Возжелать невозможного - Маргарита Полякова

То, что Сьенна полная дура, Татьяна прекрасно знала. Однако оказалось, что изредка встречаться с королевой — это одно, а общаться с ней сутками напролет — это совсем другое. Через два дня после отплытия Сьенну готовы были убить даже те, кто был приставлен ее защищать. Вечно капризная, окруженная кучей мелких собачек, королева действовала на нервы всем. Особенно Татьяне, которая, на свою голову, решила стать компаньонкой Сьенны. Единственное, что несколько примиряло магичку со сложившейся ситуацией, так это то, что королева умела сама находить себе развлечения. Подчас довольно экзотические. Про гнома, например, Татьяна узнала через неделю после отплытия. Да и то совершенно случайно. Обследовав (со скуки и в силу привычки наемника) корабль, магичка нечаянно заглянула в один их темных, сырых трюмов и увидела там нечто.

Сначала Татьяна решила, что на цепи сидит какое-то экзотическое животное, которое Сьенна прихватила вместе со своими любимыми собачками. Но затем, присмотревшись внимательно, магичка поняла, что это бельс. Маленький, грязный, оборванный, но определенно бельс. И, скорее всего, принадлежащий к расе гномов. Татьяна нахмурилась и отправилась разбираться с королевой. Насколько магичка помнила закон, бельсов нельзя было брать в рабство. И уж тем более морить голодом. Люди, конечно, редко уважали (и уж тем более исполняли) чужие законы, но представитель клана Охотников просто не мог пройти мимо столь вопиющего безобразия.

— Ваше величество, могу ли я задать вам вопрос? — вежливо поинтересовалась Татьяна, не забыв почтительно склонить голову.

— Спрашивай! Может быть, меня это немного развлечет, — милостиво разрешила Сьенна.

— Что за гном сидит у вас на цепи?

— А он еще не умер? — искренне удивилась королева. — Вот упрямое создание!

— Какое преступление совершил этот гном, что вы так жестоко его караете? — попыталась добраться до сути дела Татьяна.

— Преступление? Он отказывается меня развлекать! — капризно заявила Сьенна, и магичка мысленно схватилась за голову. Вот только войны с гномами Льясме для полного счастья не хватало! Однако объяснять глупой королеве, что она не права, было бессмысленно. Сьенна просто не умела ни думать, ни просчитывать последствий своих поступков.

— Могу ли я попросить у вашего величества оказать милость и продать мне этого гнома? — спокойно поинтересовалась Татьяна, стараясь не выдать своих чувств.

— Зачем он тебе? Все равно он умрет!

— Я постараюсь отдалить смерть гнома. И научить его кое-каким трюкам, чтобы он смог доставить вашему величеству удовольствие и развлечь вас. А в качестве оплаты за гнома я могу предложить вам мощный артефакт, который делает женщину еще более привлекательной и желанной. Разумеется, для лорда Германа вы и так прекрасны. Но вашему величеству придется очаровывать не только самого лорда, но и его сторонников. Только тогда можно будет набрать войско, способное противостоять Канцлеру.

— Хорошо, хорошо, можешь забирать гнома, — оживилась королева. Татьяна протянула ей артефакт, поклонилась и понеслась освобождать пленника.

Переход из ипостаси раптора в эльфийскую был болезненным. И неприятным. Мир поблек, утратил неповторимый запах и стал пресным. Лавр почти час сидел в лесу, привыкая к собственному телу и обычным ощущениям. В принципе, он в любой момент мог бы сорваться с места, поскольку чувствовал себя вполне прилично, но рисковать не хотел. Татьяна характеризовала Германа как очень умного и хитрого противника. А потому Лавр не желал терять данных ему природой преимуществ. Эльф предусмотрительно спрятал часть своих артефактов прямо в лесу (благо Татьяна зарядила их на совесть), и решился пробраться в город ближе к вечеру. В том, что Сьенна к Герману все еще не приехала, Лавр был абсолютно уверен. Более того, зная Татьяну, эльф мог бы поставить все свое состояние на то, что королева до лорда так и не доберется. И трона Льясмы Герману не видать как своих ушей. Впрочем… лорд вряд ли успеет сильно из-за этого расстроиться. Жить ему осталось недолго. Стоит только подпустить незнакомого эльфа на расстояние выстрела…

Однако, как оказалось, Лавр Германа недооценил. И недооценил очень серьезно. Наверное, эльф слишком много думал о посторонних вещах. А может быть, привыкнув к тому, что никогда не встречал среди небельсов достойных противников, просто потерял осторожность. В любом случае, Лавр был не прав. Он слишком поздно почувствовал опасность. Круг сомкнулся. А против целого войска небельсов, возглавляемого Германом, Лавр в одиночку сделать ничего не мог. Однако сдаваться в плен, даже не попытавшись сопротивляться, было как-то совсем уж глупо. Да и непонятно — с чего это вдруг целое войско людей вышло против одного эльфа.

— Чем могу быть полезен? — саркастично осведомился Лавр, пытаясь прощупать ситуацию.

— Ну… если только своей смертью, — гаденько улыбнулся Герман. — Пришел за моей головой? Напрасно. Я не такая легкая добыча, как тебе могло показаться.

— И с чего ты взял, что мне нужна твоя голова? — наигранно удивился эльф.

— Не считай меня идиотом! Вы можете пудрить мозги Сьенне, Родомиле и даже Горморлу, но меня вам не провести! Думаешь, я не смог сложить два и два, чтобы понять, зачем клан Охотников послал двух своих воинов охранять глав соседних государств? — ехидно вопросил Герман, и Лавр понял, что Татьяна была права, описывая лорда как очень умного и расчетливого человека. — Вы решили произвести государственный поворот в Льясме, а затем объединить ее с Фряндией… умно, умно, ничего не скажешь. Вот только меня вам предусмотреть не удалось. А я женюсь на Сьенне и стану законным королем. И первое, что я сделаю после этого — избавлюсь от Горморла. Кстати, интересно, он знает, что его любовница спит с эльфом?

— А она спит с эльфом? — ухмыльнулся Лавр, заставляя себя быть спокойным.

— Я следил и за тобой, и за Татьяной.

— Много полезного почерпнул? — ехидство эльфа стало нескрываемым.

— Достаточно для того, чтобы уничтожить вас руками Канцлера.

— Опоздал! — фыркнул Лавр. — С некоторых пор Горморл искренне и всей душой любит Родомилу. Не удивлюсь даже, если в ближайшем будущем они поженятся. Ну и потом… ты же все равно собрался убивать Канцлера. Так какая тебе разница, с кем спит его любовница? А… — внезапно догадался эльф. — Так вот почему ты желаешь убрать нас чужими руками! Ты боишься, что если ты сам убьешь нас с Татьяной, клан Охотников будет тебе мстить? Ну… что я тебе могу сказать… правильно боишься.

— Нет, я не собираюсь тебя убивать, — прошипел Герман. — У меня накопилось слишком много вопросов к тебе. И я думаю, что после того, как ты познакомишься с пыточной камерой и моим очень искусным палачом, ты станешь очень разговорчивым.