Карт-бланш - Света М.

— Книге нужно отлежаться, — глубокомысленно заявил он, откладывая папку с листами в сейф.

— А когда печатать? — недоумевающе спросила Шляпа.

— Печатать, — хмыкнул Гилдерой. — Сейчас она полежит с месяцок, потом я ее на свежую голову перечитаю, сделаю последние правки, перепишу начисто и только после этого отнесу издателю, с которым работаю. Ее еще раз проверит другой человек, издатель укажет на ошибки, если таковые будут, и только после их исправления текст утвердят и он пойдет в печать.

— А мы что будем делать этот месяц, пока она отлеживается? — спросила Шляпа.

— Мы поедем в круиз, — ответил Гилдерой. — Будем пить вино, гулять по палубе прекрасного корабля и наслаждаться жизнью.

— По магической стороне? — уточнила Шляпа.

— Именно, но с возможностью посещения и магловской, — согласно кивнул Локхарт, который так делал всегда. И никогда не брал рукопись с собой. Ему нужно было отдохнуть, проветрить голову, набраться впечатлений, чтобы потом со свежими силами взяться за вычитку своего нового шедевра.

— Альбус часто хвастался своими путешествиями, — с горечью сказала Шляпа. — Он часто куда-нибудь ездил и по магловской стороне, и по магической. Когда он стал директором, я пару раз просила взять меня с собой, ведь он мог выносить меня за пределы Хогвартса, но он всегда отказывал, оправдывая это тем, что нельзя рисковать таким ценным артефактом.

— Это жестоко, — понимающе кивнул Гилдерой. — Но не будем о грустном! На этот раз нам предстоит круиз с заходом во все крупные порты Средиземного моря. А что нужно сделать перед отдыхом?

— Что? — спросила Шляпа.

— Обновить гардероб! — ответил Локхарт, а потом вздохнул тяжело и сказал: — Вот если бы вас, уважаемая Шляпа, можно было переселять из одного головного убора в другой или хотя бы трансфигурировать…

И тут Шляпа задумалась о том, насколько она доверяет Гилдерою. Ведь только идиот мог верить в то, что она существовала в куске пусть и зачарованной великими волшебниками, но ткани, было наивно, но и признаваться в том, что ее «разум» можно было легко перенести куда угодно, было страшно. А, была не была!

— Гилдерой, а могу ли я тебе доверить свою самую большую тайну? — спросила Шляпа, решаясь на авантюру. В принципе, она ничего не теряла от того, что расскажет Локхарту. Разрушить ее «мозг» все равно ему не под силу, если только потерять…

— Уважаемая, я до этого момента ни разу вас не подводил, неужели вы думаете, что я сделаю такую глупость сейчас? Тем более, что наша с вами работа только началась. Я уверен, что после «Истории Хогвартса» мы возьмёмся за жизнеописание великой четверки.

— Хочешь написать про всех? Даже про Салазара?

— Безусловно, люди должны знать правду, какой бы она ни была, — кивнул Гилдерой. — А вам я готов поклясться, что ни за что не предам доверия и не подведу вас.

Стоило ему произнести эти слова, как вокруг его запястья сформировался браслет клятвы. Локхарт посмотрел на него, взял аккуратно Шляпу за поля и сказал:

— Я, Гилдерой Локхарт, клянусь хранить секрет Распределяющей Шляпы, хранить ее саму и никогда не предавать даже в мыслях.

Браслет вспыхнул и впитался в кожу, а Шляпа едва заметно вздрогнула, настолько неожиданно для нее повернулся их разговор.

— Видишь ли, Гилдерой, тряпку зачаровать нельзя, по крайней мере, на тысячу лет точно, — начала говорить Шляпа. — А вот спрятать внутри артефакт можно. Именно этот артефакт служит вместилищем моего разума… и прочего. И его можно легко переставить в любой головной убор.

— И что же это? — спросил Локхарт.

— Металлическая лента внизу тульи, — пожала полями Шляпа.

— И ее можно переставить?

— Несомненно, — качнула пером Шляпа.

— Я знаю, чем мы займемся сегодня, — внезапно сменил тему Гилдерой.

— И чем же?

— Мы пойдем покупать шляпы!

«Твилфитт и Таттинг» в этот день продали столько шляп, котелков, сомбреро, стетсонов, цилиндров и прочих головных уборов, включая пробковый шлем, сколько у них не покупали за год. А уж костюмов к этим шляпам и того больше. Стоило Локхарту осознать, что он может больше не придерживаться «мушкетерской» моды, как его понесло. Домой они вернулись, потратив такую сумму, что Шляпе плохо становилось при мысли о ней, а Гилдерой, наоборот, был счастлив, ведь теперь он мог выглядеть так, как ему хотелось бы, и при этом не расставаться со шляпой и показать ей мир, как и обещал, а деньги…

— Я не беден, — отмахнулся он, — и могу себе позволить обновить гардероб.

* * *

Стоило Броку и Локи уйти, а Скримджеру сделать в памяти зарубочку поинтересоваться, что за странный коридор открылся прямо из Хогвартса, как на него навалились проблемы. Первой стала истерящая Минерва.

— Он! Он посмел сломать мою палочку! Негодяй! Он посмел мне угрожать каким-то иском! Он устроил драку в школе! Я! Я! Я! Я пойду в Министерство! В Визенгамот! В МКМ!

Скримджеру очень хотелось успокоить ее пощечиной, но он не мог себе такого позволить, поэтому просто окатил Минерву водой из палочки, а когда она, взвизгнув от неожиданности, замолчала, то тут же высушил и, нависнув над ней, произнес:

— Вы, профессор, наделали таких дел, которые мы теперь и к ночи не разгребем, и жаловаться на Блэка я вам категорически не советую. Подавитесь. А сейчас будьте так любезны предоставить мне поименные списки детей. Кого кто из авроров доставлял домой.

— Таких списков у меня нет, — Минерва вздернула подбородок, понимая, что из-за злости, застившей ей разум, она пренебрегла своими непосредственными обязанностями.

— Ну хоть списки детей, которых отправили домой, есть? — Скримджер старательно сдерживал слова, рвавшиеся из него. Обложить старую кошку матом хоть и очень хотелось, но было бы так же неуместно, как и пощечина, о которой он мечтал. Он был при исполнении, поэтому обязан вести себя уважительно даже с теми, кого хотелось проклясть.

— Есть, — кивнула Макгонагалл, протягивая свиток с именами.

— С паршивой овцы хоть шерсти клок, — буркнул Скримджер и отошел от возмущенной Минервы, которая уже хотела разразиться гневной отповедью, но, заметив злые взгляды авроров, поостереглась. — Долиш!

— Да! — Джон подошел в начальнику.

— Вот, — Скримджер протянул ему свиток. — Нужно по второму кругу проверить всех детей. И не просто проверить, а взять у родителей письменные свидетельства, что дети дома и претензий к школе они не имеют. Если кто-то из детей все еще топчется перед закрытыми дверями, то вернуть их в Хогвартс, разместить на ночь.

— Как скажешь, шеф, — кивнул Джон. — А с Кингом что делать?

— С этим полудурком я сам разберусь, — ответил Скримджер, подхватил сидящего у стены Бруствера за руку и перенёсся