Пепельное солнце - Алина Смирнова

Чем медленнее и спокойнее он говорил, тем более учащенно заходилось мое сердце, а глаза наполнялись ужасом. Вот значит…. Доказательство верности? Его нельзя было обмануть. С самого начала я понимал, этот человек утащит город во тьму, и будет наслаждаться каждым отчаянным вздохом. Он убивал без колебания, без малейшего душевного смятения. Для него убийство не было чем-то плохим или не возможным. Для него убивать было так естественно, как и дышать. Его не волновала смерть или ее последствия. Вокруг него была лишь немая игра. В которой либо жертвы играют по его правилам и конец всегда один, либо пытаются выиграть, но проигрыш неизбежен. Он был вне морали людей, для него не существовало разницы между плохими и хорошими поступками, он просто получал свое, наслаждаясь беспомощностью своих жертв. Хотя нет, наверное наслаждение он не испытывал, он слишком вежлив и добр, чтобы показывать свои настоящие чувства. Он будет просто мило улыбаться. Похоже, последнее, что я увижу перед смертью — высокомерную, чудовищную улыбку. Как такое возможно? Он предлагал мне на глазах у всего города совершить ритуальное самоубийство?

Можно ли одной моей смертью оправдать бессмысленные жертвы? Сколько еще людей умрет пока он не успокоиться? Смерть не конец, но почему же путь обязательно должен быть таким жестоким? Он ждал и улыбался. Похоже, без его приказа здание действительно не начнут штурмовать.

— Что же вы застыли, главнокомандующий? Доставайте меч. Ведь для чего-то катану вы хотели использовать, раз носите ее с такой гордостью…. - интересно, есть ли хоть кто-нибудь в мире, к кому он будет относиться со снисхождением.

— Хорошо. Ты убийца, террорист и жестокий социопат, а не волшебник. Пускай ты всегда улыбаешься, всегда вежлив и добр, спокоен и рассудителен, всем этим твою жестокость не скрыть. Она в твоих пустых безжизненных глазах…. - я достал меч, и вынул его из ножен, положив ножны на трибуну.

— Не переходите на личности, главнокомандующий. Я не жесток, а справедлив. Истина всегда оплачивается очень дорогой ценой, вот что мне хотелось всегда донести людям…. - вот снова, он продолжал меня называть вежливо на «вы», хотя я бросил ему фразу обращаясь на «ты» в достаточно неуважительной форме. Нормальный человек хотя бы ответил на оскорбление в более высоких тонах. Он же не повышал голоса и оставался спокойным и его мягкий голос ни на йоту не изменился.

— Наша сделка ведь еще в силе? — спросил я, приводя клинок в вертикальное положение и наклоняя кончик под углом к своему животу.

— Обижаете. Я своего слова не нарушаю. Ваше желание будет исполнено, так как вы уже за него заплатили. Давайте, главнокомандующий, вас ждет дорога в обитель ваших предков, если вы умрете как настоящий герой. Сегодня день вашего триумфа….

Я вырастил прекрасных детей. Никогда не падал в грязь лицом. Не унижался, не просил, а шел только вперед. Человеческая жизнь коротка и мимолетна, и мир, который пролетает у нас перед глазами, строим мы сами. Мне удалось построить хороший мир. Должен ли я воткнуть меч себе в живот? Если вначале он сказал правду, то выход через запасные двери позади главной трибуны оставался единственной дорогой к побегу. Уйти мне не дадут, здание окружено вооруженными солдатами, но может, я хотя бы успею отправить сообщение…. Я не страшился смерти. Если он хотел вызвать во мне страх, то это удалось лишь наполовину. Сейчас бояться стоило только за свою честь, сбежать сейчас на глазах людей всего Токио слишком унизительно, чтобы потом умереть в позоре. Или умереть героем, и пожертвовав собой доказать свою верность городу?

— Какая к черту верность городу! Умереть здесь и позволить вам и дальше разрушать город?! — я убрал меч от живота и выставил его вперед. Печально опустив голову, он вздохнул:

— Вы принесли мне только разочарование. Вам шах и мат, главнокомандующий…. Хаори…. - позади его кресла возникла девушка в черной кожаной куртке и коротких шортах. Куртка нараспашку, во рту тлела сигарета, в правой руке она сжимала рукоять алого меча. Как я и думал она потомственный самурай очень древнего клана, существующего только на страницах истории.

Бежать…. Крепко ухватившись за собственный меч, рванулся вперед и, распахнув запасную дверь, ринулся к выходу. Я не оборачивался, думая, что если потрачу на это время, девушка с алым мечом меня нагонит и тогда боя не избежать. Он не выиграет так просто. Не позволю! Не с моим городом! Не с моей страной! В здании парламента были стеклянные стены, сквозь них я видел, как вокруг здания мерцая огнями, летают вертолеты. Когда же я добрался до проходного зала, то увидел, что на входе стояли около двадцати вооруженных огнестрельным оружием солдат в странных блестящих черных шлемах. Впереди их колоны стояла девушка с алым мечом. Как она оказалась здесь быстрее меня?

Похоже, солдаты не будут стрелять, пока я не одолею ее?

Медленно двигаясь к ней, мне пришлось вспомнить верхнюю стойку, она женщина, значит слабее меня, удар из верхней стойки станет для нее оглушительным. Странно, почему она не достала меч из ножен? Мечница вышла из строя и развернувшись влево лицом к лицу, достала сигарету и, закурив, внимательно наблюдала за каждым моим движением. Девчонка держала ножны, сжимая их правой рукой посредине, похоже, это прием из техники, когда меч мгновенно вынимается из ножен. Тогда у нее должна быть свободной левая рука, но она держала сигарету. Меня замучило ожидание и я бросился вперед, нанося удар из положения сверху. Моя скорость была очень высокой. Что произошло? Подобный удар как минимум должен был заставить ее достать меч и отразить удар! Девушка стояла на месте! Ее ноги не сдвинулись ни на миллиметр, а самое главное она лишь приподняла правую руку, выставив ножны вперед. Пораженный и немного сбитый столку, я не мог понять, в чем дело, даже ее глаза были закрыты. Каким образом? Не успев выяснить, как ей удалось блокировать удар ножнами, я получил прямой удар ими же. Она просто оттолкнула меня ими. Как от простого удара ножнами может быть такая силища? Споткнувшись, я упал, с губ потекла кровь.

— Как…. Кто ты? Ты же самурай? Почему не достаешь меч? — из последних сил стирая кровь, проговорил я.

— Мне нет нужды обнажать меч в сражении с человеком. Волшебник приказал вас не убивать, но кара будет очень жестокой. Вы его очень сильно расстроили. Наказание неизбежно….

Сегодня, завтра, послезавтра и после…. Ощущение нескончаемости времени. Люди понимают конец времени, потому что их тело стареет и умирает. Однако душа бессмертна, у нее нет понятий времени. Странно как вообще можно было связать время с концом. Время бесконечно, как и сама жизнь. Души уникальны. Они могут хранить множество секретов и скрытых возможностей.