих сумасбродных мечтаний. "Дайте мне поколение, руководствующееся внутриплеменной моралью, - восклицал Нжде, - и я обеспечу место армянского народа под солнцем".

Могут сказать: да, у дашнаков были преступные цели и методы, но они любили свой народ. Это утверждение не выдерживает никакой критики. Народ, превращенный в преступную толпу, в нерассуждающую массу, был для них лишь средством для достижения утопических целей. Вся "народническая" программа дашнаков являлась "бумажкой, списанной для проформы". Спандарян справедливо называл их "гермафродитной партией чисто национального шовинизма и мнимого социализма". Им требовалась живая масса, как жертвенное животное для заклания, дабы вызвать широкий пропагандистский эффект.

"Дашнакские лидеры рассматривали рядовую массу как убойный скот, который не имеет никаких требований от жизни. За ним закреплялось только одно право - умирать" (Спандарян).

В "Воспоминаниях армянского революционера" (Лос-Анджелес, 1952 г., арм. яз.) Рубен писал: "90% направляющихся в страну (имелась в виду Турция) погибнут и только 10% дойдут до места... Хотя бы одного из десяти надо доставить живым до страны, где они должны распространять наши идеи". В том же ключе вещает другой известный дашнак В.Навасардян в книге "Дух идей" (Каир, 1951 г., арм. яз.): "Ты свободен, правомочен, "децентрализован", но для того, чтобы умереть, а не жить. Речь идет о свободе в смерти, но не о праве при жизни".

В газете "Хорурдаин Айастан" за 1923 год, издававшейся в Ереване, читаем: "Рядовой дашнак был... пассивным, немым человеком, которого дашнакский руководитель, будь то хмбапет, учитель, или член бюро, все равно, эти командующие люди любыми средствами гнали рядового в любом желаемом направлении. Гнали его в Турецкую Армению, в "страну", искусственно растравляя его чувства и воодушевляя "сокровенной" идеей родины, дашнакские командиры гнали тех же рядовых в турецкие деревни Закавказья, разжигая инстинкты турконенавистничества и грабежа" (Мравян).

Некто Вардо, судя по всему, порвавший с дашнаками, писал в своей книге "Десять лет в АРП Дашнакцутюн" (1906 г., Варна, арм. яз.): "Те, кто у дел, обращаются с людьми как с игрушками, и не дай Бог тому, кто станет игрушкой, не суметь защитить своих прав".

Постулат Хр.Микаеляна, высказанный еще в конце XIX века при закладке основания Дашнакцутюна, стал краеугольным камнем всех дальнейших акций этой секты: "Пока армянская земля не обагрится кровью, пусть знают армяне, что ничего не получат". При этом под "армянской землей" подразумевался миф о "Великой Армении", но кровь-то лилась совсем не мифическая! "Сориентировавшись на ту или иную группировку империалистических держав... они возбуждали повстанческие выступления турецких армянских масс только как средство стимулирования вооруженного или дипломатического вмешательства" (академик Иоаннисян).